— Скажи мне, что это неправда, — выдавила она.
— Рия, радость моя, ты сама знаешь, что это правда. Ты знаешь, что мы давно не занимались любовью и больше никогда не будем ею заниматься.
— Не верю. И не поверю никогда.
— Я тоже не думал, что так случится. Думал, что мы доживем с тобой до старости, как люди делали раньше.
— И делают сейчас.
— Да, некоторые делают. Но мы изменились. Мы уже не те люди, которые поженились много лет назад. У нас другие потребности.
— Сколько ей лет?
— Рия, это тут ни при чем…
— Сколько?
— Двадцать два, но это неважно… и не имеет никакого отношения к делу.
— Конечно, не имеет, — тупо повторила она.
— Я хотел сказать тебе вот что: может, оно и к лучшему, что все вышло наружу. — Наступило молчание. — Рия, нам нужно поговорить об этом. — Она все еще молчала. — Скажи что-нибудь! — взмолился он.
— На восемь лет старше твоей дочери.
— Радость моя, клянусь, дело не в возрасте.
— Нет?
— Я не хочу причинять тебе боль. — Молчание. — Во всяком случае, больше той, которую уже причинил. Честное слово, я думал, что мы могли бы стать единственной парой на свете, которая расстанется так, как нужно. Парой, которая не станет рвать друг друга на куски…
— Что?
— Мы любим Энни и Брайана. Им это будет тяжело. Мы не будем увеличивать их тяжесть. Скажи, что не будем.
— Пардон?
— Что?
— Прошу прощения. Что я должна тебе сказать? Я не поняла.
— Радость моя…
Рия встала. Она дрожала всем телом и была вынуждена схватиться за стол, чтобы не упасть.
— Если ты когда-нибудь… — очень тихо и сдержанно сказала она. — Если еще хоть раз в жизни ты назовешь меня «радость моя», я возьму в руку вилку… вот так., и воткну ее тебе в глаз. — Рия нетвердо пошла к двери ресторана, а Дэнни стоял у столика и беспомощно смотрел ей вслед. Но ноги ее не держали, и она зашаталась. Заметив это, Колм Барри быстро поставил две тарелки, подхватил падавшую Рию и увел ее на кухню.
Дэнни последовал за ними и стал смущенно следить за тем, как Кэролайн обтирает лицо и запястья Рии губкой с холодной водой.
— Дэнни, это ваших рук дело? Вы постарались? — спросил Колм.
— Да, в какой-то степени.
— Если так, то, наверное, вам лучше уйти. — Колм был безукоризненно вежлив, но решителен.
— Что вы имеете в виду?
— Я приведу ее домой. Когда она будет в порядке. И если захочет вернуться.