Битва за Донбасс. Миус-фронт. 1941–1943: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

8 октября в состав 9-й армии были включены сформированные на территории Сталинской области 383-я, 395-я стрелковые дивизии, 38-я кавалерийская дивизия (из состава 10-й резервной армии). Эти части по праву считались «шахтерскими», так как были укомплектованы призывниками и добровольцами Донбасса.

Согласно архивным материалам, на 8 октября 1941 года в этих дивизиях не было ни одного противотанкового средства, ни 45-мм пушек, ни ручных противотанковых ружей (первые 10 противотанковых пушек 383-я стрелковая дивизия получит только 13 октября)[6]. Таким образом, эффективно бороться с танковыми частями вермахта, которые были основной ударной силой противника, они не могли.

Из дивизий, сумевших вырваться из окружения и отступивших на территорию области, боеспособность сумела сохранить лишь 96-я стрелковая дивизия из состава 18-й армии. Остальные соединения представляли собой в лучшем случае лишь малочисленные группы бойцов и командиров, вооруженных почти исключительно легким стрелковым оружием. Так, в 218-й стрелковой дивизии после выхода из окружения осталось лишь около 1000 бойцов[7].

Как уже отмечалось выше, 395-я стрелковая дивизия 7 октября заняла оборону на подступах к Мариуполю и с 8 октября вела боевые действия западнее города. Не сумев остановить моторизованные части противника, части дивизии отступили на северо-запад.

В начале октября командованием Южного фронта была создана так называемая «группа Колосова» (по фамилии командира 15-й танковой бригады). В ее состав вошли 2-я и 15-я танковые бригады (практически без матчасти), 2-й и 95-й погранотряды, 521-й противотанковый артполк и минометный дивизион М-13 майора Воеводина.

Уже вечером 8 октября это сводное подразделение в составе 33 танков и десятка грузовых машин устремилось на юг, в направлении Тургеневки, Гуляй-Поля, имея задачей нанести удар во фланг неприятельской танковой группе в направлении на Гуляй-Поле — Пологи и отойти в район Павловки (30 км северо-западнее Волновахи).

В головном дозоре шел танковый взвод с пограничниками на броне. В районе Гуляй-Поля, вырвавшись на трассу Рождественское — Чубаревка, взвод с ходу разгромил немецкую колонну штабных машин. С ценными документами, пленным офицером и самое главное — шинелями, взвод благополучно возвратился к основным силам группы.

Пленный офицер через переводчика отряда показал, что уничтоженные машины являлись замыкающими в штабной колонне самого фон Клейста, который, по его словам, на ночь 8 октября остановился в селе Чубаревка. До села оставалось каких-нибудь полтора десятка километров, и полковник Колосов решается на ночной внезапный удар по врагу с надеждой уничтожить верхушку немецкого командования.

На полном ходу, освещая себе путь фарами, танки ворвались в Чубаревку, открыв огонь из пушек и пулеметов.

Впервые с начала войны наши солдаты видели такое паническое бегство врага и с каким-то азартом расстреливали почти в упор бегущих. Вот свидетельство участника этого рейда, пограничника третьей комендатуры 95-й погранзаставы Андрея Ковтуна: «Когда наши танки открыли огонь из пушек и пулеметов, фашисты выскакивали из хат и убегали в одном нательном белье. Их очень хорошо было брать на мушку на фоне темной ночи».

В течение часа все было кончено, хотя штаба Клейста тут не оказалось, тем не менее потери немцев оказались серьезными: на месте боя были найдены около сотни трупов, более десятка подбитых танков. В руки бойцов Колосова попали свыше пятидесяти автомашин с боеприпасами, обмундированием и продовольствием. По воспоминаниям очевидцев, изголодавшиеся пограничники с удовольствием отведали свиной тушенки и гречневой каши с хлебом урожая 1939 года. Особенно же они обрадовались, обнаружив полную машину новых шерстяных свитеров: было уже холодно, а со складов шинели выдать просто не успели.

Кроме того, в Чубаревке пограничники освободили из плена более сорока красноармейцев.

Однако победное ликование длилось недолго. Немцы, собрав в кулак несколько десятков танков, на рассвете открыли шквальный огонь по селу. Под прикрытием танков двинулась немецкая пехота. Как костры, запылали соломенные крыши хат, оставленная немцами техника. Загорелось и несколько наших танков. Местами начались встречные танковые бои. Однако силы были неравны, и вскоре наши бойцы стали отходить, как и планировалось, в северо-восточном направлении.

По команде капитана Брованя пограничники, разбившись на группы, прикрывали отход танков. В 11 часов остатки группы сосредоточились за противотанковым рвом, проходившим за северо-восточной окраиной Чубаревки. Только к 12 октября уцелевшие бойцы вышли к Павловке[8].

Времени на переформирование или отдых не было, и уже ночью 14 октября группа Колосова в срочном порядке заняла оборону на высотах севернее нынешнего районного центра Старобешево. На тот момент обстановка для советского командования на этом направлении была неясной: четкой линии фронта не было, общее управление войсками потеряно, поэтому обороняющимся частям постоянно приходилось вести разведку, высылая в различных направлениях свои мобильные группы.

Одна из таких разведывательных групп в составе двух отделений под командованием начальника резервной заставы старшего лейтенанта Лягуши была направлена по маршруту Стыла — Николаевка Старобешевского района. В 3 км от Николаевки группа столкнулась с разведкой противника, действовавшей на бронемашинах. Завязался бой — короткий и неравный. Прикрываясь броней, немецкие разведчики имели явное преимущество, которым они не преминули воспользоваться. В результате столкновения большая часть отряда погибла, в том числе и начальник заставы старший лейтенант Филипп Григорьевич Лягуша. Оставшиеся в живых несколько человек рассредоточились по полю и в посадке, продолжая вести огонь из винтовок. Немецкая группа (видимо, также разведывательная) развернулась и ушла в обратном направлении. На рассвете следующего дня пограничники, впервые за четыре месяца войны, подобрали своих боевых товарищей и похоронили на окраине села Стыла. Благодарные сельчане после освобождения в 1943 году поставили им памятник.

11 октября немцы, не прекращая наступления на Таганрог, частью сил из района Мариуполя начали наступление на север. В течение дня они заняли села Красновка, Македоновка (Жовтневое), Асланово, а 12–13 октября, развивая наступление дальше, нанесли поражение полкам 395-й стрелковой дивизии в районе Чердаклы (Кременевка) — станция Карань (Гранитное) и захватили Волноваху. В боях здесь снова отметились бойцы группы Колосова, которые 13 октября в районе станции Карань (Гранитное) разгромили немецкую мотоколонну и этим дали возможность оторваться от противника и отступить на восток остаткам 726-го стрелкового полка 395-й стрелковой дивизии.

Еще в середине месяца, когда на территорию Сталинской области вступили главные силы 17-й немецкой армии и стало понятно, что сдержать вражеское наступление имеющимися силами на прежних рубежах невозможно, Ставка Верховного главнокомандования издала директиву № 00206/оп от 16 октября на отвод войск на новые рубежи. Предполагалось остановить противника на линии Красный Лиман — Артемовск — Горловка— Иловайская — Донецко-Амвросиевка — Матвеев Курган — Таганрог. Отход планировалось начать 17-го и закончить 30 октября. Для планового отхода намечалось пять промежуточных рубежей, которые надо было удерживать до установленного времени.

Забегая вперед, скажем, что выдержать график отхода удалось только в полосе 12-й армии. В центре и на юге наши войска под давлением противника без приказа отошли восточнее реки Миус. Немецкие части удалось остановить в центре области только 5 ноября восточнее города Снежное, и то за счет предельного ослабления войск 12-й армии. При этом армия хотя и понесла большие потери, но боеспособность сохранила.

Дни с 8 по 12 октября были наиболее критическими для командования Южного фронта. Лишь 13 октября 1941 года удалось восстановить фронт после прорыва противника. К этому времени войска 9-й армии несколько задержали немцев на подступах к Таганрогу, и командование Южного фронта получило возможность создать группировку (всего около 1500 человек при 20 орудиях) для удара во фланг 1-й танковой армии.

В ходе боев 14 и 16 октября группа Колосова несколько потеснила противника на запад, но, подтянув главные силы, немцы отбили это контрнаступление и 17 октября овладели Таганрогом.

Захват этого приморского города не был основной целью немецкого командования — важных военных и промышленных объектов в городе не было (большую часть заводов и оборудования все-таки успели на тот момент эвакуировать). Чтобы выйти к главной цели наступления — Ростову, не обязательно захватывать Таганрог. Это хорошо видно, если внимательно посмотреть на карту: продвижение немецких войск к Ростову могло осуществляться по двум направлениям. Одно — со стороны Таганрога через Самбек, другое — с севера, через Матвеев Курган, Покровское, минуя Таганрог. Однако второе направление считалось у командования Южного фронта «танкоопасным», и туда, кроме всего прочего, были стянуты дополнительные части, включая 31-ю стрелковую дивизию, 8-й гаубично-минометный и 26-й мотоциклетный полки.

При захвате немцами Таганрога произошли только незначительные столкновения: ночью немцы не решились войти в город и только в 7 часов утра 17 октября они выдвинулись к пригороду (так называемому Северному поселку), где были встречены бойцами объединенного истребительного батальона под командованием П. Ф. Герасимова. Несмотря на слабость вооружения, советским бойцам удалось задержать продвижение частей СС (а именно они действовали на этом направлении) на несколько часов (от четырех до шести по разным источникам), что позволило частям 31-й стрелковой дивизии отойти вдоль побережья Таганрогского залива к станции Синявка.

Возникли проблемы у немцев и в районе станции Марцево, где действовал бронепоезд № 59 (он курсировал в районе станции и блокпоста № 469). Продвинуться дальше противнику удалось только после того, как в результате нескольких попаданий снарядов бронепоезд был сброшен с рельс.

Возвращаясь к боям в центре Донбасса, стоит отметить, что главный удар в центре приняли на себя войска 18-й армии[9], основу которой составляли 383-я (держала оборону по правому берегу небольшой степной речушки Сухие Ялы (ныне Марьинский район Донецкой области)[10], 395-я стрелковые дивизии, 38-я кавалерийская дивизия с приданными ей полками 99-й стрелковой дивизии (1-й, 197-й стрелковые полки), впоследствии усиленные остатками 96-й стрелковой дивизии. Эти соединения вели достаточно активные боевые действия и понесли наибольшие потери (к сожалению, по большей части небоевые).

Фактически собранный с бору по сосенке личный состав «шахтерских» дивизий с началом активных боевых действий буквально разбежался по домам. Так, в фонде 383-й стрелковой дивизии хранится дело о дезертирах (7500 человек), которые покинули часть в октябре. Именно этих дезертиров в 1943 году после освобождения области массово собирали полевые военкоматы, и большинство из них кровью смыло «позор осени 1941 года» в боях на реке Молочной. Во многом эти же дезертиры составили кадры сформированной при оккупации русской полиции.

На юго-востоке области сражались также две кавалерийские дивизии (35-я и 56-я)[11]. Еще одна «местная» 393-я стрелковая дивизия, сформированная из жителей северной части Донецкого региона, была передана в состав 6-й армии войск Юго-Западного фронта и с 17 октября вела активные боевые действия. Стык фронтов до 20 октября прикрывала 30-я кавалерийская дивизия (12-я армия Южного фронта).

С 28 октября войска 12-й армии под давлением противника начали отход за реку Бахмутка. При этом 230-я стрелковая дивизия удерживала рубеж по реке с 30 октября по 15 ноября, тем не менее 15-я стрелковая дивизия не смогла удержать город Артемовск и отступила несколько восточнее. Две стрелковые дивизии (74-я и 296-я) удерживали до декабря район посёлка Никитовки (восточная часть Горловки) и Дебальцева[12].

В целом 18-я армия к 22 октября отступила за реку Крынку и удерживала рубеж пять дней, пока противник силами 49-го горнопехотного корпуса не прорвал ее оборону в районе Зугрэса и, развивая наступление, к концу октября вышел к реке Миус в районе западнее города Снежное.

В эти же дни дивизии немецкой 1-й танковой армии перешли в наступление на ростовском направлении и к 30 октября 1941 года полностью заняли Амвросиевский и южную часть Шахтерского района. Ввиду сложившихся обстоятельств под угрозой окружения 18-я армия отступила за реку Миус.

[6] ЦАМО. Ф. 464. Оп. 5689. Д. 2. Журнал боевых действий. Запись за 7-13.10.1941.

[7] Там же.

[8] Кулага И., Файнштейн Д. Граница проходила через сердца. Донецк, 1996. С. 65–67.

[9] Вновь восстановленной 13.10.1941.

[10] ЦАМО. Ф. 371. Оп. 6367. Д. 2. Ж. Б. Д. Записи с 4.10 по 15.07.1942.

[11] ЦАМО. Ф. 461. Оп. 5157. Д. 11. Боевые донесения и оперативные сводки штаба 6 А ЮЗФ с 27.08. по 31.12.1941.

[12] Там же. Ф. 467. Оп. 6005. Д. 56. Ж. Б. Д. Записи с 14.10 по 30.11.1941.