История Германии. Том 2. От создания Германской империи до начала XXI века: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Если простые немцы были готовы на войне оборонять «честь» и «независимость» отечества, то немецкие интеллектуалы нашли ей «теоретическое» обоснование. В войне они увидели шанс отстоять особый «немецкий национальный путь развития». Французской революции XVIII в., «духу 1789 г.» была противопоставлена «немецкая революция 1914 г.», которая должна стать поворотным пунктом в европейской истории. Результатом «революции» будет, с одной стороны, полное уничтожение либерально-эгоистичного западного общества, с другой — разрушение российского самодержавного государства. «Немецкая революция» — это «революция созидания», ибо она формирует новое общество, основанное на «национальной общности», без социальной напряженности, без классовых противоречий и партийной борьбы. Общество, основанное на немецких ценностях: порядок, обязанность, справедливость в сочетании с монархией, всеобщим избирательным правом и парламентом. В этом проявляется, считали немецкие интеллектуалы, суть войны, «идея 1914», «дух 1914», «революция 1914».

В сентябре 1914 г. было опубликовано ставшее широко известным обращение «К культурному миру», подписанное 93 немецкими интеллектуалами, среди которых было 58 профессоров германских университетов. В обращении отрицалась вина Германии в развязывании войны, подчеркивалось единство нации и армии, вставшей на защиту немецкой культуры от угрозы «быть стертой с лица земли». Обращение во многих странах, в том числе и нейтральных, вызвало негативную реакцию и рассматривалось как проявление великогерманского шовинизма.

Воинственный энтузиазм «улицы» захватил и рейхстаг. 4 августа депутаты стоя приветствовали Вильгельма II, который заявил, что немцы не стремятся к завоеваниям. Они только хотят сохранить для себя и своих будущих поколений то место, на которое «поставил ее Всевышний». С трибуны рейхстага прозвучали призывы кайзера к «гражданскому миру», заключенные в ставшей широко известной формуле: «Я не знаю больше партий. Я знаю только немцев».

Вместе с депутатами от буржуазных партий за военный кредит 4 августа проголосовала фактически и вся фракция СДПГ, включая Карла Либкнехта, одного из лидеров антивоенного движения начала XX в. Только один член фракции оставил зал перед голосованием. Свою позицию социал-демократы объясняли тем, что они голосуют не «за» или «против» войны. Они голосуют лишь за то, что бы защитить отечество и быть со всем народом.

Военные цели Германии

Еще на рубеже XIX-XX вв. немецкое общество активно обсуждало планы создания такого миропорядка, в котором бы Германия занимала «достойное» место, соответствующее ее национальному величию и экономической мощи. Но если прежде эти планы носили, в определенной мере, риторический характер, то начавшаяся война поставила их на почву «реальной политики».

Наиболее обширной и законченной была программа послевоенного мироустройства, предложенная Пангерманским союзом в сентябре 1914 г. под названием «Меморандум о германских военных целях». Пангерманцы выступили за создание в Европе «Великой Германии» с населением 100-120 млн человек. Ее экономическую основу должна была составить «Срединная Европа», включающая в себя большую часть европейских стран.

Была подготовлена подробная программа расширения немецких колониальных владений. Она предусматривала захват французских, бельгийских и португальских колоний в Африке. Судьбу африканских колоний Англии предлагалось решить после того, как эта страна будет «поставлена на колени». В конечном счете, немцы стремились создать в Африке «единый колониальный рейх», так называемую «Срединную Африку». Колониальная империя должна быть богатой сырьем, располагать «удобными гаванями» и способной стать рынками сбыта немецких товаров.

Программу «беспощадного» экономического и политического ослабления Европы выдвинули немецкие магнаты угля и стали, в том числе Альфред Крупп, Гуго Стиннес, Август Тиссен, директор пароходной компании «Гамбург-Америка» Альберт Баплин (1857-1918), Союз немецкой промышленности, Союз сельских хозяев, Ганзейский союз и др. Они требовали присоединения к Германии индустриальных областей северо-восточной Франции и Бельгии, расширения зоны источников сырья и рынков сбыта немецкой продукции.

Свой интерес к послевоенному переделу европейских границ высказывали и немецкие князья — «держатели» земель. Уже 14 августа баварский король Людвиг III (1845-1921) предложил разделить Эльзас-Лотарингию между немецкими княжествами. Король Саксонии захотел приобрести не только «свою» долю Эльзас-Лотарингии, но и территории в Польше и Прибалтике. Сразу несколько князей высказали претензии на трон будущего Польского королевства.

Канцлер Бетман-Гольвег разделял далеко не все экспансионистские притязания, выдвигаемые в политических кругах. Он был более умерен, более осторожен, всегда обдумывал каждое произносимое им слово, каждый свой внешнеполитический шаг. Как и все, он придерживался утверждения, что Германия ведет «вынужденную», «превентивную», «оборонительную» войну. Публично канцлер предпочитал больше рассуждать не о войне, а о послевоенном мире, который бы «обеспечил» безопасность его стране. Военные цели Германии Бетман-Гольвег предпочитал называть «немецкими условиями» мирных переговоров или «миром по-немецки», который должен наступить после окончания войны. На закрытых совещаниях в правительстве и встречах с политическими и военными деятелями, в секретных записках канцлер был более откровенным и говорил именно о военных целях.

Впервые канцлер изложил германские военные цели в секретной записке 9 сентября 1914 г., получившей название «сентябрьской программы» или «каталога военных целей» Бетман-Гольвега. Сам канцлер назвал этот документ «Предварительными директивами для немецкой политики при заключении мира». Записка впитала в себя весь комплекс геополитических и экономических требований немецкой промышленно-финансовой и военно-политической элиты.

Стержнем программы была известная доктрина «Срединной Европы», которая давно и активно обсуждалась в общественно-политических, промышленных и научных кругах страны. Но Бетман-Гольвег был более осторожен в трактовке «Срединной Европы». Под «Срединной Европой» канцлер понимал «среднеевропейский таможенный союз», включавший Австро-Венгрию, Бельгию, Голландию, Данию, Польшу, Францию и, возможно, Швецию, Норвегию, Италию. В таком союзе формально все государства сохраняли самостоятельность и равноправие, но фактически находились под немецким контролем. Предполагалось наличие общих вооруженных сил и единой банковской системы. Франция, как великая держава, должна была исчезнуть с политической карты Европы, после войны выплачивать контрибуцию и передать Германии некоторые промышленные районы.

Восточная проблематика «сентябрьской программы» касалась, прежде всего, России. Российская империя, как и Франция, также исключалась из числа великих стран. Западную границу России Бетман-Гольвег предполагал отодвинуть от германских границ как можно дальше на восток. Европейскую территорию России он хотел расчленить под предлогом освобождения «нерусских народов» от господства «реакционного царского режима».

«Сентябрьская программа» канцлера дополнялась другими документами крупных правительственных чиновников. В них прямо предлагалось уничтожить экономически Францию, «исторического врага отечества», присоединить ее области, богатые углем и рудой, к Германии. Великобританию собирались лишить морского могущества. Немцы хотели иметь в Европе «широкое побережье» с более свободным выходом в океаны и «лучшие порты». Министр внутренних дел Пруссии Вильгельм фон Лебель (1855-1931) предлагал захватить у противника все, что Германия может «переварить», и даже то, что непосредственно немцам не нужно, но может в будущем ослабить конкурентов.

В течение последующих лет правительство еще не один раз возвращалось к обсуждению военных целей. Принципиальные задачи — установление немецкого мирового господства — оставались неизменными. Расширялись оккупационные зоны в России, уточнялись планы создания большой колониальной империи в Африке, с военно-морскими базами на побережье Индийского и Атлантического океанов. Немцы планировали получить с побежденных стран огромные контрибуции. Так, США и Великобритания должны были выплатить Германии по 30 млрд долларов, Франция — 40 млрд франков, Италия — 10 млрд лир. С Боливии, Бразилии, Китая, Кубы, Португалии, Японии немцы хотели получить по 12 млрд марок.

20 июня 1915 г. на съезде интеллектуальной немецкой элиты в Берлине был принят документ, известный под названием «Меморандум профессоров». Его подписали 352 профессора, 158 священников, 148 судей, 145 чиновников и др. — всего 1347 человек. В меморандуме подчеркивалась необходимость германского продвижения в Восточную Европу и «приращения» территорий за счет Польши, Прибалтики, Украины, Белоруссии.

Российскую империю, простирающуюся от Балтийского до Черного морей, предполагалось вернуть к границам «до Петра Великого». Расчленение обосновывалось правом «угнетенных нерусских народов» на самоопределение и освобождением от «царского ига». Часть территорий предлагалось аннексировать, на других — создать марионеточные государства. В частности, Прибалтику одни предлагали включить в состав Германии, другие — образовать государства литовцев, латышей и эстонцев и поставить их под контроль Германии. Западные районы Царства Польского должны быть включены в состав Германии. На территории центральной Польши большинство предлагало создать польское государство под опекой Германии. Меньшинство считало возможным сохранить эти земли в составе России — для возможного торга с целью подписания с нею сепаратного мира. Программу экономического порабощения России предлагали немецкие промышленники. Их интересовали Прибалтика, Польша, Донская область, Крым, Приазовье и Кавказ — как крупные сырьевые базы германской индустрии.

Таким образом, немецкая концепция послевоенного миропорядка, как концепция разрыва «вражеского окружения» и гарантии «национальной безопасности», разрушала сложившийся в мире баланс сил и утверждала мировую гегемонию Германии.

Военные кампании 1914-1917 гг.

Военные действия на Западном фронте начались стремительным наступлением германских войск. 20 августа они вышли к франко-бельгийской границе. Здесь развернулись основные бои, получившие название Пограничного сражения. Верховное военное командование (ВВК) намеревалось закончить западную кампанию в течение 6-8 недель, и затем направить основные силы на Восточный фронт. Совместным наступлением с Австро-Венгрией планировалось разгромить русскую армию. Тем самым достигался победоносный исход войны на обоих фронтах.

В Пограничном сражении столкнулись основные силы противников. Немецким армиям, насчитывающим 1,7 млн человек, противостояли союзные франко-бельгийские и английские войска общей численностью 1,6 млн. Союзники не выдержали немецкого удара и 25 августа начали отступать на юго-запад по всему фронту. Возникла непосредственная угроза Парижу, и 2 сентября французское правительство переехало из столицы в Бордо, что придало немцам уверенности в победе. К вечеру 4 сентября немецкие войска вышли к реке Марне, восточнее Парижа. В Германии ликовали, ожидая скорого падения французской столицы. В Ставке считали, что англо-французская армия уже разгромлена, и война на Западе достигла своих целей. С конца августа ВВК начало переброску части своих войск в Восточную Пруссию, где русские армии начали неожиданное наступление. План Шлиффена фактически провалился.

Немецкий генералитет недооценил воли французов к сопротивлению. В то время как немецкие самолеты сбрасывали на Париж листовки с предложением сдаться, парижские таксисты перевозили к линии фронта дополнительные войска. Союзное командование сумело провести перегруппировку своих войск и добиться заметного превосходства над противником в живой силе и технике. 6 сентября франко-британские войска перешли в контрнаступление по всему фронту от Парижа до Вердена. Началась знаменитая «битва на Марне», в которой столкнулось более 2 млн человек и почти 7 тыс. орудий. Она фактически стала генеральным сражением Первой мировой войны. Немецкие войска не выдержали натиска франко-британских армий и, неся значительные потери, были вынуждены отступить на северо-восток. К 12 сентября они закрепились на новых позициях.

Поражение на Марне явилось для Германии стратегическим поражением и было сравнимо с масштабами национальной трагедии. Рухнули планы немецкого командования на разгром противника в ходе «блицкрига». К тому же обнаружилась неспособность Верховного командования адекватно оценивать фронтовую обстановку и управлять войсками. Были допущены просчеты в материальном снабжении войск в ходе их продвижения вглубь французской территории. 14 сентября генерал-полковник Гельмут фон Мольтке (1848-1916) был снят с должности начальника Генерального штаба и на его место назначен генерал Эрих фон Фалькенхайн (1861-1922). Однако и новому командующему не удалось переломить негативную ситуацию. Предложенная им «стратегия изматывания» противника в отдельных операциях успеха не принесла. Попытки немецких войск начать наступление на флангах упирались в активную оборону противника. Постепенно боевые действия отступали на север. Это был знаменитый «бег к морю». К середине ноября враждующие армии уперлись в пролив Па-де-Кале. На этом закончились активные маневренные боевые действия. На Западном фронте, протяженностью в 700 км — от швейцарской границы до Северного моря, война вступила в длительный позиционный период. Войска зарывались в землю, чтобы годами сидеть в окопах. Только массированная артиллерийская перестрелка, бесконечно увеличивающая число убитых и раненых, обнаруживала существование воюющих сторон.

Восточный фронт. Военные действия на Восточном фронте в 1914 г. начались под диктовку русской армии. 4 августа, откликаясь на просьбу французов о помощи, русские войска с юга и востока вступили на территорию Восточной Пруссии. Под ударами 1-й русской армии генерала П. К. Ранненкампфа, главные силы немецкой армии начали отступление в Западную Пруссию в направлении р. Вислы. Германский Генеральный штаб был вынужден сменить руководство войсками. Новым командующим был назначен 67-летний отставной генерал Пауль фон Гинденбург (1847-1934), а начальником штаба армии — полковник Эрих Людендорф (1865-1937). Они никогда не были фаворитами Генерального штаба, но первый, не обладая глубоким военным мышлением, отличался властным характером. Второй имел не только крутой нрав, но и был исключительно талантливым стратегом и организатором. Эти два человека образовали мощный командирский тандем, который Гинденбург позже назвал «счастливым браком». Используя плохое управление и пассивность русских войск, и опираясь на полученное подкрепление с Западного фронта, немцы 26-31 августа нанесли тяжелое поражение 2-й русской армии генерала А. В. Самсонова в районе Танненберга. Затем немецкие войска нанесли удар по 1-й армии П. К. Ранненкампфа и вытеснили ее из Восточной Пруссии.

Победа под Танненбергом скрасила горечь поражения немецких войск на Марне и потому вызвала в Германии бурное ликование. Гинденбургу и Людендорфу она принесла огромную славу как «героям отечества». В глазах немцев они стали «настоящими полководцами», оба получили повышения в звании и по службе. Первый был назначен командующим всеми немецкими войсками на Восточном фронте, второй остался при нем в качестве «мозгового центра», то есть начальника штаба. Оба генерала считали, что германская победа завоевывается на Востоке, и требовали к Восточному фронту особого внимания. Однако попытки немцев развить свое наступление в 1914 г. в Польше серьезного успеха не имели. Взаимное истощение немецких и русских войск стабилизировало Восточный фронт. Германии не удалось вывести Россию из войны. Только весной 1915 г. немецкие войска начали наступление в Галиции и русской Польше. 5 августа они вошли в Варшаву, 15 сентября — в Вильно. Русская армия несла тяжелые потери. Гинденбург и Людендорф предлагали продолжить наступление на русском фронте с целью полного разгрома России. Фалькенхайн предпочел активизировать военные действия на Западном фронте, ибо промедление позволяло Франции и Великобритании и дальше резко наращивать перевес в живой силе и технике.

21 февраля 1916 г. немецкие войска начали наступление на крепость Верден. Взятие Вердена не только открывало путь на Париж, но и возвращало армии утраченный авторитет и волю к победе. В операции противники использовали авиацию, танки, огнеметы, сверхтяжелую артиллерию. ВВК предполагало закончить операцию в течение месяца. Затянулись же бои за Верден на 10 месяцев и не принесли немцам успеха. Французы устояли, хотя и потеряли 317 тыс. человек убитыми, ранеными и пропавшими без вести. В «верденской мясорубке» немецкая армия также понесла значительные потери — 282 тыс. человек — которые не были восполнены до конца войны.

Во второй половине 1916 г. активные боевые действия противники развернули на р. Сомме. В сентябре англичане провели танковую атаку на позиции немцев. Однако кровопролитные сражения не дали преимущества ни одной из сторон. Но стратегическая инициатива перешла к войскам Антанты. Немецкое командование вновь переоценило возможности своих армий и недооценило силы противника, допустило ошибки стратегического и тактического характера.

На Восточном фронте Центральные державы, сосредоточившие здесь более 60 % своих войск, в 1916 гг. одержали ряд крупных побед над русской армией. Однако Россия вновь устояла, Восточный фронт не был ликвидирован. Более того, Австро-Венгрия в Галиции потерпела тяжелое поражение в ходе знаменитого «брусиловского прорыва» в июне-августе 1916 г. Руководство Австро-Венгрии после этого поражения больше не верило в возможность военной победы и, опасаясь окончательной катастрофы, задумывалось о заключении сепаратного мира. Неудачей закончилось наступление австро-венгерских войск из Тироля против Италии.

Таким образом, военная кампания 1914-1916 гг. на европейском континенте развивалась далеко не так, как ее представляли правящие круги Германии. В ходе наступательных операций немецкая армия понесла значительные человеческие потери, лишаясь профессиональных военных кадров. Войска пополнялись необученными мобилизованными резервистами. Накопленный немцами запас вооружений и боеприпасов истощился уже в первые месяцы войны. Не имея стратегических резервов, немецкая армия оказалась не в состоянии начать новое крупное наступление одновременно на двух фронтах.