Письма "К. Х." Ч. У. Ледбитеру с комментарием Ч. Джинараджадасы: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Как только мы принесли свою жертву и оглянулись назад на нашу боль, это сводит почти на нет всю радость новой жизни и света, найденных таким образом. Но до этого и в момент жертвы происходит то, о чём говорится в "Свете на Пути": "Прежде чем душа может предстать пред Учителем, стопы её должны быть омыты кровью сердца".

Был и для меня определённый день в ноябре 1889, когда мне было тринадцать, и когда мои стопы были "омыты кровью сердца". В тот день Учитель принял меня, как своего челу. Я описал это в главе "Учитель" в моей маленькой книжке "Христос и Будда".

Эти вводные слова второго письма показывают нам, насколько труден путь к Учителю.

Если бы м-р Ледбитер тщательно взвесил ситуацию "за" и "против" просто своим умом, его решение было бы отсрочено. Несомненно, он рано или поздно стал бы челой; но он потерял бы уникальную возможность, предоставленную ему кризисом в Теософическом Обществе. Е.П.Б. уезжала следующим утром; он сказал ей "до свидания", и было маловероятно, что он встретит её снова раньше, чем через несколько лет. Но он действовал в свете той таинственной способности, бездействующей у всех нас, названной "интуицией". Определение, используемое для описания этого в теософических исследованиях, — "буддхи", но его значение отличается от определения, дающегося обычно на санскрите.

Особенность интуиции в том, что она действует из будущего, а не из прошлого или настоящего; что превосходно описано фразой, использованной для этого Лоренсом Аравийским: "неосознанное предвидение". Для Учителя не было возможным настаивать, что присутствие м-ра Ледбитера было безотлагательной необходимостью в Aдьяре.

М-р Ледбитер, возможно, решил бы поехать в Aдьяр через месяц или через два, или три месяца, после того, как все его дела были бы должным образом приведены в порядок.

Но его интуиция ухватила мысль Учителя, и он решил бросить всё и поехать сразу.

Примечателен акцент, которым Учитель К. Х. выделяет интуицию, как очень необходимое свойство в характере, если нужно распутать тайны Пути Оккультизма. В письме мисс Aрундэйл, написанном в 1884, есть такие фразы: "…Постоянное исполнение долга под руководством хорошо развитой интуиции. …Из глубины своей невежественной и злорадной нетерпимости вы взываете к нам, потому что ваша интуиция подсказывает вам, что их правила не согласуются с вашей справедливостью". (“Письма Учителей Мудрости”, первый выпуск, письмо XX).

Два года спустя Учитель писал м-ру Ледбитеру: "Верьте в ваши лучшие интуиции".

(См. ниже третье сообщение, полученное от Учителя К. Х. Ч. У. Ледбитером).

Несколько ранее, в письме полковнику Олькотту Учитель сказал: "Хотя вы по природе интуитивны, ученичество все же является для вас полной загадкой" (“Письма Махатм A. П. Синнетту”, письмо LXVII).

И целая проблема была заявлена ранее Учителем в следующем: "…У оккультистов никогда не было намерения действительно что-то скрыть из того, что они писали для серьёзных решительных исследователей. Но, скорее, у них было намерение запереть свои сведения ради сохранности в безопасный ящик, ключом к которому является интуиция". (“Письма Махатм A. П. Синнетту”, письмо XLVIII).

И последнее в этом сюжете об интуиции — действие Учителя по проверке интуиции желающего-быть-челой. В 1883 Учитель был в Индии и дважды посетил полковника Oлькотта в Лахоре, не в астральной форме, а в своём физическом теле. В первом случае полковник Oлькотт спал в палатке; она была разделена занавесом, и с другой стороны был некий У. T. Браун из Глазго, прибывший в Индию в том году. После пробуждения полковника Олькотта Учитель оставил ему письмо, в котором эти слова: "Я иду теперь к молодому м-ру Брауну, чтобы проверить его интуицию".

Стоя рядом с м-ром Брауном, Учитель поместил письмо в его руку; касание Учителя разбудило м-ра Брауна, но столь велика была его нервозность, что это парализовало его, и он не смог повернуть своё лицо к Учителю. Позже м-р Браун получил длинное письмо от Учителя с доброжелательным советом и поддержкой, но искренне сообщающее ему, что он был не готов. "Вы не готовы — только и всего. Если вы серьёзно и искренне убеждены в своих стремлениях, если вы имеете хоть малейшую искру интуиции, если ваше образование адвоката позволяет вам расположить события в надлежащей последовательности и преподнести ваш случай настолько глубоко прочувствованным, насколько вы в глубине души его себе представляете, тогда у вас будет достаточно материала, дабы воззвать к любому уму, способному постичь и проследить непрерывную нить, связывающую воедино серию изложенных вами фактов" (“Письма Учителей Мудрости”, первый выпуск, письмо XXII). Но м-р Браун, в заключение, потерпел неудачу в попытке "улучшиться". Очень быстро он потерял интерес к Обществу, и говорили, что, в конце концов, он присоединился к римско-католической церкви.

Почему Учитель озабочен тем, что м-р Ледбитер должен немедленно отправиться в Aдьяр? Ответ на это находится в словах Учителя ниже: "Присоединяйтесь к Упасике в Александрии". Е.П.Б. уезжала в Ливерпуль утром после того, как м-р Ледбитер получил второе письмо с предложением плыть в Индию. Её сопровождали м-р Aльфред Дж. Купер-Oукли и его жена м-с Изабель Купер-Oукли. Ни один из них не был челой. Ничто из того, что делал м-р Купер-Oукли, не показывало, что он когда-либо стремился к челству; м-с Купер-Oукли стремилась, но стала челой через несколько лет.

Но насколько это касалось здоровья и дел Е.П.Б., ни один из них не был хоть как-нибудь полезен. Я никогда не встречался с м-ром Купером-Oукли, хотя слышал кое-что о нём; но я хорошо знал м-с Купер-Oукли. М-р Купер-Oукли был "кембриджским человеком" и, по-видимому, из академической среды; но он был интроспективен и периодически впадал в состояние глубокой депрессии и уныния. Хотя он поехал в Индию с Е.П.Б. и оставался в Aдьяре в течение нескольких лет помощником полковника Oлькотта, у него не было особой преданности теософии. Он оставил Aдьяр, чтобы стать секретарем Мадрасского университета, и был найден однажды утром в кровати мёртвым из-за передозировки наркотика. Нет ничего в отчётах, что бы показывало, что он когда-либо чувствовал какую-либо личную преданность Е.П.Б…

Его жена, напротив, была крайне предана Е.П.Б… Но она постоянно волновалась по поводу своего здоровья и уделяла этому большое внимание. Когда она приехала в Индию, она нашла, что её здоровье пострадало больше, чем она ожидала, и она была вынуждена возвратиться в Англию. Несмотря на различные и часто длительные расстройства здоровья, м-с Купер-Oукли трудилась день за днём до конца её жизни, чтобы служить Учителям и Теософическому Обществу. В своей преданности Учителям и Е.П.Б. она была безупречна. Но ни она, ни её муж не могли быть призваны для напряжённого служения.

Однако в м-ре Ледбитере было одно ценное качество; он был надёжен. Это Е.П.Б. знала; иначе она не написала бы своей собственной рукой, ниже его статьи в "Теософисте" за август 1886, "отважная душа", и не назвала бы его в экземпляре её "Голоса Безмолвия", который она дала ему, "мой искренне ценимый и любимый брат и друг." Он почитал Е.П.Б. как рупор Учителей, но также и восхищался ею и был её преданным слугой.

Полковник Oлькотт был далеко от Aдьяра; Е.П.Б. начала своё долгое путешествие в Индию только с этой парой Купер-Oукли. Большим желанием Учителя было, чтобы Е.П.Б. имела рядом с собой надёжного человека.

В дополнение к этому в Aдьяре были крайне нужны способные помощники для полковника Oлькотта в том, что, казалось, было критической и чрезвычайной ситуацией.

Там был Дамодар K. Maвaлaнкaр, чистый, самоотверженный, сердцем, умом и душой преданный Учителю. Но он чувствовал себя измотанным, и в начале 1885 его Учитель внял его просьбе об освобождении, и его вызвали в Тибет, чтобы быть с Учителем. Д-р Франц Хaртмaнн был в Aдьяре, но он не был челой, и он был враждебно настроен к Дамодару. Хотя у этих двух Учителей M. и К. Х. было несколько индусских чел в Индии, очень немногие могли быть отпущены с их работы, чтобы прибыть в Aдьяр, и они не имели тех способностей, какие должны были помочь полковнику Oлькотту и Е.П.Б. в том специфическом кризисе.

Возможно, Учитель рассчитывал на ту ценную роль в дальнейшем, которую м-р Ледбитер мог сыграть в кризисе. То, что священнослужитель англиканской церкви должен прибыть в Индию с Е.П.Б., когда она была объявлена миссионерами обманщицей, и открыто засвидетельствовать, что он не только верит Учителям и ей, но что также убежден в величии восточных религий (м-р Ледбитер принял буддизм, когда они приехали на остров Цейлон); все эти вещи оказали воздействие на ум общественности на острове Цейлон и в Индии и укрепили позиции тех, кто дрогнул.

Может показаться странным для тех, кто не знает, что Учителя, действительно, — адепты, что Учитель, живя в Тибете, может знать всё о маршрутах пароходов в Индию и о возможностях путешествия. М-р Ледбитер получил второе письмо ранним утром 1-го ноября, поскольку я нашёл запись в его дневнике: "Назад к Синнеттам в 2.00 с ключом".

В то же самое утро Е.П.Б. и супруги Купер-Oукли уехали в Ливерпуль, чтобы плыть оттуда в Порт-Саид, где они должны были пересесть на пароход в Мадрас. "Присоединяйтесь к Упасике в Александрии", — инструктировал Учитель. Если бы м-р Ледбитер не смог присоединиться к ней в Египте, планы Учителя не были бы достигнуты. М-р Ледбитер излагает это так.

"Блаватская оставила Лондон в тот же день, отправившись в Ливерпуль, где она села на океанский пароход "Клан Драммонд". Тем временем я метался по конторам пароходных компаний в поисках билета для себя. На пароходе "Полуостровной и восточной пароходной компании", отплывавшем 5-го числа, не было ни одного свободного места ни в каком классе, так что мне пришлось искать другие пути".[13]

К октябрю месяцу все места на судах в Индию были заказаны задолго вперед; это — начало убытия в "холодный сезон" из Англии посетителей Индии. Пятьдесят семь лет назад не было очень многих пароходных маршрутов в Индию, какие есть теперь.

Единственный способ выполнить инструкции Учителя состоял в том, чтобы ехать по суше в Марсель и надеяться добраться до Александрии на каком-то французском пароходе. М-р Ледбитер решил, что это можно сделать, уехав из Лондона самое позднее ночью 4-го.

Так он и сделал. Но мы видим из кратких записей в его дневнике, какой трудной задачей это было, поскольку он должен был "вырвать себя с корнем" из его английской жизни и его дома, и "сжечь за собой все корабли." У него была хорошая библиотека, и наиболее необходимые книги нужно было упаковать, чтобы потом отослать их вслед за ним; у него был телескоп, который также нужно было тщательно упаковать и подготовить к отправке в Мадрас. Как ему удалось вовремя получить свою тропическую экипировку, я не знаю, поскольку в Лондоне тогда не было такого множества "колониальных экипировщиков", как есть сегодня. Следующие краткие записи в дневнике хорошо это передают.

1-го ноября. В Лондоне купил экипировку. Из Лондона [в Липхук] поездом в 4.10.

Поздно с Ф. и Дж. (Фрэнк У. Mэтли и его младший брат Джеймс У. Mэтли). 2-го ноября. Последнее [воскресенье] в Брэмшоте. До 3.00 с Ф. и Дж. 3-го ноября. Трудно на работе, весь день [с] заключительными мероприятиями. Показ фейерверка. До 3.00 с Ф. и Дж.

[13] ”Как теософия пришла ко мне”, стр. 64 (Перевод K.Z.).