Туринская плащаница: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Однако между этим отображением тела на Плащанице и изображением, образованным следами крови, существуют значительные различия. Хотя при искусственном освещении пятна крови по цвету практически совпадают с колером изображения тела, при естественном свете заметно, что кровь имеет существенно иной цвет – красный, местами карминовый. Любопытно, что пятна крови не являются элементами трёхмерного изображения.

Под микроскопом видно, что волокна слиплись друг с другом и образовали нечто вроде запёкшейся корки с «кровью», которая, как нетрудно заметить, была добавлена впоследствии. Эти «кровяные пятна» проникли в толщу ткани, и кое-где заметны следы капиллярного действия вдоль волокон (хотя оно выражено не столь явно, как это имело бы место при воздействии жидкой крови).

Из этого следует вывод: поскольку два изображения на Плащанице – оставленное телом и образованное следами крови – столь явно отличаются друг от друга, естественно предположить, что они были созданы в результате разных процессов. Действительно, даже невооружённым глазом видно, что пятна были весьма грубо нанесены позже и как бы неким образом «наложены» на изображение.

В литературе о Плащанице часто приводится как непреложный факт утверждение о том, что никакого изображения на ткани под кровяными пятнами нет. Если это так, то это означает, что вся Плащаница полностью соприкасалась с телом и кровь помешала нематериальному изображению проявиться на полотне. Никакой фальсификатор не стал бы сперва наносить пятна крови, а уже затем рисовать или как-то иначе создавать изображение вокруг них. Однако этот так называемый «факт» основан на опытах учёного – сотрудника STURP Алана Адлера, который обследовал одно-единственное волокно, взятое из Плащаницы, тогда как для получения одной только нити требуется несколько сотен таких волокон. Для того чтобы определить, является ли кровь подлинной, Адлер взял волокно, покрытое «кровью», и воспользовался специальным реактивом, который растворяет любой протеин, присутствующий в крови. «Кровь» действительно растворилась в нём, показывая, но не доказывая окончательно, что это именно кровь. Впоследствии Адлер обнаружил, что на волокне нет никаких признаков обесцвечивания, которые присутствуют на изображении тела. Однако утверждать на основании этого, что под кровяными пятнами вообще нет изображения, значит брать на себя излишнюю смелость. Мы уже видели, что многие волокна в пределах изображения вообще не окрашены. Другие исследователи из STURP заявляют, что этот вопрос остаётся открытым.

Кровь ли это? Настоящая кровь после высыхания становится коричнево-бурой, а не красной. По сути, испытания, проведённые STURP, показали, что это не кровь. Но после того, как итальянским учёным удалось доказать, что это всё-таки кровь, и даже установить её группу (АВ), представители STURP тотчас изменили точку зрения и согласились, что это действительно кровь.

Вопрос о крови на Плащанице позволил сделать ряд важных замечаний относительно человеческой ДНК, обнаруженной на реликвии.

В 1992 г. доктор Гарца-Вальдес передал пробы, которые дал ему Джованни Риджи, доктору Виктору Трайону, директору Центра передовых технологий ДНК при Техасском университете. Трайону удалось изолировать и выделить сегменты генов, показывающие, что пробы содержат ДНК мужчины. Однако, в связи с крайне плохим состоянием проб, учёному не удалось продвинуться дальше и определить какие-либо другие индивидуальные особенности этого мужчины, такие, как цвет волос или глаз. Тем не менее Гарца-Вальдес, нимало не смущаясь, определил эти образцы как «ДНК Бога», хотя в его собственной книге под тем же названием столь смелое утверждение сопровождается вопросительным знаком.

(Кстати сказать, если Туринская Плащаница подлинная, то присутствие обоих типов – X и Y-хромосом в «ДНК Бога» можно было воспринимать как свидетельство того, что данный мужчина появился на свет естественным путём, как и все прочие люди, а не в результате Непорочного Зачатия.)

Наличие ДНК в пробах, взятых из области кровяных пятен на ступне Изображённого на Плащанице, впервые выявленное в 1978 г., было подтверждено в 1995 г. бригадой специалистов Института судебной медицины в Генуе. Эти результаты обычно редко упоминаются в литературе о Плащанице, что отчасти объясняется тем, что они подтверждают выводы американских синдонистов, но главным образом потому, что специалисты из генуэзского института сообщили о находке мужской и женской ДНК. Архиепископ Сальдарини поспешил дистанцировать позицию Церкви от этих ошеломляющих выводов, заявив:

«Данные ДНК могут быть основаны на малосущественных пробах, которые были взяты с официального разрешения в 1978 г. При этом присутствие женской ДНК в пробах, даже если оно и подтвердится, не может считаться сколько-нибудь важным открытием. Единственное, о чём оно может свидетельствовать, – это о том, что Плащаница, как известно, за свою долгую историю побывала в руках множества людей. К примеру, в 1534 г. она в течение двух недель находилась в распоряжении «Бедных сестёр»[12]в Шамбери, которые проводили починку реликвии, пострадавшей во время пожара 1532 г. Утверждать, что все следы ДНК на Плащанице представляют собой следы крови, вытекшей при Распятии, было бы слишком большой натяжкой».

Довод кардинала Сальдарини не лишён оснований. Какая-нибудь из монахинь наверняка могла разрыдаться над Плащаницей. Более того, вполне возможно, что на протяжении многих веков при виде следов ужасных мучений на теле Распятого над Плащаницей рыдали сотни и тысячи монахинь. Однако, признавая достоверность выводов Трайона, такие синдонисты, как Ян Вильсон, утверждали, что эти результаты могут оказаться ошибочными в том случае, если слёзы таких фанатичек падали точно на места кровяных пятен, что, понятно, крайне маловероятно. Тем не менее синдонисты отвергли результаты генуэзских учёных, ибо, по их мнению, на Плащанице просто не могло быть женской ДНК.

И хотя к каким-либо определённым выводам прийти не удалось, возобладало мнение, что кровяные пятна на Плащанице содержат настоящую человеческую кровь. Однако это сразу же выдвигает новые вопросы: действительно ли эта кровь принадлежала тому самому человеку, который запечатлён на Плащанице? Является ли это свидетельством того, что Плащаница некогда находилась в контакте с настоящим окровавленным телом?

Ответ на оба этих вопроса может быть только отрицательным. Если Плащаница – это искусная подделка, её создатель вполне мог воспользоваться настоящей кровью, чтобы придать делу рук своих большее правдоподобие. Кровь же могла быть взята у разных людей, чем и объясняется наличие мужской и женской ДНК в пробах, и, как мы увидим ниже, действительно существует целый ряд аномалий кровяных пятен. Это – веский аргумент в пользу мнения, что пятна крови были нанесены на реликвию искусственно.

Изображение на Плащанице было обследовано многими анатомами и специалистами по судебно-медицинской экспертизе, которые сходятся во мнении, что пропорции изображения соответствуют пропорциям человеческого тела. Некоторые из специалистов пошли ещё дальше, заявив, что изображение слишком безукоризненно, чтобы быть творением художника.

Обычно принято считать, что рост Человека на Плащанице составлял примерно 5 футов 11 дюймов (178 см), но существуют и другие оценки, согласно которым его рост был равен 5 футам 4 дюймам (162 см). Это зависит от допущений о том, как была развёрнута и растянута ткань.

Физические данные показывают, что перед нами – изображение здорового мужчины крепкого телосложения, не занимавшегося физическим трудом. Видный этнолог Карлтон Кун из Гарвардского университета обнаружил характерные этнические черты, позволяющие считать Человека на Плащанице евреем-сефардом или арабом, но основывать на этом какие-либо серьёзные выводы невозможно. Это предположение подкрепляется таким свидетельством, как длинные волосы, которые часто именуются «распущенной косой» и считаются отличительной чертой внешнего облика молодого еврея I в. н.э.

Человеку на Плащанице на вид лет сорок-пятьдесят. По мнению ряда учёных, в момент распятия Иисус в действительности был значительно старше общепризнанного возраста – тридцати трёх лет.

Пьер Барбе, изучавший только что ампутированные руки, продемонстрировал и доказал, что руки могут удержать вес пригвождённого к кресту тела только в том случае, если гвозди вбиты не в ладони, а в запястья[13] (в так называемый проход между костями запястья), как это видно на Плащанице. Он также установил, что гвоздь пробил средний нерв, в результате чего большой палец оказался прижатым к ладони. Действительно, указательные пальцы у Человека на Плащанице не видны.

Однако было бы несправедливо говорить о том, что эти выводы исследователя являются чем-то новым и неизвестным прежде. О том, что гвозди были вбиты именно в запястья, упоминается ещё в первой работе о Плащанице – книге кардинала Габриэле Палеотти, архиепископа Болонского, опубликованной в 1598 г. Почтенный прелат говорит, что это «было доказано талантливыми ваятелями на трупах, которые прибивались с целью написания с них картин». Ван Дейк (1599 – 1641) и Рубенс (1577 – 1640) также запечатлели на своих полотнах Христа, распятого именно таким образом. Однако этот важный факт не был известен в эпоху Предвозрождения, когда, как считается, была фальсифицирована Плащаница.

Анализ углов, под которыми кровь стекала на руки, показал, что это вполне соответствует тому, что имело место в реальности, когда человека распинали с резко поднятыми над головой руками в виде буквы «Y», а не в привычной по множеству художественных изображений позе в виде буквы «Т». Кровь из ран в запястьях струилась по рукам и капала вниз под воздействием силы тяжести. Эти кровоподтёки на обеих руках расположены под несколько разными углами относительно линии рук, и они в точности соответствуют тому, что имело место при распятии.

Существуют две основные гипотезы о том, как конкретно человек умирает при распятии. Пьер Барбе полагает, что смерть наступает в результате удушья, ибо в такой позе невозможно дышать, не опираясь на ноги. Жертва может приподнять грудную клетку, лишь навалившись всей тяжестью тела на гвозди в ногах, что влечёт за собой агонию, вызывающую нечто вроде возвратно-поступательного движения. Распятый, приподнявшись на одной руке, делал вдох и затем опускался от боли; потом приподнимался на другой руке и испытывал ещё большую боль. Барбе утверждал, что два угла линии стока крови свидетельствуют о двух таких позах распятого. Она предусматривает, что у тела есть всего одна – нижняя опора, роль которой выполняет гвоздь или гвозди, вбитые в ноги, а промежуточной опоры (франц. sedile ) нет.

Сторонники другой гипотезы, в поддержку которой выступал Родни Хор, утверждают, что на самом деле такая промежуточная опора была и что смерть наступила от какой-то иной причины. Пока жертва была ещё жива, её руки находились в одном положении, а когда распятый потерял сознание, они сместились в сторону. Сторонники этой гипотезы также заявляют, будто углы стока крови на руках подтверждают их точку зрения.

Такое направление стока крови представляется вполне реальным. Наиболее заметный из всех кровоподтёков, образующий цифру «3» на лбу, в точности воспроизводит характерное направление стока крови из раны-прокола и даже отражает изменение направления над надбровными дугами. На некоторых пятнах даже видны следы выделения сукровицы из крови, хотя это с равным успехом может быть след расслоения компонентов крови при искусственном её нанесении на реликвию.

Некоторые полагают, что более чёткие следы в середине раны в грудной клетке представляют собой те самые «кровь и воду», которые, согласно свидетельству Евангелия, истекли из тела Иисуса (Ин. 19, 34)[14], и даже пытаются найти медицинское объяснение происшедшему. Впрочем, это ничего не доказывает, ибо любой фальсификатор, «работавший» в соответствии с текстом библейского свидетельства, не преминул бы воспроизвести столь важную деталь.

Рана, оставленная копьём, с одной стороны несколько изогнута, что вполне соответствует форме сечения римского копья Iancea, того самого оружия, о котором упоминается в Евангелии от Иоанна. И хотя этот факт часто упоминается как доказательство подлинности Плащаницы, никто ещё не показал и не доказал, что эта рана не соответствует другим типам оружия той эпохи, например бывшим в употреблении в Италии в эпоху Ренессанса. Никому в голову не пришло заняться их изучением. (Впрочем, даже беглого взгляда на страницу энциклопедии с изображением разных видов оружия достаточно, чтобы убедиться, что подобные копья использовались практически во все эпохи. В конце концов, диапазон вариантов дизайна такого оружия не так уж широк.)

Раны на лице человека на Плащанице – особая тема, вызывавшая немало споров. Большинство исследователей согласны, что на лице заметны следы насилия, но расходятся во мнении относительно того, насколько сильно было повреждено лицо.

Первые фотоснимки, сделанные Секондо Пиа, демонстрируют куда более сильные отёки и припухлость, чем снимки, сделанные впоследствии. Джузеппе Энри утверждал, что это объясняется тем, что Пиа не смог как следует расправить ткань Плащаницы перед тем, как фотографировать её, и поэтому изображение лица получилось слегка деформированным. Любопытно, что его собственное мнение сводилось к тому, что на лице вообще нет следов насилия. Другая крайность – мнения таких исследователей, как Дэвид Уиллис (английский врач, убеждённый католик, который провёл специальное исследование следов ран на реликвии), составивший жуткий перечень ран и повреждений лица, таких, как припухшие брови и разорванное веко, – рана, которую почти невозможно вынести даже при куда более жестоком избиении.

По сути, это вечная проблема. Поскольку лицо выглядит на удивление реальным, почти живым, попытки сосредоточить внимание на второстепенных деталях приводят к субъективным трактовкам, быстро превращающимся в нечто вроде анализа чернильных клякс. Сама структура ткани служит своего рода барьером, за которым невозможно разглядеть никаких деталей, хотя это нисколько не мешает многим досужим умам выискивать и находить массу интереснейших мелочей, которые кажутся им неоспоримым доказательством истинности их «гипотез». Другая проблема заключается в том, что исследователи всегда используют сильно увеличенные фотоснимки, а не снимки в реальном масштабе, что, разумеется, отодвигает на второй план само изображение, фокусируя внимание на деталях. От этого не только теряется чёткость, но и сама зернистая структура фотобумаги иной раз создаёт обманчивые контуры.

На изображении Человека можно заметить более сотни шрамов и отметин, расположенных по большей части на спине. Судмедэксперты смогли даже посчитать точное число[15] шрамов от бичевания, а также определить их длину и положение. Высказывалось утверждение, что форма ран и шрамов соответствует следам римского флагрума[16], плети или бича с раздвоенным концом, на кончиках которого были прикреплены металлические гирьки – «глухие колокольчики». Увы, сравнительных исследований бичей, применявшихся в те времена, не существует, однако известно, что флагелланы во время жуткой Чёрной Смерти[17] в XIV в. использовали весьма схожие плети-бичи, а начиная с середины XV в. процессии «флорентийских флагелланов» превратились в красочное уличное театрализованное действо, главным элементом которого является животрепещущая демонстрации атлетического мазохизма[18].

Исследователи выдвигали различные объяснения того, почему на Плащанице видна ступня только одной ноги. Некоторые, в числе которых был и Родни Хор, утверждали, что тело лежало плашмя, и высказывали предположение, что ткань была обвёрнута вокруг ног, которые оказались прижатыми к стене гроба. Возможно и другое объяснение: тело, окоченев, просто застыло в той позе, в какой оно висело на кресте, и одна нога была слегка согнута в колене, что позволило уложить тело плашмя после снятия его с креста.

[12] «Бедные сёстры» – клариссы, монахини ордена нищенствующих клариссинок. Этот орден, наряду с миноритами и терциариями, считается вторым орденом св. Франциска Ассизского. Основательницей и первой настоятельницей ордена был Клара Скиффи (1191 – 1253). Под влиянием св. Франциска Клара отреклась от мира и основала общину, ставшую ядром будущего ордена клариссинок. Св. Клара канонизирована в 1255 г. Орден клариссинок отличался суровостью устава. В годы расцвета в нём насчитывалось более 2000 монастырей, а после Реформации – около 900. Одежда клариссинок – серое платье минориток. (Прим. Пер.)

[13] Этот факт лишает всякого онтологического обоснования многочисленные явления стигматов (кровоточащих ран) на ладонях многих благочестивых и даже святых (св. Франциск Ассизский) адептов Католической церкви. Такие стигматы – не более чем особый психосоматический феномен, обусловленный гипертрофированным вниманием католической христологии именно к человеческому телу Господа и Его ранам, а не к воскресшей и преображённой плоти. Не случайно католики изображают на Кресте – с массой натуралистических деталей – тело Богочеловека Христа, тогда как, согласно православной традиции, на священных изображениях можно видеть лишь «некое подобие плоти Господа». Другими словами, католики изображают и исповедуют существенно иного Христа. (Прим. Пер.)

[14] «Но один из воинов копьём пронзил Ему рёбра, и тотчас истекли кровь и вода» (Ин.19, 34). Согласно христианскому преданию, этим воином был сотник Лонгин, впоследствии принявший крещение. Его копьё (о подлинности которого есть разные мнения) впоследствии стало именоваться копьём Судьбы и почитаться как одна из величайших мистико-магических святынь. Обладателю копья сотника Лонгина приписывалась власть над миром. Есть гипотеза, что хранившееся в Вене копьё на самом деле имеет позднее происхождение и было сделано в начале IX в. для императора Карла Великого. (Прим. Пер.)

[15] В общей сложности на изображении на Плащанице выявлены следы 98 ударов бича. Из них 59 ударов нанесены бичом с тремя концами, 18 – с двумя и 21 – с одним. В среднем длина шрама-раны от каждого удара составляла 3,7 см. (Прим. Пер.)

[16] Флагрум, или, точнее говоря, флагрум таксиллятум (flagrum taxillatum) – язвящая плеть, «бич, наводящий ужас». (Прим. Пер.)

[17] Имеется в виду страшная пандемия чумы и бубонной язвы, свирепствовавшая в середине XIV в. на Ближнем Востоке и в Европе, выкосившая более половины её населения. В отдельных районах, например на западе Германии и севере Франции, умерло более 70% жителей, так что в некоторых епархиях епископы были вынуждены в качестве крайней меры, ссылаясь на примеры Ветхого Завета, дозволить многожёнство, чтобы не допустить окончательной гибели рода христианского. (Прим. Пер.).

[18] Интересно, что более ранним прототипом шествия флагелланов («бичующихся») является исламский оргиастический праздник шахсей-вахсей, во время которого обнажённые до пояса фанатики, шествующие по городским улицам, наносят себе кровавые раны бичами и цепями. Название праздника происходит от возгласа «шах Хусейн! – вах Хусейн!» («царь Хусейн – увы, Хусейн»), а сам праздник совершается в воспоминание трагической гибели одного из потомков пророка Мохаммеда, предательски убитого подосланным убийцей. Некоторые из участников шествия носят в руках тряпичную куклу, изображающую Хусейна, и периодически окропляют её собственной кровью. В этом исламском ритуале можно увидеть трансформированные следы христианского почитания мучеников и выноса их мощей для публичного поклонения. (Прим. Пер.)