Но от этой мысли не стало легче. Снова, как вчера, вместе с холодом в кровь осторожно пробиралась тревога, и руки уже начинали дрожать.
«Ну да, конечно. Это лихорадка перед дорогой. Это всегда у всех. Так и называется — Reisefieber»[132].
Но руки дрожали все сильнее, сердце тяжело и тревожно стучало.
— Кром, ты кончил?
— Сейчас, сейчас.
В тишине зашуршали листы. Лиза вздохнула. Как тяжело, как томительно.
Скорее бы уехать из этого заброшенного дома. Скорей бы уже. Андрей, хоть бы он сошел проститься. Нет, об Андрее не надо думать.
Отчего ей так тревожно? Так тяжело?
— Лиза, — громко позвал Николай сверху.
Лиза вскочила и побежала в прихожую. Вот сейчас все пройдет. Сейчас будут торопиться, укладываться, потом поедут. О чем ей беспокоиться? Все будет хорошо.
Николай спустился по лестнице и решительными большими шагами подошел к ней.
— Надень пальто, — сказал он хрипло. — Ты пойдешь в сад и, если кто придет, скажешь, что никого дома нет, а ты забыла ключ и сама не можешь попасть домой. Поняла?
— Что? — она растерянно смотрела на него и только теперь заметила, что он был очень бледен. — Зачем в сад?
— Не рассуждай. Поняла? Входить не смей, пока я не отопру дверь. Ну, одевайся.
— Я, — прошептала она, и колени ее затряслись. — Я не хочу, я не пойду. Зачем?
Он взял ее за плечо.
— Не пойдешь? — повторил он протяжно. Это уже не был Коля, это уже не был ее брат. Это был чужой, страшный, на все способный человек. И в первый раз Лиза почувствовала страх за себя, за свою жизнь.
Он снял ее пальто с вешалки.
— Живо. Если кто придет, не пускай. Поняла?
Она долго надевала пальто, не попадая в рукава. Страх сжал ей горло, пробежал вниз по рукам, по груди, по спине, докатился до колен, и ноги стали слабыми и пустыми, будто из них вынули кости. Не было сил стоять, ноги уже не держали ее, хотелось опуститься на пол. Но страх гулко стучал в груди: «Нельзя, нельзя. Упадешь, пропадешь».
Она метнулась к выходу. Николай преградил ей дорогу.
— А шляпа, перчатки?
Она протянула дрожащую руку за беретом. Он открыл ей дверь.
— Ну, иди. И помни.
Она прошла мимо него, думая только о том, чтобы не упасть.
— Не пускай никого в дом.
Дверь захлопнулась.
Легкий, почти весенний ветер ударил ей в лицо. Цепляясь за перила, она спустилась в сад.
«Что это? Зачем я тут?»
Она села, крепко держась за спинку скамьи.
[132] Reisefieber — чемоданное настроение, волнение перед дорогой (нем.).