Финляндия на пути к войне: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Пересмотр оборонительных планов в отношении Северной Финляндии начался лишь на пороге июня, т. е. сразу после переговоров в Зальцбурге и Берлине, но до состоявшихся переговоров в Хельсинки 3–6.6. Теперь мы располагаем обстоятельными и живыми воспоминаниями генерал-лейтенанта Вяйнё Ойнонена, бывшего в то время начальником штаба V армейского корпуса.

Утверждение Ойнонена о том, что были изложены основные цели операции, кажется правдоподобным, иначе финнам в предстоящие недели было бы сложно планировать крупные изменения в сосредоточении войск. Высказанная при расставании надежда на встречу в Лоухах свидетельствует также о понимании участниками совещания того, что теперь планы носят наступательный, а не оборонительный характер. Прекращение уничтожения собственных дорог в непосредственной близости от границы было продиктовано необходимостью их использования для нападения.

И хотя имя генерала Сииласвуо и отсутствует в «протоколах» хельсинкских совещаний и в соответствующем отчете о них, который имеется в военном журнале армии «Норвегия», все свидетельствует о том, что он принимал в них участие, по крайней мере — 4 июня. Запись в журнале «Норвегия», сделанная присутствовавшим на совещании майором Мюллером о том, что командующий армейским корпусом изложил возможности собственной операции, согласно которой достигается линия Кестеньга — Ухта, не оставляет сомнений в том, что речь может идти только о командующем III АК Сииласвуо.

Вопрос о мостах в Лапландии на совещании в Хельсинки 2 июня еще не поднимался, подробно он был рассмотрен позднее. Согласно военному журналу армии «Норвегия», немцы на совещании в Хельсинки просили финнов привести к 18 июня в порядок мосты в Пелкосниеми, Савукоски и Сайя и перебросить на Кемиярви четыре парома, грузоподъемностью в 18 тонн. Уже на следующий день из Главного штаба за подписью квартирмейстера А. Ф. Айро было отправлено секретное распоряжение о приведении в порядок вышеперечисленных мостов, которые должны были выдерживать 18-тонную нагрузку. Одновременно сообщалось, что армейский корпус получит дополнительные транспортные средства (три автороты), которые прибудут в Пиппола на шестой день после начала мобилизации. Отдельное медицинское подразделение прибудет по железной дороге в Кеми. Иные подкрепления для армейского корпуса не планировались.

Так, за несколько дней до того, как через порт Оулу стала осуществляться масштабная переброска немецких войск, начались непосредственные приготовления, направленные на облегчение немецкого продвижения к фронту в районе Саллы. Этот факт можно считать поворотным моментом и в планах финских войск, дислоцированных в Лапландии.

Генерал Сииласвуо, находясь в Оулу, запросил 9 июня 1941 г. информацию оперативного отдела Главного штаба об общей ситуации. Он хотел знать, будет ли выведена из-под его подчинена и переподчинена немцам Группа Петсамо, а также дивизия Виикла. Через два дня полковник Тапола ответил о необходимости решать дело «на месте», т. е. с немцами. Исследователь Хелге Сеппяля подчеркивает, что этот обмен телеграммами «ясно свидетельствует о том, что финские войска в Северной Финляндии уже до официального подчинения немцам находились под их командованием».

Полковник Ойнонен в своих воспоминаниях указывает на то, что если ранее в Северной Финляндии планировались лишь оборонительные мероприятия, то теперь штабу срочно пришлось разрабатывать и наступательные варианты действий. Признаком такого наступательного планирования следует считать посланный 9 июня 1941 г. V армейским корпусом в зарубежный отдел Главного штаба секретный запрос из 17 пунктов, которые все касались советской территории в полосе будущего наступления армейского корпуса.

Поскольку немцы в результате переговоров начала июня взяли на себя направления Петсамо и Саллы, финны смогли сузить свою слишком широкую полосу обороны. Правда, в Петсамо было оставлено сформированное в апреле месяце «Отделение Петсамо», численностью около одного батальона. Но так как за основное операционное направление отвечали две немецкие горные дивизии, то на долю финнов оставалась лишь задача по охранению пустынного района Луттойоки. Поскольку полоса 12 бригады простиралась от Петсамо до южной границы губернии Лаппи, а полоса 11 бригады — с этого рубежа до южного берега Оулуярви, дислокация этих подразделений, расширенных в ходе мобилизации до размеров дивизий (6 Д — Виикла и 3 Д = Группа Туртола и Группа Фагернес), теперь была изменена: части шестой дивизии сосредотачивались на полосе к югу от Саллы до Куусамо, протяженность которой составляла лишь треть прежней. Таким образом, можно предположить, что в результате перегруппировки эта дивизия стала обладать необходимой мощью для ведения наступательных операций. Полоса третьей дивизии сузилась в районе Куусамо незначительно, в большей степени — к югу от Оулуярви. К тому же дивизия могла в ходе наступления получить в свое распоряжение некоторые освободившиеся в полосе Саллы финские части снабжения, немецкую танковую роту, а также поддержку Люфтваффе.

Поскольку русским вместо небольшого фронта периода Зимней войны теперь предстояло вести оборону от Ледовитого океана до Черного моря, у них явно не доставало бы сил на Севере. Можно было рассчитывать на то, что в этих условиях финны могли бы вести наступательные операции на всех участках фронта. И так как подобные планы у финнов отсутствовали, перед их штабами в июне 1941 г. встали совершенно новые и срочные задачи, что было видно хотя бы из вышеупомянутого запроса Сииласвуо от 9 июня.

И хотя общие планы финнов, разработанные в начале июня, не сохранились, имеющиеся разрозненные документы свидетельствуют о том, что армия Финляндии сменила ориентиры уже на достаточно ранней стадии — во всяком случае ДО подчинения немцам, которое произошло 15 июня. И когда утверждается, что нейтральная Финляндия узнала и отреагировала на передвижения немцев лишь в самый последний момент, то факты все же говорят о другом: о достигнутой уже в начале июня (3–6.6.) договоренности военных относительно взаимного сотрудничества. Формально производившие «замену» немецкие войска находились 11 июня еще по большей части в море, хотя передовые части уже достигли портов Похьянмаа с тем, чтобы через три дня сосредоточиться в районе Рованиеми. В сторону Саллы они двинулись только 18 июня. Но уже за неделю до этого финны организовали снабжение, а еще ранее запросили сведения о новой полосе наступления своих войск.

Решающим обстоятельством в планировании ситуации на Севере Финляндии было подчинение финских войск немецкому командованию в Лапландии. Формально этим документом являлся «Приказ Главного штаба вооруженных сил от 15.6.1941 г о подчинении V АК командному пункту штабу армии Норвегия, расположенному в Рованиеми». Но за столь важным решением должно было быть согласие высшего руководства страны. Приказ был зафиксирован в военном журнале V АК 16.6. в 13.00, или в тот самый момент, когда полковник Бушенхаген, начальник штаба армии «Норвегия», уже прибыл в штаб Сииласвуо для отдачи, согласно новому приказу, распоряжений!

Известные ранее исследователям приказы Фалькенхорста по V АК от 10 июня (который, правда, был доведен до сведения финнов лишь 16.6. после подчинения V АК), Бушенхагена по армии от 17 июня и приказ того же дня Сииласвуо по своим войскам выглядят теперь в новом свете. Речь шла отнюдь не о каком-то «теоретизировании» по поводу возможного сотрудничества в случае войны, а об организации уже реально существовавшего взаимодействия сухопутных сил на основе согласованных документов. Если бы маски были сброшены лишь 18 июня, когда немцы из Рованиеми стали выдвигаться к востоку, хаос в передвижении финских войск в направлении Саллы был бы неизбежен. Но на него, благодаря двухнедельным приготовлениям, не было и намека: все проходило на основе договоренностей, оформленных в письменном виде. Другое дело, что сами подразделения об этом ровным счетом ничего не знали, поскольку контакты осуществлялись на уровне армейского корпуса и дивизии (III АК и 6 Д).

Сотрудничество III АК (бывшего V АК) с немцами началось сразу же после вышеупомянутого подчинения 15 июня. Уже в тот же день Сииласвуо сообщает генералу Фейгелю, командующему XXXVI АК, о передислоцировании частей 6 дивизии и 12 бригады. 18 июня он просит через германского офицера связи, оставленного в Оулу, о передаче в прямое распоряжение его армейского корпуса немецких разведывательных самолетов и бомбардировщиков, находившихся на аэродроме Пудасярви. Одновременно он просил поддержки самолетами Стука на первом этапе наступательных операций. Немецкий офицер связи со своей стороны сообщал, что вместо планировавшегося разведывательного подразделения III АК получит от немцев танковую роту. Договорились о том, что III АК озаботится его переброской к линии фронта не позднее 25 июня. Одновременно была достигнута договоренность, согласно которой предназначенная для левого соседа (финской 6 дивизии) информация может сообщаться ему непосредственно и ее не требуется пересылать через штаб в Рованиеми.

В своем собственном приказе о сосредоточении от 17 июня 1941 г. генерал Сииласвуо отмечал, что основные силы Финляндии призваны на чрезвычайные сборы, поскольку количество иностранных войск в стране возросло. Приказ о мобилизации — формально, как и в преддверии Зимней войны — на чрезвычайные сборы, был получен по телефону III АК в первой половине дня 17 июня, так что приказ о сосредоточении войск появился, видимо, к вечеру того же дня. Накануне полковник Бушенхаген побывал в Оулу, где оставил упоминавшиеся выше оперативные распоряжения Фалкенхорста, помеченные 10 июня, и сообщил, что немецкий марш на восток из Рованиеми начнется в ночь с 17 на 18 число, а вероятным днем начала войны станет 22 июня, когда немцы захватят Петсамо. Наступление на Мурманск начнется из этого района 29.6.1941 г. Бушенхаген сообщил также штабу Сииласвуо, «жестикулируя перед картой», о предстоящем 1 июля наступлении немцев на Саллу и далее на Мурманскую железную дорогу. Реальное положение вещей для командующего финскими войсками в Лапландии было уже вполне ясным, хотя решение парламента о вступление Финляндии в войну состоялось только через восемь дней (25 июня 1941 г.).

Задача III АК сводилась к предотвращению возможных вторжений на финскую территорию с востока, в районе между Оулуярви и Куусамо. Формально в приказе использовалась оборонительная терминология, хотя разграничение фланговых участков свидетельствует об ином: после перечисления некоторых пунктов на финской территории следовали географические названия Восточной Карелии и все они заканчивались — как и у Фалькенхорста неделю назад — на берегу Белого моря!

В приказе Сииласвуо о сосредоточении войск отмечается, что 14 дивизия (впоследствии — 3 Д) занимает позиции на правом, а 6 Д на левом фланге: силы III АК подразделялись, таким образом, на две группировки — группа F (полковник Фагернес) справа и группа J (подполковник Юсси Туртола).

Генерал Сииласвуо в своем заявлении следователям, расследовавшим дела виновников войны, характеризовал сотрудничество его армейского корпуса с немцами следующим образом: «Сосредоточение в Суомуссалми и Куусамо произошло в рамках всеобщих сборов, так что немцы ни во что не вмешивались, их участие проявилось лишь в заблаговременно изданном приказе о наступлении… До получения приказа о наступлении войска находились, по крайней мере, в 10 км от границы».

Начальник штаба Вяйнё Ойнонен, вспоминая свое соединение, был более многословен, чем его руководитель: «Штаб армейского корпуса 20 и 21 июня перевели в район деревни Тайвалкоски, на территорию бараков Майянлампи, которой присвоили кодовое наименование Койвикко.

Армейский корпус был подчинен немецкому Armeoberkommando Norwege (Befehlsteile Finnland), командующим которого являлся генерал-полковник Николаус фон Фалькенхорст и начальником штаба полковник Бушенхаген. Их штаб находился в Рованиеми. Подчинение бросалось в глаза хотя бы тем, что на территории нашего штаба разместили узел связи с громкоговорителями, через которые передавались приказы на немецком языке, последние поступали также с прибывавшими вестовыми. Имелись и иные признаки нашего нового положения, в частности, немецкий провиант и подполковник Мюнх.

Мюнх прибыл непосредственно из Ставки Гитлера и представился офицером связи при штабе III АК. Он разложил перед нами карту Европы, достал из кармана небольшой листок с записями и, опираясь на них и на свою память, изложил нам план немецкого наступления на всем протяжении будущего русско-германского фронта. Нас поразило не столько количество германских войск, сколько то обстоятельство, что Мюнх знал о планах нападения задолго до начала войны».

В приказе по III АК о сосредоточении еще не говорилось о передвижениях войск. О них речь шла в оперативном плане, который генерал-майор Сииласвуо издал 18 июня 1941 г. и который уже в тот же день, будучи переведенным на немецкий язык, был отправлен в Рованиеми. В сокращенной версии генерал-майора Вейкко Кархунена он выглядел следующим образом:

1. Исходное расположение согласно схеме.

2. Замысел операции: Одновременный переход границы по направлениям Вуоккиниеми, Лонкка-Вуоннинен и Киимасярви-Суванто (см. схему), ему предшествует мощная артиллерийская подготовка особенно в направлении Васонваара (две легких и одна тяжелая батареи, а также осадная артиллерия), первоочередная цель — выйти на линию водной системы Вуоккиниеми — Вуоннинен, на севере — Суванто (см. схему), последующая задача — Ухта. После разгрома противника на границе небольшими спецотрядами подавляются опорные базы вражеских погранвойск, особенно на правом фланге.

Наступающая из Куусамо группа силой до одного батальона продвигается в направлении Кестеньги и обеспечивает левый фланг армейского корпуса в районе Сохьянайоки (см. схему).

Командующий армейским корпусом имеет в своем распоряжении солидный резерв, который после прояснения ситуации относительно того, в какой мере оправдываются наши первоначальные расчеты по поводу состояния дорог в направлении Васонваара — Вуонинен и Куусамо — Ухта, используется для концентрированного удара, обеспечивающего продвижение в Васонваара или Куусамо — Ухта.

3. Основной состав штаба армейского корпуса располагается в Майянлампи близ Тайвалкоски 21 июня 18–00 (см. схему).

Немцы могут быть довольными заблаговременной подготовкой их подчиненных. Рейд финских частей в направлении Мурманской железной дороги был предопределен уже за неделю до вступления Финляндии в войну.

^{Оперативный план генерала Сииласвуо для III армейского корпуса. Продвижение через границу происходит одновременно по направлениям Вуоккиниеми, Вуоннинен, Киимасъярви — Суванто. Следующий этап — от Вуоннинен на Ухту и от Суванто на Сохьяна. Сильный резерв командующего после выяснения обстановки направляется в наиболее перспективный район дальнейшего продвижения. Конечная цель, сформулированная немецким командованием, заключалась в выходе на Мурманскую железную дорогу в районе Лоухи и Кеми. На основании схемы Вейкко Кархунена}

Вечером 22 июня, в день Барбароссы, было принято решение о необходимости «довести до сведения всех частей основное содержание прозвучавшего этим утром по радио выступления Адольфа Гитлера. Особенно следует выделить то место, где он говорит о героической финской армии, готовой оборонять свою страну». Приказ частям III армейского корпуса, подчиненным германскому командованию, поступил, видимо, от немцев, поскольку финская армия не занималась подобной пропагандой; правительство Финляндии, напротив, стремилось сгладить этот эффект: слова Гитлера im Bunde перевели как «совместно», а не «в союзе».