— Ах, милая, в чем моя сила? Принеси толстую веревку, обвяжи меня ею, я и покажу свою силу.
Принесла грузинка веревку, решила проверить, правду ли говорит муж. Привязали они со старухой его к столбу веревкой.
— Вот видишь, я уже бессилен, ― улыбнулся Мирза Махмуд.
Тогда грузинка и старуха закричали:
— Сорок всадников, войдите!
А Мирза Махмуд поднатужился, оборвал веревку.
— Если ты меня обманываешь, зачем нам быть мужем и женой? ― обиделась грузинка.
— Раба божья, принеси волоски из хвоста и гривы коня, свяжи ими два больших пальца моих ног, тогда увидишь мою силу.
Встали грузинка и старуха, быстро принесли десять волосков из хвоста коня и десять волосков из гривы, связали Мирзе Махмуду большие пальцы на ногах и стали звать:
— Сорок всадников, войдите!
Старается Мирза Махмуд освободиться, но не может, никак ему не удается снять путы. А старуха с грузинкой опять зовут:
— Сорок всадников, войдите!
Раздался топот копыт. Въехали во дворец все сорок всадников падишаха, и он с ними. Мирза Махмуд попытался еще раз освободиться, но только пальцы до костей поранил. Привязали его всадники к столбу, а на голову свечку поставили. До самой ночи веселились падишах, всадники, старуха и грузинка.
На ночь всадники расположились в одной комнате, старуха ― в другой. А грузинка разделила ложе с падишахом.
Скажу своим почтенным, наступило утро над всеми, над ними тоже. Падишах с людьми выехал на охоту, а грузинка и старуха сидят дома. Остались с ними и несколько всадников, чтобы присматривать за домом. Развязали они Мирзу Махмуда, затолкали в мешок из верблюжьей шкуры и оставили под палящим солнцем. Вечером снова привязали к столбу и поставили на голову свечку, а сами тут же сидят, потешаются.
Прошло несколько дней, падишах говорит женщинам:
— Завтра идите к воде, вымойте свои головы, постирайте свои одежды, послезавтра двинемся в путь, поедем в мой город. Давно я уже там не был. Без шума отрубим голову Мирзе Махмуду и уедем.
Скажу своим слушателям, что Мирза Махмуд все думает, как же ему освободиться, как вырваться из неволи.
Наступило следующее утро над всеми, и над ними тоже. Встали старуха, грузинка и пошли с детьми к воде, а падишах со всадниками ― на охоту. Оставшиеся опять связали Мирзу Махмуда и оставили под палящим солнцем, а сами ушли, уверенные, что Мирза Махмуд, связанный, никуда не уйдет.
Через некоторое время девочка говорит матери:
— Матушка, я есть хочу.
— Сходи, дочка, в дом за хлебом и поешь, дом ведь недалеко.
Дочь грузинки встала и пошла. А Мирза Махмуд издали ее увидел, окликнул:
— Куда ты идешь, дочка?
— Домой иду, поесть.
— А ты не можешь развязать мне руки?
Девочка ответила:
— А что я скажу своему новому отцу?
— Нет, дочь моя, я пошутил, иди бери свой хлеб, ― ответил Мирза Махмуд.
Взяла девочка хлеб, яйцо и вернулась к воде.