— Ты права, Моника. Это было и прошло, — сказал я и направился к двери. — Свяжись с Макалистером, он приготовит все бумаги.
Она заглянула мне в глаза.
— Почему бы тебе не остаться поужинать? У тебя усталый вид.
Я не стал объяснять ей, что у меня похмелье, и вежливо ответил:
— Нет, спасибо. Мне пора. Меня ждут дела.
На ее лице появилось странное, почти горькое выражение.
— О, я почти забыла. Твои дела.
— Точно.
— Я, наверное, должна быть тебе благодарна за то, что ты нашел время зайти, — сказала она и повернулась, не дав мне времени ответить. — Джоан, иди сюда и попрощайся с хорошим дядей.
Девочка вернулась в комнату с маленькой куклой и улыбнулась мне:
— Это моя куколка!
Я улыбнулся ей в ответ:
— Очень милая куколка.
— Скажи «до свидания», Джоан.
Девочка подала мне руку и сказала серьезно:
— До свидания, дядя. Приходи к нам еще. Когда-нибудь. Скоро.
Я пожал ей ручку и ответил:
— Приду, Джоан. До свидания.
Она улыбнулась, быстро выдернула руку и снова выбежала из комнаты.
— Пока, Моника. Если что-нибудь понадобится, звони.
— У меня все будет хорошо, Джонас, — улыбнулась она и протянула руку. — Спасибо. И, конечно, если бы Джоан понимала, то тоже поблагодарила бы тебя.
Я ответил на ее улыбку.
— Она славная девочка.
— До свидания, Джонас.
Она стояла в дверях, когда я шел по дорожке.
— Джонас! — окликнула она меня.
Я обернулся.
— Да, Моника?
Она поколебалась и вдруг рассмеялась.
— Ничего, Джонас. Не переутомляйся.