Отцы: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Белов дискредитировал высокое звание руководителя.

Аплодисменты.

— Мы должны решить, оставить ли такого человека руководителем. Я считаю… Такие люди не имеют никакого морального права занимать такой пост, и этот вопрос будет еще разбираться в Москве.

Бурные аплодисменты. Крики: «Правильно!»

Сидящие вокруг Тани бурно и одобрительно реагировали: громко хлопали и переговаривались между собой.

— В самую десятку дает.

— Под корень рубит, под корень.

— Наш парень, наш.

— Да мне рассказывали, он сам из работяг.

— С понятием, это видно.

— Неправда все это, — голос у Тани сорвался. — Неправда!

— Что неправда? — На нее обернулись и посмотрели злыми глазами.

— Что неправда? Белов — сволочь. Ты с какого участка?

У нее не хватало сил говорить.

— Вот и молчи в тряпочку. «Неправда»!..

— Здесь выступал товарищ Сафонов, — продолжал Новиков. — Хорошо говорил. Страстно. Товарищ Сафонов неравнодушный человек. Но романтика заключается не только в том, чтобы хорошо работать и красиво думать. Страна и партия доверила нам объект государственной важности. Мы взрослые люди и должны отвечать за свои поступки. И нам не нужны демагоги, пусть даже талантливые и честные, но объективно — демагоги…

Аплодисменты.

— Нам не нужны люди, кидающиеся при первой трудности в сторону и поднимающие панику.

Шум в зале.

— Я не думаю, что товарищи Сафонов, Силин, Воронов, Агеев и другие хотели сознательно сорвать сроки. Нет, они делали это из хороших побуждений, они, так сказать, пытались бороться с бюрократизмом, но объективно — они подвели стройку. Подвели!

Шум в зале.

— Они взрослые серьезные люди, и за ошибки должны отвечать. И мы с них спросим. Как с комсомольцев!

Натянутая напряженная тишина.

— Что касается предложения об исключении их со стройки и из комсомола…

Гробовая тишина.

У сидящих рядом с Таней были вытянуты от напряжения шеи.

— …я считаю, что это слишком строгое наказание. Мы были бы слишком жестоки к ним и к самим себе, если бы перестали доверять им, своим товарищам… с которыми мы проработали вместе… Они заслуживают строгого выговора и не достойны быть в комитете… но они с нами и должны дальше рядом шагать по жизни. Это — наши товарищи…

Бурные аплодисменты.

Таня плакала. Слезы беззвучно катались по лицу.

— Ложь, — сказала она, и голос у нее сорвался. — Ложь.