Сохраните его, светлые боги, в бою, от лютой смерти, ран тяжелых и боли. Дайте ему сил все пережить и домой вернуться.
Тишка-плут развлекал ельнийских гостей. Кувыркался перед ними, пел частушки, байки травил. Я б и не удивилась, если б не на чистом ельнийском говорил. Шут-шутом, а ведь языки знает. Откуда только?
Как из-под земли передо мной вырос скельдиан - тот самый помощник ярла Сигурда. Склонил голову и молвил:
- Мой ярл желает говорить с тобой.
У меня ноги чуть не подкосились.
- Со мной говорить? - только и вырвалось вслух.
Скельдиан кивнул.
Я вопросительно поглядела на Всеслава. Заклинатель глазами велел соглашаться.
- Идем за мной, - проговорил скельдиан.
Скельдиане сидели поодаль от княжьего стола. Мстислав позволил это, ни слова не сказав. Зная о давней неприязни двух народов.
Увидев меня, северяне с интересом обернулись. Кто-то заулыбался, говоря что-то на своем языке, кто-то недовольно сощурился. Ульвар Трехпалый усмехнулся и головой покачал, а брат его, Сигурд, поднялся и вышел навстречу. Его помощник отошел в сторону.
- Рад видеть, что носишь мой подарок, - взгляд скельдиана упал на медальон, который я все же надела на пир, вопреки запрету Ладимира. - Хотел узнать, по нраву ли пришелся?
Едва на ногах я стояла, впервые с ним говоря, так близко видя. А голос северянина и вовсе чудно звучал, со скельдианским-то выговором.
- Подарок твой всегда носить стану, - ответила. - И благодарю за него.
- И одной благодарности хватит, - едва заметно улыбнулся Сигурд. - Говорили мне, ты о Скельдиании расспрашивала?
Вот Тишка, плут окаянный! Ну, задам же я тебе! Ох, берегись, поганец!
- Правду говорят, расспрашивала. Край ваш далекий, неведомый мне. На севере никогда прежде бывать не случалось, оттого и узнать хотела.
Сигурд внимательно поглядел на меня, будто что-то высмотреть надумал.
- Второй год я в Трайте от имени своего конунга, - проговорил наконец. - И все никак не пойму, отчего вы, беларды, так край свой не любите. Кого не спроси, каждый о чужих странах узнать хочет, а чего доброго и уехать вовсе.
- Всем знать хочется, как другие народы живут, - только и нашлась я.
Сигурд чуть улыбнулся.
- Везде одинаково, только люди и боги другие.
Как подумаю, с кем говорю сейчас, в глазах темнеет. Надо ж ведь - я, девка деревенская, дочь торговца из глухого места - а рядом с ярлом скельдианского конунга стою. Отчего только, никак в толк не возьму.
- Одинаково-то одинаково, да только в селах и городах по-разному. На юге и вовсе война, а Трайта все неприступная стоит.
- Верно говоришь, - согласился Сигурд, - как и полагает ученице достойного человека.
Я на миг опустила глаза, чувствуя, что еще немного и зальюсь краской.
- А в Трайте теперь своя война, - продолжил он. - Сама ведь узнала.
- Ярлу Сигурду многое известно обо мне.
- Равно как и обо всех, сидящих в этом зале, - жестко проговорил скельдиан. - Я запомнил, как ты бросилась под копыта моего коня. Не думал, что увижу в княжеском тереме.
Вмиг все померкло.