Свержение ига: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Сказал спокойно, как о давно решённом, а Андрей весь будто пламенем осветился.

На другой день грамота великого князя о пожаловании Алексина царевичу Латифу вместе с письмом Лукомского была отправлена в Орду. И сразу же по её получению под стражу взяли трёх московских купцов, тех, что привезли осенью письмо Латифа.

Пленников доставили к мухтасибу. Повелитель городского базара, восседавший в центре большой судной юрты, тяжёлым взглядом оглядел вошедших и поманил пальцем Матвея:

   — Киля ля!

Тот приосанился и собрался было с достоинством прошагать к центру, но сильный толчок в спину заставил его в одно мгновение оказаться у ног мухтасиба. Матвей медленно поднялся, выплюнул набившиеся в рот опилки и укоризненно сказал:

   — Так-то ты, господин, за лечебу мою платишь?

   — За тывой ляшоб я уже пылатил. У нас ровно — баш на баш, — ответил мухтасиб.

   — Не щедро заплатил. Ты с того письма, видно, немало поимел. — Матвей указал на пришитый к халату знак ханской милости, — а мне лишь малую толику выдал!

   — Шибко гонишь, — усмехнулся мухтасиб. — О письмо говор ещё вперёд... А наперёд отыветь, кито тибя сюда сылал?

   — Никто, сам со товарищи на ярмарку подался. Дак ведь кабы знал, как у вас тут над нашим братом изгаляются, ни в жисть бы ни поехал.

   — Ярмарк давыно конец, а ты висе колотишь.

   — Это твоя стража колотит, а мы люди смирные...

   — Колотишь, колотишь, — мухтасиб закрутил пальцем круги, — коло-коло-коло.

   — A-а... околачиваюсь... Дак решили товаров за зиму поднабрать по дешёвке.

   — Купец Вепирь гиде?

   — Отъехал сразу же. А что ему делать, когда весь товар разграблен?

Мухтасиб помолчал, а потом возвысил голос:

   — Мине нада знать: гиде Вепирь и кито тибя сюда сылал?

   — Сколько говорено, — протянул Матвей, — уже и язык не вертится.

Мухтасиб хлопнул в ладоши.

   — Мы язык виртеть помогай мала-мала. Щас увидишь.

В юрту ввели молодого татарина. Мухтасиб указал на него и сказал:

   — Караван гырабил, золото копал, гиде — молшит, говорить сисняется, щас помогай будем.

Он кивнул. Из дальнего угла отделился дородный бритоголовый палач, в котором Матвей узнал слугу мухтасиба. Палач неторопливо обошёл свою жертву, потом резким движением обхватил её, зажал под мышкой и ловко опутал ноги верёвкой.

   — А-а-а!.. — завопил грабитель.

Мухтасиб поморщился и изобразил отвращение. Палач деловито ощупал пятки поверженного и неожиданно привычным движением полоснул по одной из них ножом. Брызнула кровь. Юрту наполнил жуткий нечеловеческий вопль. Мухтасиб разгладил лицо и с интересом взглянул на забившееся в судорогах тело. Между тем палач завернул надрез, что-то нащупал и резко дёрнул к себе. В воздухе мелькнула кровавая нить. Бедняга зашёлся в диком крике.

Мухтасиб довольно пояснил:

   — Это сы него жила вышла. Типерь нога как тыряпка будит. — Прислушался к воплям и добавил: — И душа, как тыряпка, сытал мягкий, щадит пыросит, говорить захошивал. — Он взмахнул рукой, и палач оттащил дергающееся тело.

   — Ох и суров ты, господин. — У Матвея был испуганный вид. — Чем такую муку терпеть, лучше уж сразу зажмуриться.

   — Ага, понимать мала-мала. Так кито тибя сюда сылал?