Исторические завоевания Октября и мифы антикоммунизма: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Развивая основные положения Программы мира, XXV съезд КПСС выдвинул в качестве насущных задач советской внешней политики совместные действия братских социалистических стран в деле укрепления мира, подготовку нового соглашения между СССР и США об ограничении и сокращении стратегических вооружений, борьбу за запрещение создания новых видов и систем оружия массового уничтожения, заключение всемирного договора о неприменении силы в международных отношениях, углубление разрядки международной напряженности и воплощение ее в конкретные формы взаимовыгодного сотрудничества государств.

Важнейшим позитивным итогом внешнеполитической деятельности Советского Союза является признание принципа мирного сосуществования правительствами крупнейших капиталистических государств. Это нашло выражение в целом ряде важных документов, подписанных руководителями социалистических и капиталистических стран, и прежде всего в договорах между СССР и Францией, СССР и ФРГ, СССР и США. Ряд важнейших документов был подписан в 1971 —1972 гг., т. е. сразу же после обнародования Программы мира: четырехстороннее соглашение по Западному Берлину (3 сентября 1971 г.), «Принципы сотрудничества между СССР и Францией» (30 октября 1971 г.), «Основы взаимоотношений между Союзом Советских Социалистических Республик и Соединенными Штатами Америки» (май 1972 г.), Договор об основах отношений между ГДР и ФРГ (21 декабря 1972 г.). Оценивая в целом позитивные сдвиги в мировой политике, достигнутые благодаря осуществлению Программы мира, Генеральный секретарь ЦК КПСС Л. И. Брежнев подчеркнул на XXV съезде КПСС: «То, чего удалось добиться в этом отношении за последние пять лет, имеет поистине непреходящее значение. Сделано все возможное для обеспечения условий мирного строительства в нашей стране и в братских странах социализма, для мира и безопасности всех народов»[59].

Замалчивая и искажая содержание и цели внешнеполитических акций Советского Союза, направленных на превращение принципа мирного сосуществования государств с различным общественным строем в норму международной жизни, антикоммунисты всех мастей клеветнически заявляют, что разрядка несет СССР односторонние военные и экономические выгоды. Тезис о том, что в результате уже достигнутых и намечаемых соглашений в области ограничения стратегических вооружений США якобы оказываются в неравном положении по сравнению с Советским Союзом, муссируется реакционными кругами капиталистических стран, и прежде всего самих США, на все лады. Генерал ВВС Джордж Браун в речи произнесенной на национальном съезде ветеранов войны в Лос-Анджелесе, призвал США вооружаться и расширять свое военное присутствие в Европе, дабы предотвратить «военное нападение и давление СССР»[60]. Известный американский историк и публицист Д. Миддлтон в книге «Может ли Америка выиграть следующую войну?» без обиняков заявляет, что «Соединенные Штаты должны быть готовы вести войну против Советского Союза»[61].

В основе подобных авантюристических рекомендаций лежат игнорирование тех глубинных причин, которые обусловили коренное изменение соотношения сил в мире, непонимание следующих важных факторов современной обстановки: во-первых, канули в прошлое времена империалистического диктата и запугивания; во-вторых, эти средства международной политики никогда не приносили желаемого результата в отношении Советского Союза, даже в первые годы его существования; в-третьих, гонка вооружений и военный конфликт в современных условиях не только не обеспечат победу сил империализма над социалистическим миром, но и чреваты для них самих окончательным поражением. Политическая слепота и военный психоз никогда не были разумными советчиками в принятии решений.

Равным образом не имеют под собой оснований утверждения, что разрядка несет СССР особые экономические выгоды, поскольку дает ему якобы возможность заимствовать достижения «более развитой западной технологии». Советский Союз достиг нынешних экономических показателей (второе место в мире по общему объему промышленной продукции и первое место — по целому ряду отдельных ее видов) без какой-либо «помощи» Запада. Даже кое-кто из тех, кто заявляет о заинтересованности СССР в разрядке ввиду наличия «слабых мест в советской экономике», оказываются вынужденными признать, что СССР будет развиваться, независимо от того, получит он «помощь» Запада или нет, — так заявил, например, профессор истории верситета штата Оклахома (США) Б. Айзенстат в предисловии к сборнику «Советский Союз в 1970-х гг. и далее»[62].

Взаимовыгодность развития экономических связей между СССР и крупнейшими капиталистическими странами понимают многие буржуазные ученые, политики и — что особенно показательно — представители деловых кругов этих стран. Исследование, произведенное профессором Иельского университета Б. Расселом на основе данных опроса сотрудников американских компаний и фирм, показало, что многие бизнесмены выступают за разрядку. На вопрос, увеличилась ли, по их мнению, «угроза коммунизма», 58% опрошенных ответили отрицательно и лишь 15% — утвердительно. «Ситуация колоссально изменилась... — резюмирует Рассел. — Антикоммунизм времен холодной войны давно утратил всякую полезность, если он вообще когда-либо ее имел. Новые шага в сторону разрядки важны, и их следует приветствовать, тем более, что изменение умонастроений общественности облегчает их принятие и делает их еще более насущными для руководителей США»[63]. Даже весьма далекий от симпатий к Советскому Союзу экономист Маршалл Голдман, сотрудник Центра по изучению России при Гарвардском университете, консультировавший в свое время такого противника разрядки, как сенатор Джексон, отмечает в книге «Разрядка и доллары. Деловые отношения с Советами», что увеличение объема торговли между СССР и США «принесет выгоду обеим странам в их внутренних и международных делах»[64].

Весьма определенно высказались в пользу углубления процесса разрядки и расширения советско-американского экономического сотрудничества бывший посол США во Франции и бывший директор «Корпуса мира» Р. С. Шрайвер, президент «Ферст нэшнл бэнк ов Чикаго» Чонси Шмидт. «Наши хозяйства не нуждаются друг в друге в абсолютном смысле слова, но оба выгадают от взаимного использования достижений друг друга, — заявил Шрайвер.

Процветание возможно и для каждой из стран в отдельности; вместе мы достигнем большего процветания с меньшими затратами»[65]. Ч. Шмидт, констатировав, что «американские бизнесмены просто зачарованы самими размерами восточноевропейского рынка», пришел к твердому выводу о том, что «в действительности нет альтернативы дальнейшему ослаблению напряженности между Востоком и Западом». «Поскольку идеологические позиции с обеих сторон неизменны, — заключил он, — успех или провал разрядки должен прежде всего измеряться экономическими и финансовыми категориями... У Востока и Запада есть возможность перебросить мост через пропасть недоверия и страха, которые сопутствовали нашим отношениям в прошлом. И эту возможность нельзя упускать»[66].

Подобные высказывания представителей политических и деловых сфер крупнейшей капиталистической страны, с которыми в известной мере созвучны выступления ряда государственных деятелей других капиталистических стран, свидетельствуют о существенном изменении отношения правящих кругов Запада к проблеме развития взаимоотношений с Советским Союзом. В годы «холодной войны» эта проблема рассматривалась ими, как правило, с негативных позиций. Так, по мнению Джона Фостера Даллеса, соглашения, достигавшиеся в ходе советско-американских переговоров, касались исключительно «формы слов»; совпадения же точек зрения двух сторон не было и не могло быть. Ныне ситуация диктует необходимость другого подхода. «Соединенные Штаты и Советский Союз имеют общие интересы в смягчении международной напряженности и создании более прочных взаимоотношений»[67], — отмечал бывший президент США Дж. Форд.

Лучше поздно, чем никогда — вот что можно сказать по поводу наметившегося понимания политическими кругами Запада необходимости совместно с социалистическими странами решать важные мировые проблемы. Можно также с уверенностью предположить, что многие из этих проблем были бы уже решены или во всяком случае стояли не так остро, если бы буржуазные государственные деятели после второй мировой войны чаще руководствовались здравой точкой зрения.

Современный период развития международных отношений, характеризующийся разрядкой напряженности, свидетельствует о том, что правительства капиталистических стран начали, наконец, понимать, что установление всесторонних контактов с миром социализма и в их интересах. СССР же всегда выступал за торжество принципов мирного сосуществования в международных делах, предусматривающих не просто отсутствие состояния войны, но также развитие экономических и прочих отношений государств с различным общественным строем. Смягчение международной напряженности — это прежде всего результат инициативности и последовательности ленинской внешней политики СССР, осуществления советской Программы мира, результат совместных усилий братских стран социализма.

Новая волна активности противников разрядки поднялась в связи со сменой руководства в США. Исподволь она готовилась давно — республиканскую администрацию постоянно обвиняли в слишком «мягком» курсе по отношению к СССР. Методику подобных нападок хорошо иллюстрирует книга бывшего работника ЦРУ и госдепартамента, ныне сотрудника Центра стратегических и международных исследований Джорджтаун-ского университета Рэя Клайна «Оценка мировой мощи». В этом внушительных размеров, ярко оформленном фолианте делается попытка по изобретенной автором «формуле» определить политический, экономический и оборонительный потенциал всех стран мира. «Формула» Клайна вбирает в себя следующие компоненты: население и размеры той или иной страны, экономическую и военную мощь, а также то, что автор именует «национальной стратегией» и «волей» в ее осуществлении. Не вдаваясь в подробный разбор весьма произвольных и субъективных оценок Клайном показателей отдельных государств по этим компонентам, как и методологической шаткости его схемы в целом, отметим, что по сумме «баллов», начисляемых за демографический, географический, экономический и военный потенциал, он выводит на первое место США, а на второе — СССР. Эти страны получают у него соответственно 50 и 45 баллов. Не будем опять-таки вникать в суть расчетов автора. В данном случае важно другое: эти цифры он помножает на коэффициент, определяющий «стратегию» и «волю» государств, и в результате в его «шкале» СССР опережает США ни много, ни мало как на 32,5 балла!

Что это — признание превосходства социалистического строя над капиталистическим? Отнюдь нет. По сути, Клайн стремится провести через все свое «исследование» одну-единственную мысль: «превосходящий» объективный потенциал Соединенных Штатов, «могучего лидера свободного» мира, сводится на нет неумелыми, нетвердыми действиями их руководства в глобальной конфронтации с Советским Союзом. Он начисляет США 0,3 балла за «стратегию» и 0,4 за «волю» в ее осуществлении и, складывая эти цифры, помножает на них вышеупомянутые 50 баллов — в итоге получается 35 баллов. «Стратегию» и «волю» СССР Клайн оценивает в 0,8 и 0,7 балла, а итог здесь равен 67,5 балла.

Чтобы все окончательно встало на свои места, поясним, что автор, расшифровывая «стратегию» как «четкие планы национальной экспансии», сожалеет, что США в последние годы «стратегически дрейфовали», и призывает создать союз атлантических и тихоокеанских стран, который мог бы навязать свою «волю» социалистическому миру на основе старой даллесовской стратегии «сдерживания»[68].

По ходу предвыборной кампании 1976 г. в США все громче раздавались голоса антикоммунистов, призывавшие правительство проявлять больше бдительности в отношении «угрозы коммунизма». Один из директоров Гуверовского института войны, революции и мира при Стэнфордском университете Ричард Стаар, ответственный чиновник госдепартамента К- Скауг и ряд других теоретиков антикоммунизма в унисон заявили о необходимости расширить американское военное присутствие в Европе, усилить НАТО[69]. Прямое психологическое давление на будущую администрацию правые круги предприняли публикацией осенью 1976 г. на страницах журнала «Орбис» (орган Пенсильванского института по исследованию внешней политики, возглавляемый известными «ястребами» У. Кинтнером и Р. Страусом-Хюпе) подборки материалов на тему — какой должна быть внешняя политика США после выборов. Авторы статей «Орбиса» восхваляли «миссию» США в борьбе против «мирового коммунизма» и вещали о «мрачных перспективах» в Европе ввиду опасности «установления гегемонии СССР» в ее западной части, обвиняя СССР"'В использовании разрядки как камуфляжа для подготовки «первого удара».

Духом недоверия к разрядке, домыслами о некой «преемственности экспансионистской политики» дореволюционной России и Советского Союза проникнута и книга, призванная определить внешнеполитический курс США на конец 70-х — начало 80-х годов[70].

После прихода к власти новой администрации в США пропагандистская шумиха крайне правых о «советской угрозе» еще более усилилась. Особенно усердствовал в этом отношении близкий к сионистским кругам США журнал «Комментари». В мартовском номере этого журнала за 1977 г. известный американский политолог, один из руководителей Центра стратегических и международных исследований в Вашингтоне Уолтер Лэкер призвал правительство США отказаться от конструктивного духа в переговорах с СССР и создать твердое руководство «в борьбе за выживание». В июне 1977 г. на страницах того же журнала уже упоминавшийся Р. Пайпс, возглавлявший годом ранее так называемую «Бригаду Б», созданную Вашингтоном для оценки стратегической мощи СССР на основе докладов ЦРУ, приписал Советскому Союзу заинтересованность в ядерной войне против США. В арсенале противников разрядки не только обращенные к Западу призывы вооружаться до зубов (как это делал, например, главнокомандующий вооруженными силами НАТО и войсками США в Европе генерал Хейг на страницах журнала «Юнайтед Стейтс ньюс энд Уорлд рипорт», лондонской газеты «Санди тайме» и других органов буржуазной печати), но и фальшивые обвинения СССР в «непримиримости», из-за которой якобы не может продвинуться договоренность, достигнутая во время владивостокской встречи 1974 г. Генерального секретаря ЦК КПСС Л. И. Брежнева и президента США Дж. Форда[71].

По поводу этих обвинений ясный ответ дал министр иностранных дел СССР А. А. Громыко на пресс-конференции 31 марта 1977 г. после визита в Москву государственного секретаря США С. Вэнса. Замораживание продвижения владивостокской договоренности произошло по вине американской стороны, указал А. А. Громыко; боле того, в Соединенных Штатах обозначилась «линия на ревизию, на пересмотр принятых во Владивостоке обязательств»[72].

Что касается Советского Союза, то он был и остается сторонником мирного сосуществования стран с различным общественным строем, неприменения силы в международных отношениях, запрещения всех видов ядерного и прочего оружия массового уничтожения, последовательного и полного разоружения. Именно Советский Союз в самое последнее время выступил с предложением сделать два важнейших шага в обуздании гонки вооружений: договориться об одновременном прекращении всеми государствами производства ядерного оружия, а также о том, чтобы наряду с запрещением на определенный срок всех испытаний ядерного оружия (включая подземные) был объявлен мораторий на ядерные взрывы в мирных целях. В декабре 1977 г. Генеральная Ассамблея ООН единодушно приняла «Декларацию об углублении и упрочении разрядки международной напряженности», проект которой был внесен в ООН Советским Союзом. «Усилия Советского Союза и впредь будут направлены на то, чтобы до конца устранить угрозу ядерной войны, сделать происшедшие добрые перемены в международных отношениях устойчивыми, углубить разрядку, расширить мирное сотрудничество между государствами», — подчеркнул Л. И. Брежнев в интервью корреспонденту «Правды» 24 декабря 1977 г.

СССР является единственной из великих держав, которая не только не увеличивает своих оборонных расходов, но и стремится к их сокращению. В 1973 г. эти расходы составляли 17,9 млрд, руб., в 1976— 17,4 млрд., в 1977 — 17,2 млрд. На этом же уровне они останутся и в 1978 г. Напротив, военные расходы США возросли с 1973 по 1977 г. на 46,6 млрд. долл., а на 1978/79 финансовый год Пентагон собирается просить ассигнования ему около 130 млрд. долл. — это рекордный в американской истории военный бюджет.

Многие трезво мыслящие идеологи и политические деятели капиталистических стран понимают, что СССР не заинтересован в раздувании военного психоза и гонки вооружений. «Безусловно, русский народ питает большее отвращение к ужасам войны, чем американский, его не надо убеждать в необходимости разрядки»[73], — пишет видная шведская государственная деятельница и исследовательница международных отношений Альва Мюрдаль. Американский историк Ирвинг Горовиц выражает надежду, что враждебность в духе «холодной войны» в отношениях США и СССР постепенно исчезнет совсем и тогда между ними окажется возможным установить «ответственный моральный диалог»[74].

Против гонки вооружений и шумихи о «советской угрозе» в последнее время неоднократно выступал один из старейших американских дипломатов, бывший посол США в СССР и Югославии, почетный профессор Принстонского университета Джордж Кеннан. Напомним, что именно он в конце 40-х годов стал одним из инициаторов политики «сдерживания» в отношении СССР, и опыт в выработке антисоветской стратегии у него немалый. Но Кеннан давно уже понял непригодность этого опыта для обеспечения стабильного мирного развития международных отношений и национальной безопасности самих Соединенных Штатов. В сентябрьском номере английского журнала «Энкаунтер» за 1976 г. он подверг резкой критике внешнеполитический курс США и американское общество в целом. «Нам нечему учить мир, — заявил Кеннан. — Мы должны признать, что у нас нет ответов на проблемы человеческого общества в современный век». Из этой посылки Кеннан вывел необходимость сокращения военного присутствия США в других частях света и невмешательства в происходящие там события. «Мы не должны принимать на себя новые обязательства, а существующие постепенно свести до минимума, даже на Среднем Востоке, и вернуться к политике: оставь других в покое, и тогда можно ждать, что другие оставят в покое тебя», — заявил Кеннан.

Выступление Кеннана носило характер ответов на вопросы, которые ему задавал консультант радиостанции «Свободная Европа» Д. Урбан. Урбан приложил немало сил, чтобы направить интервью в русло антисоветской пропаганды, и пытался подтолкнуть Кеннана к ответам, подкрепляющим позиции противников разрядки. В последнем он, однако, не преуспел. Кеннан отверг утверждения об угрозе СССР в Западной Европе и Африке как преувеличенные, категорически не согласился с Домыслами о том, что Советский Союз якобы замышляет «поглощение» Запада любой ценой, вплоть до ядерной войны. «Ядерная война обернется только катастрофой для всех вовлеченных в нее стран, и я думаю, что русские прекрасно это понимают, — подчеркнул Кеннан. — Они ни в коем случае не станут угрожать другим правительствам, говоря: «Сделайте то, что мы от вас требуем, или мы сбросим на вас ядерную бомбу». ...Необычайно важно остановить распространение ядерного оружия. Это оружие слишком ужасно, чтобы находиться в человеческих руках, наших ли, или чьих либо еще, и оно должно быть исключено из реестра потенциальных военных средств. Меня глубоко огорчает то, что правительство США не предпринимает обнадеживающих действий в этом направлении».

Столкновение позиций Кеннана и интервьюировавшего его Д. Урбана показывает, что борьба между сторонниками и противниками разрядки продолжается в стане самих буржуазных идеологов. Исход ее трудно предсказывать, но нет сомнения в том, что любые попытки вернуть мир к временам «холодной войны», оказывать психологическое давление на социалистические страны и диктовать им свою волю в конечном счете обернутся против тех, кто этим занимается. Запугать Советский Союз, заставить его свернуть с курса поддержки всех миролюбивых сил, борьбы против империализма, милитаризма, шовинизма, любых форм диктата и насилия не под силу ни одной одержимой гегемонистскими устремлениями державе, никаким реакционным кругам и группировкам. Напротив, как подчеркнул Б. Н. Пономарев в докладе на международной научно теоретической конференции на тему «Великий Октябрь и современная эпоха», состоявшейся в Москве в ноябре 1977 г., реальный социализм «служит мощным оплотом мира, самим своим существованием и политикой создает преграду для развязывания мировой войны; оказывает конструктивное воздействие на всю систему международных отношений, способствуя упрочению мира, решению спорных вопросов путем переговоров»[75].

В канун 60-летия Великой Октябрьской социалистической революции буржуазная пропаганда была вынуждена отметить наиболее заметные достижения реального социализма в экономической, социальной, культурной, научно-технической областях. «Многое может отпраздновать СССР на шестидесятом году своего существования», — признал американский журнал «Ньюс-уик» 14 ноября 1977 г. Однако наряду с подобными признаниями пресса капиталистического мира, включая этот журнал, в полной мере использовала тот арсенал антисоветских и антикоммунистических идеек и концепций, о которых шла речь выше. Пример такого двойственного подхода дает и английская газета «Файнэншл тайме». «Советский Союз, на протяжении длительного времени находившийся в изоляции и действуя на основе совершенно не опробованных экономических принципов, из аграрной крестьянской страны преобразован в первоклассную промышленную державу, — писал корреспондент этой газеты в Москве. — ...Советский Союз производит сейчас одну пятую всей мировой промышленной продукции, осуществляет единственную в мире программу полетов космических кораблей с экипажами и успешно развил такие современные средства транспорта, как сверхзвуковой самолет ТУ-144 и сверхскоростной поезд, делающий 120 миль в час»[76]. Все верно: но тут же буржуазная газета возмущается по поводу той «цены», какой было «оплачено» строительство нового общества.

Выпады в адрес СССР в связи с шестидесятилетием Октября объясняются в известной мере тем, что для буржуазной пропаганды стало традицией проводить: «контрюбилеи» накануне памятных вех в истории нового строя. В 1967 г., когда Страна Советов готовилась к празднованию своей полувековой годовщины, американ-екая газета «Стейтс айтем» писала: «Все массовые средства информации в свободном мире должны сообща провести «контрпразднование» рождения коммунизма, и никакие крайности в его осуждении не должны считаться порочными». С другой стороны, и это, пожалуй, главное, неуклонное изменение соотношения сил между социализмом и капитализмом в мировом масштабе з пользу социализма вызывает активизацию деятельности идеологов антикоммунизма. «Вне сомнения, сохранились причины для существования антисоветизма в западном мире», — констатирует далекий от симпатий к коммунизму ежегодник «Социалист реджистер», связывая вспышки активности антикоммунистов с наличием «многосторонних кризисов» в самом капиталистическом обществе.

Действительно, в 1978 год капиталистический мир вступил отнюдь не с радостным настроением. Правительственные и деловые круги как внутри каждой из капиталистических стран, так и в рамках двусторонних, а также многосторонних альянсов, предпринимали отчаянные усилия, чтобы ликвидировать последствия кризиса 1974—1975 гг., однако кривая инфляции и безработицы в буржуазном обществе зигзагообразно, но неуклонно растет вверх.

В октябре 1977 г., в то время, когда буржуазная пресса ломала голову над тем, как преуменьшить достижения социализма, цены в странах Западной Европы в среднем поднялись на 15% по сравнению с предыдущим годом. Повсюду в капиталистическом мире высказывались опасения, что грядущий год принесет застой, а то и новый спад экономики.

В этих условиях трещат по швам и рассыпаются в прах многие постулаты антикоммунистической пропаганды. Симптоматично, что против этих постулатов выступил человек, в свое время приложивший руку к созданию мифа о «советском тоталитаризме», — -известный советолог, профессор университета штата Мичиган (США) А. Майер. Антикоммунизм, грустно констатирует Майер, «настолько доминировал в академической деятельности, что мы даже не осознавали, как неправильны были наши взгляды»[77].

Несколько раньше, на страницах сентябрьского номера журнала «Славик ревью» за 1973 г., профессор Стэн-фордского университета А. Даллин отметил «тяжелый груз традиционных идеологических предубеждений, влияющих на анализ советской политики и тенденций ее развития», А. Даллин приводит также конкретные примеры провала некоторых «прогнозов» американских антикоммунистов: «Десять лет назад группа высококвалифицированных экспертов пришла к выводу, что СССР не сможет в обозримом будущем догнать США по стратегическим видам оружия, одновременно подняв уровень жизни населения. Однако он это сделал. Пятнадцать лет назад большинство специалистов по СССР утверждали, что Москва не будет соблюдать международные соглашения, ограничивающие производство, испытание и размещение ядерного оружия. Но Москва сделала и это».

[59] Материалы XXV съезда КПСС, с. 4.

[60] Vital speeches of the day, september 15,1975, p.709

[61] D. middleton. can america win the next war? N.Y., 1975, p.13.

[62] The sovetiet union the seventies and beyond. Lexington-Toronto-l., 1975, pp.7,11.

[63] Political science quarterly, spring 1975, pp. 10,19.

[64] Marshall i. goldman. detente and dollars. doing business with the soviets. n. y., 1975, p.276.

[65] Congressional digest .1975. vol. №10 , p.252.

[66] West-ost journal, juli 1975, pp. 11-12.

[67] The department of state bulletin, april 28, 1975, p.535.

[68] Ray S. Cline world power assessment. a calculus of strategic drift. Wash., 1975, pp.126,134-135.

[69] America and european security. ed. by louis j. mensonides and james a. kuhlman. leyden, 1976.

[70] Setting national priorities. the next ten years. ed. by h. owen and ch. l. schultze. Wash., 1976, p.44.

[71] The yearbook of world affairs. 1977.l., 1977, p.112.

[72] «Правда», 1977, 1 апреля,

[73] Alva myrdal. game of disarmament . n. y., 1976, p.333.

[74] Irving l herowitz . ideology and utopia in the united states. 1956-1976. london-oxford-n.y., 1977, p. 361.

[75] «Коммунист», 1977, № 17, с. 30.

[76] Цит. по: К. Беляев, Н. Ратиани. Новый поход «союза лжи» против завоеваний и идей Октября. — «За рубежом», 1977, № 52, с. 7.

[77] The Soviet Union. the seventies and beyond. ed. by bernard w eissenstat lexington-toronto-l, 1975, p. 327.