Остроумие мир. Энциклопедия: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Да, — ответил он, — Лист хорош, но, признаюсь, он мало действует на мою душу.

— Кто же тебе больше нравится? — опять спросил император.

— Мне больше нравится Канкрин, когда он играет на скрипке.

* * *

Будучи морским министром, Меншиков как-то осматривал приготовленные к отплытию пароходы. На одном из них он увидал матроса, несущего дрова.

— Для чего это? — спросил князь.

— Топить пароход, ваша светлость, для графа Канкрина.

— Э, братец, — сказал с усмешкою князь, — ты лучше топи его, когда граф сядет.

* * *

Насчет министра государственных имуществ графа Киселева Меншиков острил часто и много.

В 1848 году Николай Павлович, разговаривая о том, что на Кавказе остаются семь разбойничьих аулов, которые для безопасности нашей было бы необходимо разорить, спрашивал, кого бы для этого послать на Кавказ. Князь Меншиков, не сочувствовавший реформам Киселева, которого он обвинял в причинении материального ущерба государственным крестьянам, поспешил ответить:

— Если нужно разорить, то лучше всего послать графа Киселева: после государственных крестьян семь аулов разорить ему ничего не стоит.

* * *

На Мойке против дома, где жил Киселев, был построен перед Пасхой балаган, в котором показывали панораму Парижа.

— Что ж тут строят? — кто-то спросил у Меншикова.

— Это будет панорама, — ответил он, — в которой Киселев станет показывать будущее благоденствие государственных крестьян.

— Ты что ни говори, — улыбнувшись, отвечал государь Николай Павлович, — а надобно согласиться, что Москва наша истинно православная, святая.

— И даже с тех пор, как Закревский ее градоначальник, — сказал Меншиков, — она может назваться и великомученицей.

* * *

Во время Крымской войны командование армией князю Меншикову не удавалось, но ум его не мог и здесь не обозначиться.

В одной из первых стычек наших войск с неприятелем казак притащил пленного французского офицера на аркане.

Этот офицер, явившийся к князю, жаловался, что казак бил его плетью.

Князь обещал строго взыскать с виновного. Потребовав к себе казака, Меншиков расспросил его, как было дело.

Донец рассказал, что офицер во время битвы три раза стрелял в него из пистолета, но ни разу не попал, что за это он накинул аркан на плохого стрелка и притащил его к себе, точно дал ему столько же ударов плетью, сколько раз тот прицелился.

Князь расхохотался. Пригласил к себе пленного офицера, при нем, обращаясь к казаку, Меншиков начал делать строгий выговор, объясняя ему, что он обязан уважать и пленных офицеров. Все это князь говорил ему на французском языке, и казак, ничего не понимая, только моргал глазами. С гневом подав знак рукою, чтобы казак вышел вон, князь обратился к пленному и спросил, доволен ли он решением.

Французский офицер низко кланялся и не находил слов благодарить князя.

По удалении пленного Меншиков снова потребовал казака, благодарил его уже по-русски за храбрость и ловкость и наградил его орденом.

* * *

В ту войну интендантское управление отличалось такими безобразными беспорядками, что вынудило князя Меншикова во время самого боя назначить следствие.

Глядя на слишком осилившего нас неприятеля, кто-то спросил у него: