Розмари держала платье перед собой, как продавщица, пытающаяся убедить несговорчивую покупательницу.
— Оно с виду неказистое, но примерь. По-моему, в самый раз для презентации. — Рия смотрела на нее и молчала. — Не смотри на меня так. Ты думаешь, оно слишком светлое, но с твоими темными волосами и черным шейным платком. — Внезапно она умолкла и внимательно присмотрелась к Рии. Та сидела бледная, в черном бархатном платье, с золотой цепочкой, и ела огромный сандвич с бананом в половине девятого утра. — Что? — шепотом спросила она.
— Ничего. А что?
— Нет, Рия, что-то случилось. Что ты делаешь?
— Завтракаю. А ты что подумала?
— Что? Твое платье…
— Ты не единственная, кто наряжается по утрам. — У Рии дрожала нижняя губа. Она говорила тоном обиженного пятилетнего ребенка. Розмари смотрела на нее с ужасом. И тут Рия не выдержала. — О боже, Розмари, у него подружка, беременная подружка. Ей двадцать два года, и она хочет родить от него ребенка.
— Нет! — Розмари уронила платье на пол, подбежала и обняла подругу.
— Да. Это правда. Ее зовут Бернадетта. — В голосе Рии послышалась истерическая нотка. — Бернадетта! Ты только представь себе! Я не знала, что такие имена еще существуют. Он уходит от меня и переезжает к ней. Все кончено. Дэнни ушел. О господи, Розмари, что мне делать? Я люблю его, Розмари. Что мне делать?
Розмари обнимала подругу и бормотала ей в кудрявую макушку:
— Тс-с, тс-с, еще ничего не кончено, все будет хорошо, все будет хорошо…
Рия отстранилась.
— Не будет. Он бросает меня. Ради нее. Ради Бернадетты.
— Ты примешь его обратно? — Розмари всегда была очень практична.
— Конечно, приму. Сама знаешь. — Рия заплакала.
— Значит, мы должны его вернуть. — Розмари взяла со стола салфетку и вытерла Рии слезы, как маленькой.
— Герти, можно к тебе?
— Ох, Розмари, сейчас неподходящее время. Может быть, в следующий раз? Я просто… — Розмари молча прошла мимо нее. В квартире Герти царил беспорядок. Как всегда, если не считать, что на этот раз дело дошло до мебели.
Люстра висела под нелепым углом, а в углу стоял маленький столик без ножки. Осколки фарфора и стекла были сметены в кучу. На ковре красовалось пятно то ли от пролитого кофе, то ли от чего-то другого.
— Извини, сама видишь… — начала Герти.
— Герти, я пришла в девять утра не для того, чтобы ставить тебе двойку за домоводство. Мне нужна твоя помощь.
— Что случилось? — У Герти были все основания для тревоги. Какую помощь она могла оказать Розмари Райан, чья жизнь шла как часы, которая выглядела как манекенщица, имела дом, который фотографировали для журналов, и владела собственной компанией?
— Ты нужна Рии. Я отвезу тебя. Пошли. Бери пальто.
— Я не могу. Сегодня не могу.
— Можешь, Герти. Все очень просто. Рия нуждается в тебе. Вспомни, как она ведет себя, когда в ней нуждаешься ты.
— Не сейчас. Ты же видишь, что тут было вчера вечером.
— Вот удивила! — Розмари обвела комнату насмешливым взглядом.
— Мы выясняли отношения, и я пообещала Джеку, что больше не буду бегать к вам обеим. — Герти понизила голос. — Он сказал, что мои подруги… создают проблемы.
— Чушь собачья, — сказала Розмари.
— Тс-с. Он спит. Не буди его.