Битва за Донбасс. Миус-фронт. 1941–1943: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

После образования независимого украинского государства, начиная с 1994 года, правила признания человека участником партизанско-подпольного движения были смягчены. Например, таковыми стали признавать не только по документам партийного архива, но и по показаниям свидетелей (не менее двух человек). Учитывались даже косвенные показания (то есть свидетели лично не участвовали в совместных действиях с ними, но слышали об этом из рассказов других лиц). Это отразилось на статистике участников движения сопротивления, их количество стало возрастать. По некоторым данным, количество участников превысило тысячу человек, что не подтверждается никакими архивными документами.

Отдельно стоит рассказать и о такой малоизвестной в советское время, но ставшей популярной в последние несколько лет теме, как действия отрядов ОУН в Донбассе.

За годы независимости в различных украинских изданиях (прежде всего националистического толка) появились статьи, рассказывающие о «многочисленной разветвленной сети оуновских организаций в Донбассе», «совместных советско-оуновских партизанских отрядах на территории Сталинской области», «о борьбе ОУН в Донбассе вплоть до 1958 года».

Однако при ближайшем рассмотрении реальность такова: на территории Донбасса реально действовали только представители так называемых «походных групп ОУН». Приведем только несколько свидетельств: например, из аннотации протокола допроса члена ОУН Шимона Евстаховича Турчановича[37] от 21 октября 1944 года:

Из аннотации протокола допроса члена ОУН Мефодия Павлишина от 27 октября 1944 года: «По словам Павлишина, с октября 1941 г. он в течение двух месяцев был референтом по работе с молодежью Криворожского окружного провода ОУН и одновременно работал заведующим историческим архивом при местной управе. В январе 1942 г. он и Семчишин были арестованы немцами и сначала в течение трех месяцев содержались в тюрьме в Кривом Роге, а потом в течение семи месяцев — в Днепропетровске. В октябре 1942 г. они осуществили побег из-под стражи и установили связь с Южным краевым проводом ОУН, что был создан в то время в Днепропетровске».

Из показаний другого активного участника ОУН в Донбассе Андрея Ирия-Авраменко:

Украинские националисты весьма удачно влились в ряды оккупационной администрации и не за страх, а за совесть начали воплощать свою политику в жизнь. Вот, например, как производилось искоренение русского языка: «Также в Донецкой области в 1942 г. по способствованию оуновцев было издано семь приказов о введении украинского языка как официального в шести районах. Известно об аналогичном приказе конца 1942 г. относительно введения украинского языка на всей территории Луганской области»[40].

Так, в селе Новотроицком пять оуновцев заняли руководящие посты и сдавали в гестапо комсомольцев и коммунистов, а также помогали организовывать отправку людей на работы в Германию, мобилизацию местного населения в немецкую армию. За время своего «руководства» они изъяли и передали немцам 114 тонн хлеба, 226 лошадей, 1279 коров, около 1200 овец, 640 свиней и множество птицы. Кроме того, они направили на работы в Германию 60 человек и мобилизовали в так называемую добровольческую армию 240 человек.

Украинские националисты также смогли захватить ведущее положение в СМИ. Так, практически все выходившие в период оккупации газеты в Донбассе находились под идеологическим влиянием националистов.

При этом украинские националисты достаточно охотно вступали и в ряды оккупационных войск. Вот биографии нескольких коллаборационистов, материалы о которых можно найти в областном архиве:

В целом, как пишет известный исследователь этого вопроса донецкий историк В. Никольский: «Как свидетельствуют установленные нами данные, численность оуновцев в Донбассе была очень и очень незначительной. Из арестованных по УССР 27 532 оуновцев на две области Донбасса приходилось 150 человек, то есть 0,5 %. Разумеется, такое количество не могло как-то реально влиять на антифашистскую борьбу, тем более что оуновцы вооруженной борьбы против немецких фашистов и их венгерских, румынских и итальянских союзников практически не вели»[42].

Глава З

Зимняя операция 1943 года

Общая обстановка на советско-германском фронте и планы сторон к началу 1943 года

Сталинградская битва, начавшаяся 19 ноября 1942 года, кардинальным образом изменила весь ход боевых действий на советско-германском фронте. Общеизвестным является тот факт, что уже 23 ноября войска Юго-Западного и Сталинградского фронтов соединились в районе Калача и замкнули кольцо окружения вокруг 6-й и нескольких дивизий 4-й танковой армий. В результате 330-тысячная немецкая группировка попала в окружение в междуречье Дона и Волги. Развивая наступление, 16 декабря войска Юго-Западного фронта совместно с соединениями левого крыла Воронежского фронта нанесли удар по противнику, оборонявшемуся на Среднем Дону. За три дня ожесточенных боев советские войска прорвали оборону и вынудили итальянские и немецкие дивизии начать отступление. Уже 20 декабря войска Юго-Западного фронта, преследуя отходящего противника, вступили на территорию Украины. Первыми были освобождены населенные пункты северо-восточных районов Ворошиловградской области.

С началом нового 1943 года (с 1 января по 4 февраля 1943 года) войска Южного[43] и Северо-Кавказского фронтов вели активные наступательные бои с общей целью разгрома группы армий «А» на Северном Кавказе. Однако первоначальные планы окружения северокавказской группировки противника не были реализованы. Немецкое командование смогло отвести через Ростов в Донбасс пять дивизий 1-й танковой армии, а главные силы группы армий «А» — в низовья Кубани и на Таманский полуостров.

Одновременно с наступлением на Северном Кавказе значительно активизировались советские войска и на ростовском направлении, где были нанесены один за другим два мощных удара по противнику, оборонявшемуся на верхнем Дону в районах Воронежа и Острогожска[44]. В итоге этих двух последовательных операций, слившихся в одну, были разгромлены основные силы группы армий «Б» (26 дивизий) и в обороне врага пробита брешь шириной 400 км на фронте от Ливн до Старобельска, в которую, встречая сопротивление лишь на отдельных направлениях, продвигались вперед соединения сразу нескольких советских фронтов. Таким образом, фактически создались благоприятные условия для развития наступления с целью освобождения Харьковского промышленного района и обхода Донбасса с севера.

Не менее успешно развивалось январское наступление и на донбасском направлении, где наступали части левого крыла Юго-Западного фронта — к 14 января соединения 5-й танковой армии вышли на рубеж реки Северский Донец восточнее Каменска. Сюда же вскоре подошла и 5-я ударная армия Южного фронта. Ввиду невозможности удержать позиции противник стал спешно отходить за реку, одновременно готовя оборонительные позиции в глубине обороны.

В середине января войска правого крыла Юго-Западного фронта продвинулись к реке Айдар, где, натолкнувшись на подготовленную оборону, остановились.

Таким образом, в итоге январского наступления войска Юго-Западного фронта вышли на рубеж Покровское — Сватово — Рубежное и далее — по левому берегу Северского Донца до Усть-Быстрого (65 км юго-восточнее Каменска). В районе Ворошиловграда они форсировали реку Айдар и захватили плацдарм на ее правом берегу. Войска Южного фронта одновременно вышли на рубеж Северский Донец — нижнее течение реки Дон — Новобатайск — Круглое.

В дальнейшем Ставка Верховного главнокомандования и Генеральный штаб, учитывая значительное ослабление фронта противника, особенно на рубеже Ливны — Старобельск, решили организовать стремительное наступление Воронежского и Юго-Западного фронтов с целью овладения Курском, Харьковом и Донбассом. По указанию Ставки командование этих фронтов срочно разработало планы предстоящих операций, подчеркнув в них необходимость наступать без пауз, так как уже тогда было понимание, что потеря времени даст возможность противнику закрепиться на занимаемых рубежах.

План наступательной операции в Донбассе под названием «Скачок», утвержденный 20 января 1943 года Ставкой Верховного главнокомандования, так определял задачи войск и способы их выполнения: «Армии Юго-Западного фронта, нанося главный удар с фронта Покровское, Старобельск на фронт Краматорская, Артемовск и далее в направлении Сталино, Волноваха, Мариуполь, а также нанося мощный удар из района юго-западнее Каменска в направлении Сталино, отрезают всю группировку противника, находящегося на территории Донбасса и в районе Ростова, окружают ее и уничтожают, не допуская выхода ее на запад и вывоза какого бы то ни было имущества»[45]. Причем планы были «наполеоновскими». Так, достижение подвижными войсками фронта района Мариуполя предусматривалось уже на седьмой день наступления. К этому же времени они должны были захватить в районе Запорожья и Днепропетровска основные переправы через Днепр.

Операцию «Скачок» планировалось осуществить синхронно с войсками Южного фронта, которые должны были разгромить ростовскую группировку, освободить Ростов-на-Дону и Новочеркасск и в дальнейшем развивать наступление на запад вдоль побережья Азовского моря. Немецкий генералитет рассматривал такое неблагоприятное для них развитие ситуации, о чем свидетельствует неоднократно цитируемый нами фельдмаршал Манштейн в своей книге «Утерянные победы»: «Вопрос состоял, однако, в том, хватит ли у нас сил, чтобы удержать Донбасс. Не было сомнения в том, что с военно-экономической точки зрения удержать Донбасс было желательно. Надо, однако, сказать, что, хотя мы и использовали значительные количества донецкого угля для себя, весь уголь, необходимый для обслуживающих этот район железных дорог, должен был ввозиться из Германии, так как донецкий уголь для наших паровозов не годился. Таким образом, пропускная способность железных дорог по воинским перевозкам значительно снижалась, так как железная дорога должна была ежедневно перевозить несколько эшелонов угля для собственного потребления».

1 февраля 1943 года на оперативном совещании в ставке Гитлера недалеко от Растенбурга начальник Генерального штаба сухопутных войск генерал Цейтцлер подробно изложил обстановку на Восточном фронте. В числе прочего он указывал и на то, что создалась угроза отхода немецких войск из Донбасса.

Для того чтобы улучшить положение своих войск на южном крыле Восточного фронта, немецкое командование срочно усиливало его, перебрасывая части с Западного фронта.

Так, за период с 19 ноября 1942 года по конец января 1943 года на южный участок фронта немцы смогли перебросить 20 дивизий. В первую очередь была усилена группа армий «Дон»: в первой декаде февраля в ее состав были переданы как части из района Ростова, так и из Западной Европы (всего четыре танковые и одна моторизованная дивизии).

Одновременно немецкое командование в Донбассе создало мощный «кулак» из танковых и моторизованных дивизий в районе Красноармейска, откуда планировалось осуществить мощное контрнаступление в район Харькова. Таким образом, в случае успеха противнику удалось бы перехватить стратегическую инициативу. Важным индикатором того, что теперь решающим направлением стал не Дон, а Северский Донец, стало перемещение штаба группы армий «Дон» из Таганрога в Сталино.

Перед соединениями Юго-Западного и Южного фронтов действовали наиболее боеспособные войска группы армий «Дон», насчитывавшей 27 дивизий, в том числе 9 танковых и 2 моторизованные. К концу января многие из этих соединений были пополнены людьми и боевой техникой. Несколько же дивизий (танковая дивизия СС «Рейх», 335-я пехотная) были только в январе переброшены сюда из Франции, где они несли гарнизонную службу, и еще не успели понести сколько-нибудь значительных потерь, впрочем, как и не имели серьезного боевого опыта.

Трудности предстоявшего наступления советских войск осложнялись целым рядом обстоятельств. Прежде всего, перед фронтом находились реки Дон и Северский Донец, которые надо было форсировать по льду под сильным, артиллерийским, минометным огнем и ударами вражеской авиации. Толщина льда (25–30 см) допускала переправу лишь пехоты и легких грузов. Кроме того, на западном берегу Дона и Северского Донца противник основательно укрепился, и, чтобы выбить его оттуда, требовались большие усилия. В то же время советские войска за два с лишним месяца непрерывных наступательных боев в нелегких условиях зимы устали, пройдя с боями сотни километров. Не стоит забывать и о том, что в ходе длительного наступления сильно растянулись армейские и войсковые тылы. Базы снабжения находились на значительном удалении от войск.

Февральское наступление войск Юго-Западного фронта

Советским командованием основная роль в наступательной Донбасской операции отводилась Юго-Западному фронту (командующий генерал армии Н. Ф. Ватутин, член военного совета генерал-лейтенант А. С. Желтов, начальник штаба генерал-лейтенант С. П. Иванов). К началу операции в состав фронта входили 6-я, 1-я гвардейская, 3-я гвардейская, 5-я танковая, 17-я воздушная армии и подвижная группа фронта (четыре танковых корпуса, две отдельные танковые бригады и три стрелковые дивизии) — всего 29 стрелковых дивизий, две стрелковые, одна лыжно-стрелковая и три танковые бригады, девять танковых, механизированный и кавалерийский корпуса и один танковый полк. При этом стрелковые дивизии были укомплектованы личным составом всего на 60–70 % (в каждой насчитывалось от 5500 до 7 тыс. человек). В ходе январского наступления войска фронта к концу января смогли выйти на рубеж Покровское — Лисичанск и далее по Северскому Донцу. Таким образом, они нависали с севера над донбасской группировкой немцев и создавали угрозу глубокого охвата ее левого фланга.

[37] Он же Семчишин Тимофей Евстахович.

[40] Щур Ю. Підпільно-революційний етап діяльності ОУН на Наддніпрянщині (1942–1943 pp.). C. 61.

[42] Никольский В. Указ. соч. С. 132–133.

[43] Сталинградский фронт 31 декабря 1942 г. был преобразован в Южный.

[44] Воронежско-Касторненская операция.

[45] Штеменко С. М. Генеральный штаб в годы войны. М., 1968. С. 101.