— Мне нужен бригадир насчет работы.
— А, так это ты.
Дэвид смешался.
— О чем вы?
— Новый парнишка, — ответил лифтер. — Племянник старика Нормана.
Дэвид онемел от изумления.
— Никого еще нет, — сказал лифтер, закрывая дверь. — Раньше восьми не приходят.
Лифт со скрежетом уехал. Дэвид задумался. Дядя Берни велел ему ничего не говорить — он и не говорил. Но они уже все знают. Интересно, знает ли дядя, что все знают?
Он остановился перед большой афишей. Ярко-красная надпись гласила: «Вилма Бэнки и Род Ла Рок». На плакате была изображена мисс Бэнки, лежащая на диване с задранным выше колен платьем. Позади нее стоял красавец Ла Рок, одетый по последней моде Валентино, и смотрел на нее страстным взглядом. Кто-то из здешних работников добавил еще один штрих: к брюкам мистера Ла Рока канцелярской кнопкой был прикреплен белый презерватив.
Дэвид усмехнулся и пошел мимо стеллажей. Там лежали кипы плакатов, открыток и брошюрок, рекламировавших фильмы компании. Удивительно, до чего они были похожи друг на друга. Казалось, художник только менял название картины и фамилии актеров.
Пассажирский лифт остановился, и в проходе зазвучали шаги. Из-за угла вышел высокий худой человек с рыжеватыми волосами и озабоченным лицом.
— Я Дэвид Вулф, — сказал Дэвид. — Мне нужен бригадир — насчет работы.
— Это я, — сказал человек. — Меня зовут Вагнер. Джек Вагнер.
Дэвид протянул ему руку.
— Очень приятно, мистер Вагнер.
Человек взглянул на протянутую руку, затем нерешительно пожал ее.
— Вы племянник Нормана, — неприязненно сказал он.
Внезапно Дэвид понял, что этот человек сильно нервничает. Непонятно почему. Не из-за того же, что Дэвид — родственник Нормана? Дэвид не собирался говорить об этом, хотя, похоже, все уже знали.
— Кроме меня, вроде бы никто об этом не знает, — сказал Вагнер. — Присядьте.
Он указал Дэвиду на стул, затем достал лист бумаги.
— Заполните заявление. Там, где стоит вопрос насчет родственников, работающих в компании, оставьте пустое место.
— Хорошо, сэр.
Вагнер встал из-за стола и ушел. Дэвид принялся заполнять бланк. Позади него снова открылся лифт. Несколько человек прошли к своим столам, украдкой бросая на него взгляды.
В восемь часов прозвенел звонок, и здание загудело. Рабочий день начался.
Когда Вагнер вернулся, Дэвид протянул ему анкету. Вагнер бегло просмотрел ее и, кивнув, снова исчез.
Дэвид видел, как он разговаривал с человеком у первого упаковочного стола. Оба стояли к Дэвиду спиной. Он был уверен, что говорят о нем, и нервно закурил.
Вагнер обернулся к нему; его лицо стало еще более напряженным.
— Здесь нельзя курить, — громко сказал он Дэвиду. — Вы что, читать не умеете?
— Ой, извините, — смешался Дэвид и стал искать пепельницу. Пепельницы не было. Внезапно до него дошло, что все прекратили работу и наблюдают за ним. От волнения на лбу выступил пот.
— Курить можно в сортире, — сказал Вагнер, указав в конец коридора.