Ефимов. А ведь, пожалуй, это я его свёл с ума…
Лузгин (указывая на зеркало). Тут был человек… он давно ходит за мной, он изуродовал всю мою жизнь. (Повышая голос.) Сына оторвал от меня… Женщину. Был фальшив, как бес. Притворялся, что знает несокрушимые законы. Он — правду оболгал… Он оболгал всю правду!
Занавес
Зыковы
ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА:
Зыков, Антипа Иванов, лесопромышленник.
Софья, сестра его, вдова.
Михаил, сын.
Целованьева, Анна Марковна, мещанка.
Павла, дочь её.
Муратов, лесничий.
Хеверн, компаньон Зыкова.
Шохин.
Тараканов.
Стёпка, девчонка-подросток.
Палагея.
Действие первое
У Целованьевых. В скучной комнате небогатого мещанского дома посредине приготовлен стол для чая, у стены между дверью в кухню и в комнату Анны Марковны другой стол с вином и закусками. Направо у стены маленькая фисгармония, на ней рамки с фотографиями, засушенные цветы в двух вазах; на стене много открыток и акварель: Павла в костюме монастырской клирошанки. Два окна на улицу, в палисадник. Целованьева, чистенькая, гладкая женщина за сорок, — у чайного стола; она заметно взволнована, часто смотрит в окна, прислушивается, ненужно передвигает чашки. Софья задумчиво ходит по комнате, в зубах — погасшая папироса.
Целованьева (вздыхая). Загулялись…
Софья (взглянув на часы в браслете). Да…
Целованьева. А что же это вы, Софья Ивановна, замуж не выходите?
Софья. Человека нет по душе. Найдётся — выйду.
Целованьева. В глухом нашем месте — мало интересных мужчин…
Софья. Интересные-то нашлись бы! Серьёзного человека трудно встретить…
Целованьева. У вас у самой, извините, характер серьёзный, вроде бы — мужской; вам бы взять мужчину тихого…
Софья (нехотя). А на что он, тихий? Мышей ловить?
(Целованьева смущённо улыбается, видно, что ей неловко с этой женщиной, она не знает, о чём беседовать с нею.)
Софья (хмурясь, спрятав руки за спину, исподлобья смотрит на неё). Кто это, скажите, пустил про Пашу слух… что она — блаженненькая?
Целованьева (торопливо, негромко, оглядываясь). А это всё покойник муж… ну, и я тоже поддерживала, чтобы не очень интересовались люди. Пашенька всегда была прямая такая, что думает, то и говорит, — кому это может нравиться? Ну, вот… а он, муж-то, подозрение имел, что Паша не его дочь…
Софья. Разве?