Операции английского флота в мировую войну: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

8 декабря должность так называемого «капитана над тральным делом» (Captain Supervising Sweeps) была упразднена и образован «комитет по делам подводных атак» (Submarine Attack Committee) с кап. I р. Данальдсоном во главе. Функции комитета сводились к организации и развитию средств борьбы с подводными лодками; такими средствами борьбы в тот период войны являлись орудийный огонь, таранный удар, тралы с взрывателями и индикаторные сети[15] (indicator nets). Последнее средство только еще испытывалось. Одновременно было установлено разделение всех прибрежных отечественных вод на 23 дозорных района с расчетом, чтобы база каждого района находилась поблизости от местного военного эскорта и получаемые сведения могли без задержки передаваться по назначению.

В обязанность дозора входили, кроме борьбы с подводными лодками, предупреждение постановки мин и наблюдение за судами, подозрительными в отношении шпионства. Для этого понадобилось 74 яхты и 462 тральщика и дрифтера, помимо моторных катеров для работы в некоторых внутренних водных районах[16].

Чисто тральное дело не вошло в новую организацию и осталось самостоятельным. Свою работу новая организация начала 20 декабря, но далеко не сразу смогла удовлетворить потребности всех районов, хотя подходящие суда брались в большом количестве и вооружались экстренным порядком.

Несмотря на всю продуманность оборонительной системы, адмиралтейство было далеко от мысли успокоиться на этом. Оно делало все для скорейшего выполнения судостроительной программы, надеясь вслед затем начать вторую фазу войны энергичным наступлением против неприятельских портов Северного моря. Бомбардировка Зеебрюгге была первым пунктом этого плана, и необходимость продолжения подобных операций, хотя и второстепенного характера, диктовалась все большей и большей активностью подводных лодок неприятеля.

Имелись основания предполагать, что Зеебрюгге и после бомбардировки служит противнику прежним целям; поэтому, когда 9 декабря через состоящего при бельгийской главной квартире полковника Бриджес пришло предложение атаковать этот порт соединенными силами с суши и с моря, то за него сразу же ухватились. Сначала решили послать Duncan из Дувра, но они там не стояли. Штормом, разыгравшимся 3 ноября, боновое заграждение было сорвано, порт оказался открытым для подводных лодок и эскадру после 5 дней пребывания в незащищенном порту пришлось отправить в Портленд.

Однако, из Wash потребовали 3 монитора, из Хембера — Mars и Majestic, а адм. Худа и адм. Никольсона (начальник эскадры Duncan) вызвали в адмиралтейство для обсуждения плана операции. На случай действий внутри базы противника было приказано вооружить несколько десантных ботов и дрифтеров, первых 120-мм, а вторых 47-мм орудиями, поставив к ним щиты. Но 11 декабря операцию отложили, оставив корабли в полной готовности в Дувре и Дюнкерке, за исключением Mars, отправленного в Портленд.

До этих распоряжений Худ, по приглашению сухопутного начальства в Дюнкерке, успел 14 декабря посетить главную квартиру, где выяснил, что мысль о соединенной атаке Зеебрюгге оставлена и все намерения Фоша сводятся исключительно к операции вспомогательного значения.

Если можно было рисковать кораблями в штормовую погоду ради уничтожения опасной подводной базы, то никак нельзя было позволить себе подобную роскошь ради содействия второстепенной сухопутной операции. Поэтому Худ получил указания беречь корабли, если погода не улучшится. Худ все-таки не хотел отказаться от намеченного плана. Majestic и Revenge уже вышли из Дувра в Дюнкерк и 15 декабря вместе с двумя-тремя орудийными платформами-ботами сделали попытку нащупать беспокойные батареи противника. Попытка эта не удалась, и Majestic был отозван в Дувр адмиралтейством, которое не допускало участия в операциях линейных кораблей, кроме устаревшего Revenge. Revenge продолжал бомбардировку и на следующий день, но, получив два попадания 203-мм снарядов, из которых второе — значительно ниже ватерлинии, принужден был уйти для ввода в док. Мониторы, по мнению Худа, действовать самостоятельно, без поддержки, не могли, и дальнейшее выполнение операции прекратилось.

Наступил момент, когда нельзя было и думать о выделении линейных кораблей для второстепенной работы на побережье, потому что внезапно развернулась операция, которую оценили как давно ожидаемое контрнаступление германского флота.

Это наступление должны были сплоченно встретить все.

ГЛАВА II

НАБЕГ НА ИОРКШИРСКОЕ ПОБЕРЕЖЬЕ 16 ДЕКАБРЯ 1914 г

Схемы 1, 2 и 3

Около 10 декабря после опубликования подробностей фалклендских событий факт ослабления Гранд-Флита перестал быть секретом. Теперь или никогда неприятелю представлялся удобный случай для удара.

Подтверждением наших ожиданий явились данные разведки, поступившие 14 декабря, о ряде признаков подготовки противником наступления, почему было решено выслать флот в море.

Полученные сведения говорили о вероятности набега крейсеров на побережье, но не исключали возможности и десантной операции. Однако, откуда и куда намечался удар, определенно сказать было нельзя.

В таких обстоятельствах опыт давал только одну единственно правильную форму противодействия. Пока объект неприятельской операции оставался неизвестен, всякие попытки, направленные к ее преодолению, непременно влекли за собой опасное нарушение сосредоточения сил. В то же время можно было с уверенностью сказать, что и без нарушения сосредоточения сил неприятель не успеет без помехи высадить даже незначительные силы, в случае же, если он ограничится набегом крейсеров, то не сможет уйти безнаказанно, разве только условия моря и погоды окажутся всецело на его стороне.

Последовавшие распоряжения были сделаны в соответствии со сказанным.

В южном районе 5-й линейной эскадре было приказано находиться в полной готовности выйти по первому требованию в море, коммодору Тэрвиту, который, кроме Fearless и двух флотилий миноносцев в Гарвиче, имел теперь еще 2 крейсера типа «Aretusa» — Aurora и Undaunted, постараться войти в соприкосновение с неприятельскими силами у наших берегов, как только поступят донесения об их появлении.

На севере адм. Джеллико предписывалось выслать из Кромарти Битти с четырьмя линейными крейсерами и двумя дивизионами 4-й флотилии миноносцев с тем, чтобы к нему присоединился из Скапа коммодор Гудинаф с 1-й эскадрой легких крейсеров. Одну эскадру линейных кораблей, предпочтительнее 2-ю как наиболее сильную и быстроходную, предлагалось также отправить из Скапа на поддержку Битти. Высланный отряд должен был затем совместно итти в точку, от которой имелось больше шансов перехватить отступающего противника, в каком бы пункте он ни нанес свой удар.

Адм. Баллард, являвшийся как адмирал патрулей начальником всех пловучих средств обороны побережья, также получил приказание быть наготове. Он находился в Хембере и держал флаг на St. George, где, кроме того, стояли Victorious, Illustrious, старый легкий крейсер Sirius, лидер Skirmisher с четырьмя дивизионами 7-й и 9-й флотилий миноносцев и 4 подводные лодки. Еще 2 дивизиона 7-й флотилии базировались на Ярмут. В Тайне стояли Jupiter и Brilliant и 6 подводных лодок 6-й флотилии. В Хартлпуле, помимо одной подводной лодки, находился 3-й дивизион 9-й флотилии с крейсерами Patrol и Forward. 4-й дивизион держал дозор у Уитби. Севернее — в Forth — находилась 8-я флотилия с лидером Sentinel. В Wash, откуда стоявшие там мониторы собирались уходить в Дюнкерк, пришла из Tees канонерка Rinaldo[17].

Насколько наши предположения о намерениях немцев были близки к истине, мы в то время не знали. Со времени гельголандского боя личный состав Флота Открытого моря был раздражен бездеятельностью, наложенной на него рукой кайзера и его сухопутных советников. Главнокомандующий адм. Ингеноль, наблюдая упадок настроения, просил дать ему большую свободу действий, но получил отказ. Ему было разъяснено, что требования общей военной обстановки приводят к очевидной необходимости держать флот в состоянии fleet in being[18], дабы сохранить господство на Балтийском море и освободить для фронта войска с побережья.

«Поэтому флот, — отвечал морской генеральный штаб, — должен избегать боя, могущего привести к тяжелым потерям, но это не служит препятствием к использованию случаев, благоприятных для нанесения вреда врагу. Боевые действия флота вне Гельголандской бухты, которые неприятель старается вызвать своим появлением в Скагерраке, не упомянуты в оперативных приказаниях, в числе подобных случаев. Против попыток нанести в Северном море вред противнику линейными крейсерами возражений не встречается[19]».

Это указание штаба, повидимому, и дало повод Ингенолю предпринять операцию набега линейных крейсеров на наше побережье с целью не только поднять упавшее настроение, но, быть может, добраться и до какого-нибудь отряда Гранд-Флита. Поэтому он решил расширить данные ему полномочия и использовать в качестве поддержки 3 эскадры линейных кораблей.

15 декабря рано утром под флагом адм. Хиппера линейные крейсеры Зейдлиц, Мольтке, Фон-дер-Танн, только что вступивший в строй Дерфлингер и броненосный крейсер Блюхер, составлявшие 1-ю разведочную эскадру, вышли совместно со 2-й разведочной эскадрой из легких крейсеров (Страсбург, Штральзунд, Грауденц и Кольберг, несущий 100 мин) и с 1-й и 9-й флотилиями эскадренных миноносцев. Эти силы направились на NNW со скоростью 15 узлов и, в 5 ч. д. достигнув 56-й параллели, изменили курс на SW, по направлению к побережью Англии.

Линейные крейсеры оставили Куксгафен днем; отряд соединился в условленном рандеву к северу от Гельголанда. После наступления темноты отряд пошел по назначению, вслед за ним вышли линейные корабли (поэскадренно), имея расстояние между флагманскими кораблями от пяти до семи миль.

Впереди линейных кораблей двигался дозор в составе крейсеров Принц Генрих, Роон и Гамбург с флотилией миноносцев. Фланги прикрывались двумя легкими крейсерами с двумя флотилиями миноносцев. Легкий крейсер Штеттин, также с двумя флотилиями, держался в тылу. Походный порядок указывал на назначение линейных кораблей — занять поддерживающую позицию и прикрывать отступление крейсеров после нанесения ими удара.

Ко времени начала операции противника меры, принятые нами против ожидаемого выступления, начали выливаться в определенную форму. Назначенные эскадры были уже под парами и получили приказания следовать на позиции. Адм. Джеллико предстояла задача не из легких. Объектом возможных операций противника было побережье в 300 миль длиной, почему прежде всего предстояло решить, какой именно пункт этого побережья имеет больше всего шансов подвергнуться нападению. Самыми вероятными были наиболее уязвимые, удаленные от военно-морских центров и сулившие наиболее плодотворные результаты по последствиям пункты — Хембер и Тайн.

Однако, немцы упростили решение вопроса постановкой в Северном море дальних минных заграждений. Из заминированных зон главная находилась у восточного побережья Англии; и мы сами усилили ее, поставив добавочные мины в качестве меры против возможных набегов. Это минное поле было нам известно как заграждение у Southwold. Далее к северу у Иоркширского побережья находились районы, заминированные немцами как раз перед Гельголандским боем[20].

Собственно говоря, как немцам, так и нам не были точно известны места поставленных заграждений. Германский штаб, руководствуясь донесениями командиров заградителей, считал, что одна группа мин поставлена в 20―30 милях от Хембера, а другая — в пяти-шести милях от Тайна, мы же обнаружили их в море в 30 милях от берега[21].

При таких обстоятельствах адмиралтейство сочло необходимым объявить 2 опасных для мореплавания района.

[15] Эти сети делались из тонкого, очень прочного стального троса с поплавками-буйками из капка или в виде стеклянных шаров. Посредством особых храпцев каждая сеть разобщалась от всей пачки сетей, как только зацеплялась за лодку. Затем сеть обволакивала лодку и тащилась за ней, а буйки, оставаясь на поверхности, указывали место лодки.

[16] Дозорные районы, объединенные новой организацией, с августа 1915 г. получившей сокращенное название «вспомогательный патруль», были следующие [район (база)]:

[17] Из других кораблей охраны восточного побережья Mars присоединился к «Дунканам» в Портленде, а Majestic к кораблям адм. Худа — в Дувре.

[18] Т. е. в действии, которое оказывает флот самим фактом своего существования. — Ред.

[19] Адм. Шеер. Флот Открытого моря в мировую войну.

[20] См. том I. Адм. фон-Поль в своем дневнике пишет, что мины были поставлены 25―26 августа заградителями Альбатрос и Наутилус под прикрытием двух легких крейсеров и двух полуфлотилий миноносцев. Они донесли, что мины поставлены в Тайне и Хембере.

[21] Сообщения немцев, сделанные ими по условиям перемирия, гласили, что минное поле находится вплотную к Тайну. Такая же ошибка есть и в указаниях относительно заграждения Southwold, поставленного Кениген Луизе в первый день войны. Они считали его поставленным на фарватере, ведущем в Темзу, к востоку от маяка Галонер, фактически же оно было обнаружено на 20 миль дальше к северу.