Исторические завоевания Октября и мифы антикоммунизма: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

В десятой пятилетке капитальные вложения в сельское хозяйство составят 171,7 млрд. руб., среднегодовой объем производства сельскохозяйственной продукции возрастет по сравнению с предыдущим пятилетием на 14—17%. Как подчеркивал на XXV съезде КПСС Л. И. Брежнев, дальнейший подъем сельского хозяйства партия рассматривает как важнейшую общегосударственную, общенародную задачу, в решение которой должны внести достойный вклад все отрасли экономики[18].

Если говорить о десятом пятилетнем плане, то реакция на него со стороны западных советологов была в целом сдержанной. Это понятно: слишком уж часто, как мы видели, прогнозы относительно будущего развития нашей страны, составлявшиеся в буржуазной научной литературе и широкой печати, оказывались несостоятельными. Но уроки были учтены не всеми. Уже упоминавшийся американский экономист Г. Гроссман выражает сомнение в оправданности именования десятой пятилетки пятилеткой качества «в условиях сохранения и укрепления устоявшихся экономических институтов я мер, которые во многом обусловили неудовлетворительные результаты в прошлом». С Гроссманом солидарен бывший корреспондент газеты «Вашингтон пост» в Москве Р. Кайзер, называющий СССР «неудачным обществом»[19].

Итак, для Гроссмана и Кайзера все, чего достигла Страна Советов в своем социально-экономическом развитии за 60 лет, «неудовлетворительно» и «неудачно». Что же, с одной стороны, реальный социализм, каких бы успехов он ни добился, действительно вряд ли может «удовлетворить» буржуазных идеологов — их более всего устроило бы, если бы его не было вовсе. Но, с другой стороны, надо испытывать поистине безмерную неприязнь к советскому обществу, чтобы не видеть исторических достижений первого в мире социалистического государства. Ярким свидетельством этих достижений может служить уже тот факт, что национальный доход по сравнению с дореволюционным уровнем увеличился в 65 раз; неизмеримо выросли возможности удовлетворения как материальных, так и духовных потребностей всех слоев трудящихся. В СССР давно и полностью ликвидированы безработица, неграмотность. Ни одним из этих «неудовлетворительных результатов» не может похвастаться ни одна капиталистическая страна.

Иронизирование Гроссмана по поводу решения трудящихся СССР сделать десятую пятилетку пятилеткой эффективности и качества также покоится на фундаменте идейно-политической предвзятости и враждебности. Конечно, в области повышения качества продукции и эффективности производства перед советской экономикой еще стоит много нерешенных задач. Но наличие таких задач — свидетельство развития, а не застоя народного хозяйства СССР. Борьба за качество представляет собой широкий комплекс планомерно осуществляемых мероприятий. Немаловажную роль в этом комплексе играет моральное и материальное стимулирование труда. На ряде предприятий введены шкалы увеличения (или, наоборот, уменьшения) размера фондов материального поощрения, социально-культурных мероприятий и жилищного строительства в зависимости от удельного веса продукции высшей категории качества и увеличения его по сравнению с плановыми заданиями. В десятой пятилетке объем продукции с государственным Знаком качества будет являться одним из основных показателей з оценке деятельности предприятий. Широко ведется соревнование за звания «Отличник качества», «Лучший по профессии» и др., присваиваемые только при условии перевыполнения заданий по выпуску первосортной продукции.

Называя советскую экономику «неэффективной», буржуазные экономисты нередко утверждают, что СССР будто бы не в состоянии без «западной технологии» развить сложные современные отрасли промышленности. Однако в действительности СССР уже сделал и продолжает делать это, не полагаясь на «помощь Запада». В 1973 г.. например, импорт СССР из всех промышленно развитых капиталистических стран составил менее 0,5% к объему валового общественного продукта СССР. Показательно и то, что в общем импорте Советского Союза доля машин и оборудования составляет всего одну треть. Вся история Советского государства — это пример индустриального подъема страны, опиравшейся на собственные ресурсы и никогда не зависевшей в экономическом отношении от внешнего мира. К этому можно добавить, что и крупнейшие капиталистические страны покупают у СССР приборы, инструменты и машины, а не только сырье. Как констатирует известный американский историк и социолог Ирвинг Горовиц, американские компании, ищущие пути уменьшения соббтвенных исследовательских работ, во все возрастающей Степени покупают новейшую советскую технологию, особенно в области металлургии[20].

Заинтересованность американских фирм в использовании последних научно-технических достижений Советского Союза подтверждает и журнал «Сайенс.ньюс», издаваемый Американской ассоциацией по развитии» науки. «По всей стране плоды советских научно-исследовательских работ начинают сказываться на буднях американцев, — пишет этот журнал. — Американские хирурги пользуются искусственными тазобедренными суставами, изготавливаемыми американской компанией по проекту, разрабатываемому в Советском Союзе. В Техасе одна энергетическая компания экспериментирует с разработанным в СССР процессом подземной газификации угля. «Кайзер алюминиум» приобрела лицензию на разработанный в Советском Союзе процесс отливки алюминия, при котором слитки получаются с помощью пульсирующих магнитных полей, что повышает производительность труда и качество металла. Другая американская корпорация купила советский патент на производство нового противоракового средства». Приведя еще ряд примеров растущего интереса деловых кругов США к советским изобретениям, журнал «Сайенс ньюс» делает вывод о взаимной выгоде научно-технического обмена и его позитивной роли в упрочении разрядки международной напряженности.

Борьба за производительность, эффективность и качество труда, как все прочие мероприятия КПСС и Советского государства, направленные на совершенствование хозяйственного механизма, не является самоцелью, в них находит конкретное воплощение основной экономический закон социализма — развитие производства в интересах наиболее полного удовлетворения растущих потребностей советских людей, их всестороннего, гармоничного развития. Повышение уровня жизни, рост матермального благосостояния и культуры советского народа являются главной заботой КПСС и Советского государства.

Вся история советского общества подтверждает это. Реальные доходы рабочих промышленности и строительства с учетом ликвидации безработицы и сокращения продолжительности рабочего дня выросли в среднем на одного работающего по сравнению с 1913 г. в 9,7 раза. К концу десятой пятилетки средние реальные доходы на душу населения увеличатся на 21%; будут повышены ставки и оклады более 30 млн. советских трудящихся, работающих в непроизводительных отраслях. Большие усилия прилагаются к тому, чтобы улучшить производство товаров широкого потребления и работу сферы обслуживания. В речи на октябрьском (1976 г.) Пленуме ЦК КПСС Л. И. Брежнев охарактеризовал этот вопрос как «крайне важный, поистине программный, — ив социальном, и в экономическом отношении»[21].

Социально-экономические достижения нашей страны особенно впечатляют, если учесть огромный ущерб, нанесенный народному хозяйству в Великой Отечественной войне и исчисляемый в 679 млрд. руб. (в ценах 1941 г.). Валовой общественный продукт вырос в 1977 г. по сравнению с 1945 г. в 14,7 раза, а произведенный национальный доход — в 15,2 раза. С каждой послевоенной пятилеткой увеличивалась доля государственного бюджета, идущая на потребление и накопление. Так, если в седьмой пятилетке (1961—1965 гг.) национальный доход, используемый на потребление и накопление, составлял 885 млрд. руб., то в девятой пятилетке он почти удвоился, а в десятой пятилетке составит 2084 млрд. руб.

Всевозрастающую роль в развитом социалистическом обществе играют общественные фонды потребления, расходуемые на образование, здравоохранение, социальное обеспечение и другие общественные нужды. За счет общественных фондов потребления граждане социалистического общества в дополнение к оплате по труду получают во все больших размерах различные выплаты (пенсии, пособия, стипендии и т. д.) и льготы (бесплатное образование и лечение, низкая квартирная плата и др.). Так, в совокупном доходе семьи рабочих промышленности (по данным систематического выборочного обследования бюджетов 62 тыс. семей, проводимого ЦСУ СССР) выплаты и льготы из общественных фондов потребления составили в 1976 г. 22,3% (в 1940 г. они равнялись 14,5%). Если в дореволюционной России на жилье в среднем расходовалось более одной пятой бюджета рабочей семьи, то ныне на квартиру и коммунальные услуги у рабочих идет не более 3% семейного бюджета. У колхозников выплаты и льготы из общественных фондов потребления в 1976 г. составляли 20,7% общего совокупного дохода одной семьи (в 1940 г. — 4,9%); по сравнению с 1913 г. они выросли в расчете на одного работающего более чем в 50 раз. В десятой пятилетке выплаты и льготы населению за счет общественных фондов потребления увеличатся еще на 28—30%,

Росту благосостояния советских трудящихся способствует огромный размах жилищного строительства в СССР. За годы Советской власти в нашей стране введено в строй более 3 млрд. кв. м жилой площади. В последние 10—15 лет ежегодно 10—11 млн. человек улучшают жилищные условия.

В январе 1978 года было опубликовано Письмо ЦК КПСС, Совета Министров СССР, ВЦСПС и ЦК ВЛКСМ партийным, советским, хозяйственным, профсоюзным и комсомольским организациям, трудящимся Советского Союза о развертывании социалистического соревнования за выполнение и перевыполнение плана 1978 года и усиление борьбы за повышение эффективности производства и качества работы. В этом письме подчеркивалось, что за два первых года текущей пятилетки наша страна продвинулась вперед по всем направлениям. Национальный доход увеличился на 9%, прирост промышленного производства составил 10,8%, среднегодовой сбор зерна достиг 209,6 млн. т против 181,6 млн. т в девятой пятилетке. Полнее удовлетворяются материальные и духовные потребности населения, улучшены жилищные условия почти 22 млн. человек, построено много школ, детских, медицинских и культурно-бытовых учреждений. Достигнутые успехи — результат последовательного осуществления ленинской политики Коммунистической партии, самоотверженного труда рабочего класса, колхозного крестьянства, народной интеллигенции.

Следует отметить, что повышение жизненного уровня советского народа :все чаще признается зарубежными наблюдателями, особенно специалистами, приезжающими в нашу страну и, как правило, менее зависящими от предвзятых советологических схем. Об этом свидетельствует, например, ряд отзывов о состоянии жилищного строительства в Советском Союзе. В статье Г..Мортона «Как советское руководство решило жилищный кризис», опубликованной в сборнике «Советская политика и общество в 1970-х годах» (вышел в США в 1974 г.), указывается, что в то время как «в западном капиталистическом обществе частная инициатива; не смогла обеспечить большинство народа, т. е. лиц с низким доходом и бедных, надлежащими жилищными условиями», в СССР «в последние полтора десятилетия построено больше жилых квартир, чем в любой другой стране мира». Данное высказывание перекликается с мнением чиновника министерства экономики США А. Бейтса, выраженным в докладе Объединенной экономической комиссии конгресса США еще в 1969 г,: «Советский Союз — первая и пока что единственная страна, решившая проблему обеспечения масс своих граждан приемлемыми и недорогими жилищами. В пределах нескольких лет — возможно, десятилетия, — в мире, вероятно, будет широко признано, что наилучшие жилищные условия среди крупных стран — в СССР. Политическое влияние этой ситуации будет глубоким. Сравнение с нею будет губительным для Соединенных Штатов».

Время работает на социализм — эта мысль проходит лейтмотивом через многие работы западных авторов. «Рост тяжелой промышленности, уничтожение нищеты и голода, улучшение медицинского обслуживания и здравоохранения — все это большие достижения, которые следует признать», — говорится об успехах социалистических стран в одной из последних работ, посвященных изучению реального социализма. Констатируя далее увеличение вложений в развитие сферы потребления в этих странах, авторы пишут: «Если социалистические системы действительно добьются улучшений в этой области экономики, их дела будут поистине весьма впечатляющими. Более того, ввиду возможности успеха в этой области и общего беспорядка в западных, некоммунистических экономических системах, социалистические государства могут стать все более серьезными экономическими соперниками для западных стран»[22].

Пожалуй, ни одна сторона жизни СССР не подвергается таким ожесточенным нападкам антикоммунистов как советская демократия. Это лишней раз подтверждает широко развёрнутая в настоящее время на Западе пропагандистская кампания по поводу мнимых нарушений «прав человека» в социалистических странах. Подоплеку этой кампании вскрыл Л. И. Брежнев в речи на XVI съезде профсоюзов: «Наши противники хотели бы найти хоть какие-нибудь силы, выступающие против социализма внутри наших стран. А раз таких сил нет, ибо нет в социалистическом обществе ни угнетенных, эксплуатируемых классов, ни угнетенных, эксплуатируемых национальностей, то изобретают какой-то эрзац, путем лживой рекламы создают видимость «внутренней оппозиции» в социалистических странах. Именно по этой причине организуется шумиха о так называемых «инакомыслящих», крик на весь мир о «нарушении прав человека» в странах социализма»[23].

Настойчивость, с которой буржуазные идеологи и политики ведут атаки на советскую демократию, на социалистический образ жизни, призвана отвлечь внимание мировой общественности от действительно вопиющих нарушений прав человека в капиталистическом мире. Эти атаки, как отмечал секретарь ЦК КПСС М. В. Зимянин в докладе на торжественном заседании, посвященном 107-й годовщине со дня рождения В. И. Ленина, отражают стремление наших идейных противников избежать сопоставления фундаментальных ценностей социализма и капитализма, ибо такое сопоставление явно не в пользу последнего.

Как и 60 лет назад, в выступлениях наших идейных противников проявляется стремление извратить социальную и политическую сущность советского общественного строя. Ограниченность буржуазного мировоззрения, идеологическая предвзятость, классовая враждебность сплошь и рядом ведут западных советологов к ложным исходным посылкам в исследовании реального социализма, игнорированию закономерностей и глубинных процессов его развития, ошибочным выводам, злонамеренному извращению политики КПСС.

При оценке советского политического строя современные антикоммунисты, как констатировала английская газета «Гардиан» 18 января 1976 г., исходят из посылки, что «коммунизм недемократичен по определению». Руководствуясь именно этой посылкой, американский журнал «Юнайтед Стейтс ньюс энд уорлд рипорт» (январь 1976 г.) опубликовал «карту мира», на которой белой и черной краской разметил «свободные» и «несвободные» государства, отнеся к последним все социалистические страны. В подобном духе, как правило, выдержана и «научная» советологическая литература.

На страницах восьмитомного издания «Марксизм, коммунизм и западное общество», вышедшего в США (а несколько ранее — в ФРГ) и претенциозно названного «энциклопедией», читаем: «Советская система и страны народной демократии не нуждаются в демократии для достижения своих государственных целей, поскольку последние заранее заданы идеологией и авторитарно интерпретируются партией». Вот так, одним росчерком пера, не приводя, разумеется, никаких доказательств в пользу столь нелепого утверждения, автор этих строк, западногерманский политолог К. фон Бейме «отлучает» социалистический строй от демократии! Из того факта, что социалистическое общество руководствуется в решении насущных проблем своего развития единой и цельной марксистско-ленинской теорией под водительством Коммунистической партии, сделан безапелляционный вывод о том, что этому обществу вообще чужды демократические идеалы.

Некоторые западные исследователи выражают несогласие с таким подходом, объявляющим реальный социализм недемократическим априорно, по определению.

Так, американский политолог Р. Осборн возражает против утверждения многих своих коллег об отсутствии в СССР «легитимизации» политической власти. В отличие от них Р, Осборн отдает себе отчет в том, что к Советскому государству нельзя подходить с мерками, принятыми в буржуазной социологии при изучении буржуазно-демократического государственного устройства[24]. Однако этого, разумеется, мало для глубокого понимания социально-политических процессов социалистического общества. Лишь марксизм, рассматривающий весь комплекс сложных взаимоотношений общественных факторов, общностей и структур через призму базисных отношений и классовых интересов, дает объективные критерии для определения истинного демократизма той или иной политической системы.

Одним из таких главных критериев является соответствие принимаемых государством законов, постановлений и решений во всех сферах общественной жизни интересам трудящихся масс. Буржуазные историки, социологи, юристы стремятся представить дело таким образом, будто бы КПСС оторвана от масс и большинство граждан СССР не принимают никакого участия в государственном управлении. В одной из вышедших в последнее время на Западе книг можно прочесть, чтo «специфически русская историческая традиция» неучастия масс в политической деятельности сохранилась и после Октябрьской революции[25]; в другой, — что партия большевиков всегда была «изолирована» от народа[26].

Только заскорузлым антикоммунизмом и откровенной предубежденностью можно объяснить подобные не имеющие под собой никаких реальных оснований утверждения. Заслугой российских большевиков перед своим народом было как раз то, что они первыми четко определили классовую суть демократии, поставили цель замены буржуазной демократии пролетарской и добились этой цели, осуществив тем самым прорыв цепи классового господства буржуазии. Характеризуя государственный строй победившего социализма, В. И. Ленин писал, что он представляет «максимум демократизма для рабочих и крестьян, и в то же время он означает разрыв с буржуазным демократизмом и возникновение нового, всемирно-исторического, типа демократии, именно: пролетарского демократизма или диктатуры пролетариата»[27]. Ни одна другая партия, выступающая от имени пролетариата и трудового крестьянства, не ставила перед собой такой задачи в начале XX в.

История знает немало случаев, когда те или иные политические партии, придя к власти, забывали о данных массам обещаниях — именно это случилось с российскими меньшевиками и эсерами. Но большевистская партия первыми же своими декретами, актами и постановлениями (о мире, земле, рабочем контроле, национализации банков и т. д.) снискала горячую поддержку трудового населения России.

Одним из важнейших условий того, что в политических науках называется легитимностью политической власти, т. е. соблюдением соответствия между демократическим законодательством и практикой осуществления власти, является участие представителей основных классов и слоев населения в органах управления. Советской власти данную проблему предстояло решать практически на голом месте, ибо ни о каком участии российских масс в государственном управлении до революции не могло быть и речи. Тем не менее, как говорил В. И. Ленин, «эта задача ставилась и решалась нами на другой же день после 25 октября 1917 года»[28]. «...Для нас, — подчеркивал В. И. Ленин, — важно привлечение к управлению государством поголовно всех трудящихся. Это — гигантски трудная задача. Но социализм не может ввести меньшинство — партия. Его могут ввести десятки миллионов, когда они научатся это делать сами»[29].

Осуществлявшаяся в ходе построения социализма в СССР, эта задача, т. е. вовлечение еще более широких слоев трудящихся в процесс управления государством, сохраняется и на этапе строительства коммунизма. В Программе КПСС записано: «Коммунистическое строительство предполагает всемерное развитие демократических основ управления при укреплении и совершенствовании централизованного государственного руководства народным хозяйством. В рамках единого народнохозяйственного плана будут и дальше расширяться хозяйственная самостоятельность и права местных органов и предприятий, в планировании все возрастающую роль должны играть планы и предложения, идущие снизу, начиная с предприятий»[30].

Извращая отношение КПСС к вопросу об участии трудящихся масс в государственном управлении, ложно толкуя государственные и партийные документы по этому вопросу, буржуазные авторы игнорируют или искажают и многочисленные факты реального участия советских трудящихся в принятии общеполитических, хозяйственных и прочих решений в советском обществе.

В советологической литературе бытует утверждение, что именно интересы рабочего класса, которому в теории отводится ведущая в обществе роль, в наибольшей степени «противоречат интересам партии». Так, западногерманский историк К. Вестей изображает КПСС и рабочих в качестве «жильцов», заселяющих «разные флигели одного здания», а сотрудник Центра по изучению России при Гарвардском университете (США) 3. Катц пишет об «отчуждении» рабочих в СССР.

Все эти рассуждения являются надуманными от начала и до конца. В действительности в условиях развитого социалистического общества в СССР имеет место процесс, прямо противоположный схемам буржуазных исследователей, — процесс возрастания роли рабочего класса. Этот процесс, не только не противоречащий усилению руководящей роли КПСС в обществе, но, наоборот, закономерно согласующийся с ним, определяется, во-первых, ростом численности рабочего класса (как в абсолютном выражении, так и по относительной его доле в общем населении страны); во-вторых, местом рабочего класса в системе общественного производства (создатель наиболее крупной части общественного продукта) и его активным участием в осуществлении научно-технической революции; в-третьих, его политической зрелостью, дисциплинированностью, организованностью, высокими идейными и нравственными качествами.

Несостоятельность попыток советологов противопоставить рабочий класс его авангарду — Коммунистической партии становится совершенно очевидной, если проанализировать социальный состав партии. На XXV съезде отмечалось, что из Л 5 млн. 694 тыс. членов партии рабочие составляют 41,6% (13,9% т колхозники, около 20% — представители технической интеллигенции, более 24% — деятели науки, литературы, искусства, работники просвещения, здравоохранения, аппарата управления, военные). Как видим, рабочие составляют самый высокий процент среди коммунистов, а среди вступающих в партию на долю рабочих приходится 58%. Это подтверждает тот факт, что в условиях развитого социализма, когда Коммунистическая партия стала партией всего народа, она отнюдь не утрачивает своего классового характера. «По своей природе КПСС была и остается партией рабочего класса»[31].

[18] См.: Материалы XXV съезда КПСС, с. 53.

[19] Robert C. Kaiser. Russia. The People and the Power. N.Y., 1976, p. 451.

[20] См.: The New Sovereigns.Multinational Corporations as World Powers. Englewood Cliffs (New Jersey), 1975, p.126

[21] Л. И. Брежнев. Речь на Пленуме Центрального Комитета КПСС 25 октября 1976 года. М., 1976, с. 23.

[22] Comparative Communism. The Soviet, Chinese and Yugoslav Models. San-Francisco, 1976, p.455.

[23] Л. И. Брежнев. Советские профсоюзы — влиятельная сила нашего общества. Речь на XVI съезде профессиональных союзов СССР 2,1 марта 1977 г. М., 1977, с. 20—21.

[24] Robert J. Osborn. The Evolution of Soviet Politics. Homewood (Illinois), 1974, p.257.

[25] См.: M.Lewin. Political Undercurrents in Sovviet Economic Debates. Princeton, 1974, p.343.

[26] Ch. Roger Pethybridge. The Social Prelude to Stalinism,L., 1974, p.3.23.

[27] В. И. Ленин. Поли. собр. соч., т. 44, с. 147.

[28] В. И. Ленин. Поли. собр. соч., т. 36, с. 172.

[29] Там же, с. 53,

[30] Программа Коммунистической партии Советского Союза. М, 1976, с, 86-87.

[31] Материалы XXV съезда КПСС, с. 63,