— Это сразу не выяснить. Я поручу кому-нибудь заняться этим вопросом.
— В час уложишься?
Он секунду колебался, а потом в его голосе зазвучали странные нотки.
— Ладно, если это так важно.
— Да, важно.
— Ты что-то узнал?
— Нет, — честно признался я. В самом деле, я ничего не знал наверняка. Это была только догадка. — Я просто хочу знать.
Закончив разговор, я плеснул бурбона в стакан и, взглянув на портрет отца, приветственно поднял его и осушил одним глотком.
— Ты не очень-то гостеприимен, — сказал Мак, глядя на бутылку бурбона на столе. — Как насчет выпить?
Я удивленно взглянул на него. Он никогда не был любителем выпить. Тем более в рабочее время. Я подвинул к нему бутылку и стакан.
— Угощайся.
Он налил немного и выпил, а потом откашлялся. Я выжидающе смотрел на него.
— Есть один послевоенный план, который я хотел с тобой обсудить, — сказал он смущенно.
— Говори.
— Я о себе, — неуверенно сказал он. — Видишь ли, я уже немолод. Хочу уйти на покой.
— На покой? — я не поверил своим ушам. — Какого черта? Чем ты будешь заниматься?
Мак смущенно покраснел.
— Я всю жизнь много работал, — сказал он. — У меня два сына, дочь и пять внуков, троих из которых я даже не видел. Мы с женой хотели бы побыть с ними, пока не поздно.
Я рассмеялся:
— Ты говоришь так, словно можешь вот-вот отдать концы. Ты же еще молод!
— Мне шестьдесят три. Я работаю с тобой уже двадцать лет.
Двадцать лет! Куда они ушли? Военные врачи были правы. Я тоже уже не мальчик.
— Нам будет тебя не хватать, — искренне сказал я. — Не знаю, как мы справимся.
Это была правда. Мак был единственным человеком, на которого я мог по-настоящему положиться.
— Справишься. Теперь у нас работает около сорока юристов, и каждый специализируется в своей области. Ты ведь больше не один человек, а большая компания. И тебе нужна целая юридическая машина.
— Ну и что? — возразил я. — Когда у тебя неприятности, машине не позвонишь посреди ночи.
— Этой машине — можно. Она рассчитана на все случаи жизни.
— Но чем ты будешь заниматься? Не может быть, чтобы тебя устроила роль счастливого деда! Чем ты займешь свои мозги, Мак?
— Я подумал об этом, — серьезно ответил он. — Я так долго занимался корпоративным правом и налогами, что забыл о самом главном. О законах, которые относятся к людям. — Он взял бутылку и налил себе еще. Ему нелегко сидеть здесь и рассказывать мне о том, что он думает. — Я хочу устроить контору в каком-нибудь маленьком городке и заниматься теми, кто ко мне обратится. Мне надоело мыслить миллионами. В кои-то веки мне хотелось бы помочь какому-нибудь несчастному сукину сыну, которому это действительно нужно.
Я смотрел на него. Работаешь с человеком двадцать лет, и все равно его не знаешь. Никогда не подозревал такого за Макалистером.