Дом имени Карла и Розы: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Асе стало стыдно, что застеснялась перед ребятами. Даже шляпка не показалась слишком уж буржуйской.

Тетя Анюта не пошла дальше: она спешила к Казаченковым. Она сказала, что Василию Мироновичу, поскольку он устроился на хорошее место, не совсем удобно бывать у прежних хозяев, но сама она считает долгом хоть изредка поддерживать добрые отношения, хоть в такие дни, как сегодня.

— Прощай, душенька, вот тебе с пасхального стола. Разговляйся на здоровье.

Теперь, когда Ася сделалась обладательницей сверточка с вкусными вещами, она могла подойти к ребятам и предложить то, что с самого утра вертелось на языке. Она протиснулась в самую гущу ребят (Федя всегда в гуще) и сказала быстро, чтобы не перебили:

— Знаете, что? Давайте, если кому чего принесут, делить на всех.

Никто не засмеялся, никто не сказал, что она глупая, дура. Наоборот, обрадовались:

— Верно!

— Правильно!

— А то получается, вроде одни пролетарии, другие буржуи. Один жрет, другой — гляди.

Заминка вышла из-за того, что не знали, как, к примеру, разделить одну сайку или же две карамельки на весь дортуар. Федя сразу сообразил:

— Можно самим разделиться. Рассчитаемся на пятерки.

— Даешь на пятерки!

— Разобьемся на пятачки, и пойдет дележ.

Федя стал строгим:

— Не на пятаки, а на коммуны. И не только на праздники, а на постоянно. Мало ли, когда принесут…

Подняли такой крик, что с карниза упала сосулька.

— Правильно! На коммуны!

— На коммуны! Ура!

У Феди стало гордое лицо, у Аси глупое. Обязательно будет глупое, если сама не знаешь, отчего тебе радостно. Ася сказала:

— Пока еще нет коммун, давайте попробуем.

И развернула сверток. А там кусочек пасхи, ломоть кулича, коврижка — лучше, чем в сказке про пряничный домик! Не будь рядом Феди, все бы расклевали, как воробьи. Но Федя — теперь староста мальчишечьего этажа. Он заставил всех угощаться вежливо, не рвать из рук. Ася никак не могла перестать улыбаться. Перестала только тогда, когда откуда-то подоспела Люся. Вот липучка! Высмотрела все-таки Асю.

Друзей у Люси нет, вот ей и завидно, если где общая игра или веселье. Она завела недавно манеру, подойдет и попросит:

— Примите собаку.

Становится неудобно. Все-таки теперь равноправие, собак среди людей нет… Противно, а приходится с ней водиться.

В этот раз Люська ничего не сказала, подхватила с Асиной ладони корочку, облитую глазурью, и поинтересовалась, что это будут за коммуны. Потом спросила:

— А если кому ничего не носят, таких тоже будут принимать?

Ася ответила, как ответил бы Андрей:

— Глупый вопрос.

— Не глупый! — Люся, про которую было известно, что ее сестре самой нечего есть, произнесла с обидой: — Знаю я вас. Меня кто захочет принять?

Ася испугалась, что Люся пустит в ход свою проклятую собаку, и быстро сказала: