— Чеканщик.
— А Джакометти?[263]
— Так, тутти-фрутти!
— А Пикассо?
— Маляр! Не умеет вовремя остановиться.
Мне захотелось вернуть разговор к Дамаску. Узнать, был ли он в Ливане.
В Ливане он был.
— А в Мекке?
— Да! И в Медине тоже. И в Адене, и Аддис-Абебе. Хотите спросить, где я еще бывал!
Тут нас прервал мой приятель Финк, попросивший огоньку. Взгляд, который он бросил на меня, говорил: долго ты еще собираешься продолжать эту игру? Он обернулся к мистеру Всезнайке и предложил ему сигарету.
— Не сейчас! — отказался тот, подняв ладони и недовольно поморщившись. — Когда обсохну, я сам попрошу у вас сигарету. Лучше подождать.
Я слышал, как Финк пробормотал, удаляясь: «Пошел ты!» Тем временем, возможно, отвечая на мой последний вопрос, его милость принялся ораторствовать. Я пропустил первые фразы. Включился, когда он говорил:
— …у них нет магазинов, нет торговцев, нечего покупать, нечего продавать. Все, что хочешь, — берешь бесплатно. Все, что выращиваешь, выносишь на площадь и оставляешь там. Если желаешь фруктов, можешь рвать прямо с ветки. Сколько душе угодно. Но карманы набивать нельзя…
Где это, черт побери? недоумевал я, однако не пытался остановить этот фонтан.
— Туда мало кого пускают. На границе меня остановили. Отобрали паспорт. Пока их не было, я нарисовал портрет человека, которого хотел увидеть. Когда они вернулись, я протянул им этот портрет. Они увидели, что он очень похож. «Ты хороший человек, — сказали они. — Мы верим, что ты не собираешься никого грабить». Так они пропустили меня. Мне не нужно было иметь с собой ни цента. Чего бы я ни попросил, мне все давали даром. Большую часть времени я жил во дворце. Мог бы иметь и женщин, если бы захотел. Но о таких вещах не просят…
Тут я не выдержал и спросил, о чем он рассказывает:
— Что это за страна?
— Я говорил вам: Аравия!
— Аравия!
— Да. А кто был тот мой друг?
— Откуда мне знать?
— Король Сауд. — Он помолчал, чтобы до меня как следует дошло. — Богатейший человек в мире. Ежегодно продает Америке пятьсот миллионов баррелей нефти. Англии — двести миллионов. Франции — сто пятьдесят. Бельгии — семьдесят пять. Продает. Он не доставляет ее. Они забирают сами. Все, что он просит, — его губы тронула легкая улыбка, — это доллар за баррель.
— Вы имеете в виду, они привозят бочки с собой?
— Нет, он качает нефть. Бочки бесплатные. Он берет только за нефть. Доллар за баррель. Не больше. Но и не меньше. Это его профит.
Мой приятель Финк снова поднялся к нам. Он уже начал нервничать. Подойдя, он оттащил меня в сторону.
— Сколько ты еще можешь это выдерживать?
Наш друг быстро ретировался, плюхнувшись в воду. Мы собрали вещи и приготовились уходить. Внизу под нами на гладкой поверхности моря появилась голова выдры. Мы на секунду задержались, чтобы посмотреть, как она кувыркается.
— Послушайте! — крикнул наш каучуковый друг.
Мы обернулись.
— Освежите свой немецкий!
[263] Альберто Джакометти (1901–1966), французский скульптор и художник, родившийся в итальянской Швейцарии и уже при жизни ставший легендарной фигурой. Его творчество близко творчеству писателей экзистенциалистов. Прим. перев.