— Десятый раз за три дня!
— Одиннадцатый.
— Где Дэйв?
— Кто-нибудь, достаньте этого хренова Дэйва Миддлтона. Что за игры он затеял?
— Курт говорил, что он нарочно выключает ток.
— Собака такая!
Кто-то побежал за Дэйвом Миддлтоном; мы завозились, ощущая какую-то неловкость, когда музыка смолкла.
— Шум — это как одежда, — сказала какая-то девушка. — А когда его нет, ты голая.
И мы стали бить в пустые пивные банки, как в цимбалы, пока не пришел Дэйв Миддлтон.
Значит, вы поняли, что много всякого дерьма утекло с той поры, как колонна Дэйва Миддлтона въехала в тот апрельский день в ворота гостиницы.
Первые недели все шло, как планировал Дэйв. Он вместе с Распорядительным комитетом составил программы деятельности, которые пристроили к работе всех. Выезжали поисково-заготовительные партии на грузовиках, и скоро сараи, в которых мы устроили склады, были до потолка забиты едой, обувью, одеждой, аппаратурой. Нам удалось найти брошенный пост сил безопасности на дороге между Калдер-Бриджем и Селлафилдом, и у нас был приличный арсенал и мучо патронов.
К нам примкнули еще уцелевшие; община быстро росла, появлялись люди с новыми умениями, и мы могли лучше себя обслуживать. Прибилась семнадцатилетняя девушка, которая училась на медсестру. Боксер до крушения цивилизации пробыл восемь месяцев в армии. Он нам устраивал тренировки по обращению с огнестрельным оружием. Еще мы нашли генераторы, и у нас снова появилось электричество.
Я командовал поисковой командой бета, и мы ходили в рейсы все дальше и дальше от Эскдейла, привозя полный бензовоз горючего и баллоны с газом для кухни и отопления.
Мы видели города, превратившиеся в жутковатое зрелище.
Центральные улицы зарастали зеленью. Трупы превратились в скелеты. Были стычки с дикими собаками, и пришлось пострелять, пока мы им объяснили, что люди все еще остаются царями природы.
В одном городе река вырвалась из берегов и теперь текла по улице; выдры ныряли в дверь «Вулворта», утки гнездились в «Бургер Кинге».
Звери сбегали из цирков и зоопарков. В Ноттлере возле полицейского участка слонялась стая обезьян. В местном канале плескались слоны.
Лето становилось все жарче, и вот тогда и стало все меняться.
Людям надоело работать изо дня в день, надоело расписание работ Распорядительного комитета, надоел до смерти подробный Дэйв Миддлтон.
Заготовители все еще выезжали в рейсы, но вместо муки и круп по списку Дэйва привозили сигареты, звуковые системы, игровые автоматы, мотоциклы.
Дэйв их урезонивал. Он за них молился.
И детки доперли, что большой палки у него нет.
И последнюю пару месяцев девяносто девять процентов нас всех посвятили свою жизнь одной сияющей золотой цели:
ЛОВИТЬ КАЙФ.
С тридцать ребятишек заперлись в мансарде с игровыми автоматами, и мы их не видели целыми днями. Иногда кто-нибудь из них выбредал наружу, с побелевшим лицом, потемневшими глазами, нездоровым видом, и в мозгу у пацана жужжали стратегии электронных игр, в которых он дрался и побеждал. Этих мы называли Призраки.
Итак: что хочешь делать — ДЕЛАЙ!
Это стало национальным гимном. Любишь мотоциклы? Вот тебе самый большой и мощный, врубай и гоняй целый день по дорогам.
Оружие? Хватай «узи» и иди палить по овцам.
Некоторые полюбили рыбалку. Только рыбачили они с динамитом.
Остальные устраивали бесконечный пикник.