— Ты можешь не знать свою мать, но ведь ты хорошо знаешь отца. Ты знаешь, как он умеет ненавидеть человека, которого счел своим обидчиком.
— Например, тебя?
— Например, меня. — Я кивнул. — Как ты думаешь, в ту ночь, когда вы оба явились ко мне в отель, он думал о тебе? Или все-таки о том, как бы свести счеты со мной?
Она помолчала, и взгляд ее смягчился.
— Ты думаешь, с мамой было так же?
Я снова кивнул.
— Приблизительно.
Она опустила глаза и стала смотреть на скатерть. Когда она опять взглянула на меня, взгляд ее прояснился.
— Спасибо за то, что ты сказал мне это, Джонас. Почему-то мне стало легче.
— Вот и хорошо, — ответил я. — Кстати, ты в последнее время не видела отца?
— Года два назад он приходил к нам на обед и занял тысячу долларов. — Моника криво улыбнулась. — С тех пор я его не видела.
— А ты не знаешь, где он может быть?
— Зачем он тебе?
— У меня есть хорошая работа для него в Канаде, но он куда-то исчез.
Она странно посмотрела на меня.
— Ты хочешь сказать, что готов дать ему работу после того, что он сделал?
— У меня нет выбора, — неохотно признался я. — Мне не особенно нравится эта идея, но ведь идет война. Мне нужен такой человек, как он.
— Год назад он мне написал. Говорил, что собирается стать управляющим аэропорта в Титборо.
— Спасибо, — сказал я. — Поищу его там.
Неожиданно Моника сжала мою руку. Я удивленно посмотрел на нее. Она улыбнулась.
— Знаешь, Джонас, я пришла к странному выводу: друг из тебя лучше, чем муж.
5
Когда я вернулся на следующий день в отель, Макалистер уже ждал меня там.
— Ты его нашел? — спросил он.
Я покачал головой.
— Он задержался там, только чтобы успеть выписать какому-то олуху фальшивый чек на пять тысяч долларов.
— Он заметно опускается. И куда он подался после этого?
— Не знаю. — Я швырнул на кресло пальто и сел. — Может, сидит в тюрьме в каком-нибудь захолустном городишке. Фальшивый чек — Господи!
— Что я должен делать? — спросил Мак.
— Ничего, — сказал я. — Но я обещал Роджеру, что попытаюсь его найти. Придется привлечь частных сыщиков. Если они его не найдут, я буду чист перед Роджером. Звонил Хардину?