Павел. Ну, что же мне делать?!.
(Бросился на кушетку, злобно плачет. В столовой — Наталья подходит к свекрови, целует руку. Васса смотрит на Павла через очки.)
Васса. Проспала?
Наталья. Я у батюшки дежурила до трёх часов. (Прислушавшись, испуганно). Кто это плачет?
Васса. Павел — постыдись! Кликуша!..
Наталья (идёт в кабинет). Что ты это? Дуняша, дайте воды!
Васса. О, господи!.. (Дуня вопросительно смотрит на неё.) Ну, что тебе сказано? Воды подай… Эх, Павел, спрятала бы я тебя куда-нибудь…
Павел. Да, я знаю… вам не за меня стыдно, вы меня стыдитесь…
Наталья. Ты мужчина, тебе нехорошо плакать.
Павел. Не тронь… ты брезгуешь мной… у меня жена гуляет…
(Михаил входит в столовую, дёргает себя за усы, провожая зятя угрюмым взглядом.)
Васса. Ты что?
Михаил (направляясь в её комнату). Пожалуйте сюда.
Васса. Ну? Дуня, выдь вон!
Михаил. Людмила уехала с дядей…
Васса (хватаясь за стену). Куда?
Михаил. На хутор…
Васса. Ох… Я уж думала — далеко… совсем! Испугал ты меня… Павел — знает?
Михаил. Узнает… Страшно мне… И дочь — погибла… и дело, которому всю жизнь служил, — разрушается.
Васса (с досадой). Ты бы не охал… я не охаю вот… Так, стало быть, Прохор…
Михаил. Он — всем враг!
Васса. Не каркай, говорю! Дело разрушается… Это ещё — посмотрим!
Михаил (с яростью). Его добрым считают… совестлив, дескать… Знаю я эти штуки — совесть да доброту! Видел-с… Они в деле — как песок в машине… И всё это — одна игра, никому не нужна доброта, никому! Дай мне столько, сколько я стою, больше ничего… Ласки да шутки оставьте себе, да-с! Это — когда человеку нечем внимания заслужить, он в совесть играет! А кругом все от его игры плачут… и никакое дело не может правильно идти… Вредоносный человек он…
Васса (очнувшись). Что ты с ним сделаешь?
Михаил. Что-с? Эх…
Васса. Ну? Говори.
Михаил (не вдруг). Погожу-с… Вам бы сходить к хозяину-то…
Васса. И вправду… А депеши от Анны всё нет… нет!
Михаил. Что вы так надеетесь на неё?
Васса (идёт). Ты её не знаешь… молчи!