Отечественная история (до 1917 г.): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Но антикиевская борьба вызревших и развившихся волостей Руси, борьба князей за киевский стол сделали свое дело: истощили силы Киева. Стольный город становится добычей соседних городов-государств. Свидетельством этого служит ограбление Киева по инициативе Андрея Боголюбского в 1169 г. Воинство враждебных городов-государств опустошило город.

Разграбление Киева — отражение процесса формирования самостоятельных городов-государств, кристаллизации местной волостной жизни. Оборотной стороной его и был постепенный упадок полянской столицы, утратившей свое былое могущество. Характерно, что на Киев вместе с другими идут воины и из пригородов Киева: Овруча и Вышгорода, Это симптом идущего размежевания между главным городом и пригородами внутри Киевской земли. После упомянутого погрома политические силы киевской общины были надломлены, и она не смогла уже полностью оправиться от нанесенного ей удара.

В 1170-е гг. идет постоянная борьба за Киев между Андреем Боголюбским, Ольговичами и Ростиславичами. Киевская городская община ведет себя в этой борьбе все более пассивно. Доходит до того, что в Киеве оказываются два князя: Святослав Всеволодович (1177–1194) и Рюрик Ростиславич (1180–1202). Впрочем, наличие двух князей не дает оснований вслед за Б. А. Рыбаковым говорить о «дуумвирате». Двое Рюриковичей разделили доходы с Киева и его ближайшей округи, с одной стороны, и киевских пригородов — с другой.

Рюрик оказывается игрушкой в руках могущественных галицкого и владимиро-суздальского князей. Когда Рюрик дал Роману Мстиславичу Галицкому несколько городов в кормление в Русской земле, это вызвало гнев со стороны Всеволода Большое Гнездо. В 1202 г. уже Роман появился под Киевом с ратью и постриг Рюрика в монахи. Правда, после смерти Романа Рюрик вернулся, но вскоре против него выступил черниговский князь Всеволод Чермный. Длившаяся несколько лет борьба завершилась победой Всеволода, но затем Киев вновь перешел под власть Ростиславичей — здесь утвердился Мстислав Романович (1214–1223), которому предстояло участвовать в злополучной битве на Калке.

Итак, накануне татаро-монгольского нашествия Киевская земля была, пожалуй, одной из самых ослабленных волостей Древней Руси. В основе этого явления лежал ряд причин как внутреннего, так и внешнего порядка, суть которых тонко уловил А. Е. Пресняков. «Пробудившаяся и в Киевщине тенденция к обособлению в особое законченное целое, в живущую собственной жизнью, местной и замкнутой, землю-княжение была решительно подорвана живой традицией киевского первенства», — писал исследователь. Действительно, значительно уже утративший свои силы Киев сохранял прежние амбиции. И киевские князья, и киевская община стремились распространять свое влияние на другие земли Руси, не имея на то возможности. Наряду с этим князья других волостей продолжали бороться за Киев, когда он уже утратил свое былое значение. Они действовали под влиянием традиции. Самые же могучие волости и князья той поры (юго-западные и северозападные) стали на путь сознательного ослабления Киева. Все это не могло не подрывать силы Киевского города-государства. А Киевская Русь окончательно распалась на города-государства.

В конце X — начале XI в. из состава Русской земли начинают выделяться Черниговская и Переяславская земли. Здесь формируются свои вечевые общины, возникают свои княжения и складываются постепенно волости. Княжеский съезд в Любече констатировал свершившееся отделение от Киева ранее подчиненных ему городов. А в начале XII в. в Черниговской земле уже начинается волостное дробление: появляется самостоятельное Новгород-Северское княжение. Все эти внутренние процессы идут в постоянной и напряженной борьбе с Киевом. Правда, Переяславский город-государство так и не обрел окончательной политической самостоятельности. Как отметил В. В. Мавродин, эта земля «фактически превращается в аванпост Киева в борьбе со степью, а переяславское княжение становится своеобразной ступенью, которую должны пройти князья прежде, чем занять киевский стол».

По-разному складывались судьбы территорий, населенных огромным племенным массивом кривичей. Одной из первых обособилась от Киева Полоцкая земля. Во второй половине XI в. складывается понятие Полоцкой волости, в результате чего на всех жителей переносится название главного города. Но уже с начала следующего столетия наблюдаются определенные проявления распада только что сложившегося волостного единства. Усиливается общественно-политическая активность земства и одновременно начинается борьба главного города с пригородами, испытывающими тягу к самостоятельности. Полоцкая волость распадается на более мелкие — возникают новые города-государства.

Накапливаются все характерные для городов-государств свойства и в соседнем Смоленске. Социально-политическая мобильность смольнян возрастает, идет становление общественно-политической структуры волостной общины, формирование смоленской волости. Заметен в источниках и процесс волостного дробления. Однако в отличие от Полоцкой земли в Смоленской волости не видно активных попыток полного отделения пригородов от главного города. На протяжении всего периода Киевской Руси он оставался центром притяжения почти для всех вошедших в состав волости поселений.

Вполне возможно, что такое различие между двумя землями обусловлено еще племенным наследием. Известный исследователь Полоцкой и Смоленской земель Л. В. Алексеев подметил, что население в Полоцкой земле размещалось гнездами. Это отражало племенную структуру местных кривичей. У смоленских кривичей наблюдается только два таких племенных скопления. Данные особенности в совокупности с природно-географическими условиями, видимо, и вызвали указанные различия в землях.

Единственный случаи отпочкования суверенной волости от Киевского города-государства: выделение в самостоятельную в середине XII в. Турово-Пинской земли. Эта небольшая земля оказалась в своеобразной политической ситуации, отстаивая свою независимость от сильных соседей, например Волыни. В этом ей помогали природные условия: леса и болота. Все это привело к тому, что Туровщина и Пинщина сохранили многие архаические черты даже в XIV–XVI вв.

В землях, населенных славянами — вятичами и кривичами, а также финно-угорскими племенами мордвы, муромы и мещеры, сформировались Муромский и Рязанский города-государства. Сначала эти земли зависели от Киева, затем от Чернигова. В результате развития территориальных связей, пришедших на смену родо-племенным отношениям, на юго-востоке сначала возникает Муромская волость, из которой впоследствии выделяется Рязанская, ставшая более могущественной. В конце XII — начале XIII в. здесь шел двусторонний процесс: укрепление положения Рязани по отношению к внешнему миру и одновременно усиление внутреннего волостного дробления.

На краю восточно-славянской ойкумены сформировались самые могущественные земли: Новгородская, Галицко-Волынская, Владимиро-Суздальская, но их мы рассмотрим отдельно.

§ 2. Социально-политическое развитие Киевской Руси

Для того чтобы понять суть общественно-политической жизни Древней Руси надо обратить внимание на такое интереснейшее явление, как древнерусский город. Города возникают в VIII–IX вв. как центры племен и союзов племен, выполнявшие различные социальные функции, и, прежде всего редистрибутивные, т. е. сосредоточение и распределение прибавочного продукта.

Они были средоточиями ремесла и торговли, но все-таки важнейшими были политическая и оборонительная функции, в них находились главные религиозные святыни и кладбища («капища» и «требища»). В основе социального устройства городов лежала община. Древнейшие города возникали в результате общинного синойкизма — слияния нескольких общинных поселений. Уже от древнейшего периода до нас дошли сведения о высоком статусе города, о правительственных функциях русских городов — Киева, Чернигова, Новгорода, Полоцка и др. В IX–X вв. городская община была еще родовой, так как и само общество переживало высший этап развития родо-племенного строя.

Не случайно в летописях «город» древнейшей поры идентичен «роду». В конце X — начале XI в. происходит перестройка общества на территориальных началах, родовую общину сменяет территориальная. Процесс этот был достаточно болезненным и сопровождался такими явлениями, как перенос городов; уничтожение старой родо-племенной знати — «старцев градских».

Городская община отныне основана на территориальных связях, проявлением чего было и развитие кончанской системы, которая как бы накладывалась сверху на древнюю сотенную, уходящую корнями в родо-племенное общество. Параллельно шел рост городской округи — растут и крепнут города-государства.

Что же собой представляли эти социальные организмы? Ядро города-государства XI–XII вв. составлял старейший город — прежнее средоточие союза племен или крупного племени. Старейшим городам подчинялись пригороды, зависимое положение которых отражено в самом названии «пригород». Вполне вероятно, что зависимость пригородов от старших городов была следствием колонизации, освоения периферийных земель из старшего города, который выступал как своего рода метрополия.

Основным органом самоуправления старейшей городской общины было вече — народное собрание всех свободных жителей города. Решению веча главной городской общины должны были подчиняться жители пригородов. «Новгородцы бо изначала и Смоляне и Кияне и Полочане и вся власти яко на думу на веча сходятся. На что же старейшие сдумають на том же пригороди стануть».

На вече в главном городе сходился и сельский люд из окрестных мест. Прибывали сюда и делегаты из пригородов. Полномочия веча были очень широкими, собравшееся на вече «людье» решало самые разнообразные вопросы.

Вообще, и на вече, и вне его древнерусские люди, т. е. демократическая масса городского и сельского населения, составляли действенную политическую силу. Народ в Древней Руси принимал активное участие как в приглашении князей на княжение, так и в смещении их со «стола».

Следует, однако, иметь в виду, что князь и община в этот период отнюдь не были антагонистами. Князь был необходимым элементом социально-политической структуры древнерусских городов-государств. Вот почему летописцы так тщательно и с такой тревогой фиксировали все периоды безкняжья. Князья, стремясь установить более тесный контакт с городской общиной, широко практиковали устройство пиров и дарений, что способствовало росту их популярности.

Древнерусский князь, являясь одним из важнейших звеньев волостной администрации, жил в главном городе земли. В своих ратных делах он опирался на дружину, верхний слой которой составляли бояре. Бояре, служилые люди при князе, занимали одновременно важные посты в администрации городской общины, получали в кормление волости. Однако костяк военной мощи каждой городской волости составляла не дружина, а «вои» — волостное ополчение, в которое входили свободные граждане главного города, пригородов и сельской местности.

Свободное население было поголовно вооружено и в совокупности составляло «тысячу», в свою очередь состоявшую из сотен — более мелких территориально-административных образований и вместе с тем военных единиц. Главный город не мыслился без «области», «волости», т. е. без пригородов и сел. Город и волость находились в единстве друг с другом, составляя одно территориальное целое. Отсюда понятны названия «Киевская волость», «Черниговская волость», «Смоленская волость» и т. п. Эти волости — города-государства имели свои государственные границы: «сумежья», «межи», «рубежи», часто упоминаемые летописью. Город был тесно связан с волостью в экономическом, военно-политическом, культурном и религиозном отношениях.

Христианская церковь, заменив языческих жрецов, нашла себе место в этом социальном организме. Вполне соответствовали демократическому духу политической жизни Киевской Руси соборы — собрания священников городских церквей и клиросы — коллективные органы управления при соборах, включавшие в себя горожан. Городские общины часто распоряжались земельной собственностью соборных церквей, считая их общинным земельным фондом.

Церковь контролировалась городскими и сельскими общинами не только в низших, но и в высших своих звеньях: даже высшие церковные иерархи избирались на вече.

Волости, как отдельные государственные образования, в силу присущей им суверенности «правили» посольства друг к другу. Кроме того, главные города-государства направляли послов и в зарубежные страны.

Следует иметь в виду: взаимоотношения городов и пригородов в рамках системы города-государства не оставались неизменными. Между старшими городами и пригородами нередко возникали конфликты. Более того, заметно стремление пригородов к обособлению. Часто это приводило к разложению прежних волостей-государств на новые — более мелкие.

К такому обособлению, преследующему цель формирования самостоятельных городов-государств, толкала сама социально-политическая организация древнерусского общества с присущей ей прямой демократией, выражавшейся в непосредственном участии народа в деятельности народных вечевых собраний — верховного органа власти города-государства. Города-государства вели постоянную войну друг с другом, что ослабляло Русь в преддверии грядущего грандиозного монгольского нашествия.

§ 3. Социально-экономические отношения