ТАЙЛАНД — СТРАНА БЕЗ ТАЙН? ТАЙСКАЯ ПРИРОДА И ЦИВИЛИЗАЦИЯ: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

И мы сначала пошли в Ват По — храм дерева Боддхи, аналога того дерева, под которым Будда испытал просветление. И оказались во власти сказки Тайской архитектуры. Один алтарь там прямо на улице, под украшенным ленточками деревом. Он укрыт разноцветными зонтиками: исторически это символ царской власти, а в буддизме — добродетели. В этом храмовом комплексе, кроме храмов, с типичными Тайскими треугольниками загнутых крыш с злотыми драконами, много остроконечных красивых цветных ступ в расписных камешках, а также маленьких садиков, из аккуратных и порой карликовых деревьев, где бьют фонтанчики воды из трубочек проведенного повсюду водопровода. Мы там умылись, Яся смочила одежду, а я голову — и сразу стала лучше воспринимать символику алтарей и красоты храмов: был уже разгар дня, а днем в Бангкоке все же очень жарко.

Главная достопримечательность Ват По — покрытый золотом лежащий Будда огромного размера (наследник спящего Вишну — отдыхающего в безвременьи Творца). Сфотографировать у меня получилось только его стопы — выше человеческого роста, уже не золотые, но темного камня, на которых рядами были изображены Будды, храмы, зонтики, птицы и еще много чего. Я вспомнила стопы Вишну, который двумя шагами перешагнул Небо и Землю, в индийской Гайе, рядом с буддийской Бодгаей. Но Тайский Будда производил совсем иное эмоциональное впечатление. Сам его размер обозначал присущую Таиланду заземленность. С другой стороны, динамика курсирования людей вокруг — и то, что этого Будду почитают: это храм, одновременно с тем, что это памятник и музей, — опять же создавало ощущение жизни, очень современной.

Интересно, что поскольку Будда лежит на правом боку, обходить его приходится против часовой стрелки — а не по ее ходу, как обходят индуистские храмы. Впрочем, обычно буддийские храмы не обходят вокруг, а просто садятся перед изображением. В другом, более традиционном, храме было изображение Будды, к которому были повернуты скульптуры его пяти первых учеников (перед которыми он дал обет постичь закон мироустройства, когда впервые испытал просветление под Древом Боддхи). Над Буддой под потолком висел зонт, а спереди стояли еще две маленькие статуэтки Будд.

А на полу — два золотых кораблика: длинные Тайские лодочки, подобные тем, в которых тайцы издревле переправлялись на другой берег своей реки Чао Прая, где возвышается храм Утренней Зари. В лодочки в храмах тайцы ставят зажженные свечки — наверное, чтобы доплыть до берега счастья. (У меня же они в первый момент ассоциировались с картой Таро, где в лодке плывут мужчина, женщина и ребенок, к другому берегу сознания: эта карта середины Водолея и астрологически, кстати, соответствует России. О буддийской символике переправы чуть позже.) Свечки и ароматические палочки обычно ставят также в чашку с землей перед алтарем.

Кстати, символ кораблика — это и христианский символ. Еще византийская базилика — прообраз наших православных соборов, разделялась колоннами на три или пять проходов — нефов: от лат. «navis» — корабль. Неф символизировал корабль, на котором верующие во время совместного богослужения, плыли в небесное пристанище: обращаясь лицом на восток: к восходу солнца и алтарю, который символизировал рай (на западной стене в старых соборах можно видеть сцены ада).

В третьем храме в алтаре было восемь стоящих золотых статуй Будд разного размера, и все женщины. Поднятая рука, ладонью обращенная к прихожанам выражала жест благословения, а психологически — успокоения (утешения), словно говоря: "остановитесь." От него веяло буддийским покоем.

ХРАМ ИЗУМРУДНОГО БУДДЫ

Оттуда мы направились в Королевский дворец и храмовый комплекс Изумрудного Будды: на другой стороне улицы. Прогулявшись вдоль его неприступной стены, мы не сразу нашли те ворота, куда пускают туристов: все ворота охраняются военными.

Королевский дворец был построен при короле Раме I, как и многие другие достопримечательности Бангкока. До него королевская резиденция размещалась в Тхонбури, на западной стороне реки Чао Прая. Но по разным причинам король счел прежнее место непригодным для жизни, и перенес столицу на другую сторону реки, основав город Раттанакошин — нынешний Бангкок. Строительство новой резиденции было завершено в 1782 году, и он включает не только королевскую резиденцию и тронный зал, но ряд государственных учреждений — отсюда и охрана.

В северной части Королевской резиденции расположен изумительно прекрасный храмовый комплексИзумрудного Будды (Ват Пра Кео). Туда продаются билеты, и стоят они дорого: 200 бат, но он стоит того, чтобы его посмотреть. Сказать, что стены его сооружений и статуй потрясают своим золотым резным великолепием — не сказать ничего. Это действительно самый красивый храм Таиланда, где волшебство его архитектуры проявилось во всем своем блеске.

Кроме храма Изумрудного Будды в середине храмового комплекса находится большая золотая ступа Пра Сиратана Чеди (хранящая часть тела Будды, как и все известные ступы); столь же сверкающее резным золотом остроконечное здание с колоннами Пра Мондоп, где хранятся священные письмена на пальмовых листьях; и миниатюрная модель храма Ангкора, сочетающая золото с синевой и вырезанная по приказу другого короля Рамы IV. На улице привлекают внимание золотые статуи дев-птиц — причем это тоже Будды: в царских остроконечных "шапочках", как и все изображения Будд — в которых легко увидеть уходящую ввысь небес энергетическую оболочку (души).

Два огромных и ужасных видом, и все же по-Тайски прекрасных защитника буддизма в царственной кольчуге воинов с палицами (или вложенными в ножны длинными мечами), с красным и зеленым лицами — подобными красочным маскам богов на юге Индии, стоят у одного из входов в длиннющую галерею, проходящую по периметру храмового комплекса. Эта галерея была построена в XVIII веке в царствование короля Рамы I и несколько раз реставрировалась. Исторически она изображает Тайский вариант "Рамаяны": "Рамакиен" — живописуя войну, которую Рама, король старой столицы Таиланда Аюттхаи, вел с Тотсаканом (Раваной), чтобы вернуть похищенную супругу Ситу. Потом, как сказано в буклете, который выдают при входе в храмовый комплекс, туда были добавлены другие эпизоды: как уже неизвестный в Индии волшебник Маяраб забирает спящего Раму с собой в подземный мир, или битвы брата и сына Тотсакана (Кумпакана и Индрацита), и других его родственников и союзников.

Только пройти по галерее заняло у нас около часа. И если какие-то сцены еще можно было сопоставить с индийской историей Ситы и Рамы, то другие события уходили явно за пределы истории — вторгаясь в область общемировой символики (если не современной психоаналитики: если пытаться постичь картины интуитивно). Проще говоря, фрески этой самой поразительной из буддийских храмовых галерей: несколько сотен картин — последовательно изображают разные стадии духовного процесса. Психоаналитику было бы где развернуться с их расшифровкой — да и я пожалела, что у меня нет видеокамеры, а фотоаппаратом зафиксировать столь длинную последовательность жизненной драмы и мирового творения просто нереально.

Действие ее происходит одновременно на разных планах: на земле и в небе, в царском дворце и пещерах отшельников, а то и водах океана. В этом духовном процессе задействованы царь и царица, которые меняют свой облик и функцию, одежду и возраст; их подданные-люди и поданные-обезьяны; другие животные: бык, лев, тигры и даже единорог; птицы и боги на небесах, летящие меж облаков или низвергающиеся вниз; войско на земле, выступающее в поход; люди-рыбы в море, несущие камни для земного строительства; и какие-то чудовищно огромные создания, которых даже сложно назвать богами.

По аналогии с индуизмом я могла бы сопоставить их с "великими формами" Вишну или Шивы (Бадринатх или Кедарнатх. А если проявить больше фантазии, их даже можно уподобить греческим титанам). На одной фреске такая великая форма божества, близкая обезьяноподобному Хануману, хвостом образовывала спираль творения, вращая ее в первозданных водах (аналогичный индийский образ — добывание напитка бессмертия: амриты, который Вишну отнял у асуров). В это время по земле отправлялась в путь золотая колесница царей, в предгорьях происходили одиночные сражения героев, а в темной синеве космоса над облаками пролетал небожитель, выражающий свою заинтересованность происходящим внизу и, вероятно, готовый помочь.

Другая фреска живописала великую и страшную форму божества, подобную индийской персонификации земли, времени и смерти Кали: с белыми клыками и охваченными буддийским золотыми языками огня огромными ушами, она восставала из океана, пожирая обезьяноподобное существо, которое билось в ее разинутой пасти. В поднятых ею волнах плавали акулы и кит, и другой титан на заднем плане ловил больших рыб. Соседняя картина изображала людей-рыб и людей-змей, достающих камни со дна океана и укрепляющих ими берег: им помогал слон, а из воды показывался дракон, которого усмирял "Хануман" уже обычного, человеческого размера, Будда-русалка наблюдала за этим, и над прибоем спокойных волн выпрыгивали из воды летучие рыбы.

Еще на одной фреске (одной из близких к началу, в то время как две предыдущие были ближе к середине) титаны вступали между собой в конфликт: вместо традиционного индийского танца бога и богини, гневная "великая форма" "Кали" с кинжалом в одной из своих восьми рук нападала на своего супруга "Кедарнатха", который прибирал к рукам целое войско народу. За этим действом наблюдал еще один титан, спрятавшись за скалой и явно отстранившись от чужих разборок. Зеленоликая царица (зеленый и синий цвета нередко присущи персонажам Рамаяны и в храмах Индии) на колеснице указывала на происходившее другим персонажам в коронах Будд. А ниже в храме, куполом которого изображалась голова четырехликого бога (подобного индийскому Брахме), женщина-Будда, сложившая руки в жесте поклонения Будде-мужчине, напротив, изображалась белой, а мужчина — зеленым (хотя со звериным обликом).

Во второй половине галереи есть и такие картины, где Будда-царица, лишенная всех украшений и принимающая облик отшельницы, уходит из крепостных стен города; и такие, где Будда-царь предстает в облике седовласого мудреца. Сцены, где участвуют только люди, легче сопоставить с традиционной историей Рамаяны.

А все остальные образы можно объяснить тем, что в буддийских пантеон вошло большое число богов, полубогов и других мифологических существ из мифологий всех окружающих народов. Многообразие мифологических образов в буддизме объясняется тем, что эта религия не отвергает их, но считает порождением человеческой психики — почему она и стыкуется с современной психологией.

Я описала четыре фрески — а теперь представьте, что их несколько сот. — И столь же бесконечное число стадий духовного процесса для памяти, которая не охватывает его. Уму человека обычно открывается лишь несколько сцен.

Девы-птицы на ступенях храмового комплекса блистали остроконечными буддийскими коронами. В них было что-то от греческих сирен и от нашей вещей птицы Сирин. И подобно им, они вещали верующим легенды о нирване, объясняя пути буддизма. Мы смотрели на фрески и на птиц, и я в духовном вдохновении вдруг подумала вслух, обратившись к Ясе: "Интересно, что воспринимает папа из того, что мы видим и чувствуем здесь?" Но дочка восприняла вполне конкретно мой риторический вопрос и ответила неожиданно мудро, откликнувшись моим мыслям и показав свою осведомленность: "Только Одиссей на мачте слышит пение сирен. У его команды уши залеплены воском."

Сам изумрудный Будда находится в алтаре храма, фотографировать который запрещено: видно, чтобы финансы туристов направлялись к продаваемым буклетам открыток (которые мне не очень понравились, как слишком банальные). Потому что во всех других Таиландских храмах фотографировать можно, и монахи сами предлагают это, стимулируя интерес иностранцев к своим духовным ценностям. А при входе в храм Изумрудного Будды даже обращают внимание на то, чтобы одежда была приличной (у женщин должны быть закрыты плечи и колени: то есть надо одеть что-то с рукавами и не слишком короткую юбку, в шортах и слишком открытых шлепанцах тоже могут не пустить). В другие буддийские храмы Таиланда иностранцам можно входить в каком угодно виде. Почему столь священен образ изумрудного Будды? Может, потому что зеленый — цвет самой жизни. Когда мы с Сияной вошли туда, храм уже скоро закрывался, и буддийский монах принес и положил ключи — внизу от алтаря.

Образ изумрудного Будды и его скульптура, сделанная из зеленого нефрита: отчего она слегка светится — пришли в Бангкок с гор: из Чианг Рая. Возможно, культура буддизма пришла в Таиланад с отрогов Тибета, хотя вид защитников несомненно демонстрирует южно-индийское влияние. Для истории Таиланда нефритовая статуя была обнаружена в 1434 году, перевезена в Лампанг, потом в Чианг Май — столицу северного Таиланда. Оттуда на 200 лет попала в Лаос, а командующий Тайской армией, который одержал победу над Лаосом и стал королем Рамой I, привез ее обратно. (Надо сказать, что тайцы и лаосцы — близко родственные народы, и их взаимоотношения, как и отношения их стран, вероятно, носят неформальный характер. Сегодня нет проблем получить визу из Таиланда в Лаос и обратно — чем путешественник может воспользоваться, если у него есть время.)

Изумрудный Будда сидит на троне в традиционном Тайском стиле из позолоченного резного дерева. Летом, зимой и в сезон дождей его укрывают разным одеянием: которое меняют три раза в год во время специальной церемонии, где участвует Тайский король. Летом статую покрывают золотые листья, в сезон дождей (буддийский пост) — оранжевое одеяние отшельника, зимой — более царственная, вышитая золотом мантия. Картины на стенах иллюстрируют сцены жизни Будды и другие эпизоды истории буддизма, а также буддийскую космологию и Тайские пословицы (последнее я прочла в буклете). Конечно я не смогла прочесть пословицы на стенах храма, но могу привести для интереса привести примеры Тайских пословиц: "Где есть вода, там есть и рыба", "Гром без дождя, как слово без дела" или: "Спасший человеческую жизнь сделал больше, чем тот, кто построил высокую пагоду" — последняя явно актуальна для этого народа строителей.

А для космологии буддизма характерно стремление умножить все элементы мироздания до бесконечности (энтропия — тоже черта знака Близнецов). Бесчисленное число миров группируется в мировые системы: которых больше, чем песка в реке. Каждый мир — плоский диск земли, он лежит на воде, та покоится в воздухе, а воздух в сияющем пространстве вакуума (акаша). В центре мира стоит огромная гора Меру, вокруг которой вращается Солнце, Луна и звезды. Ее окружают семь горных хребтов, отделенных друг от друга кольцевидными озерами. За ними — четыре континента в разных сторонах света. На юге жизнь — самая короткая, но только там рождаются Будды. А лучше всего жить на севере, где нет частной собственности, зерно созревает само и люди не работают (прямо как в советской России!). Кроме того, боги и живые существа живут в 20 сферах: 16 из них имеют форму, а 4 не имеют. Все они подчинены законам кармы. Боги могут оказывать какое-то влияние на ход событий в мире, но закон кармы сильнее их. Но Будды превосходят богов.

Есть и другие интересные мифологические образы. В пещерах горы Меру обитают асуры. И во владении асуров, управляющих земной энергией, растет дерево Читтапатали. Это объект раздора между богами и асурами, потому что из-за большой высоты дерева плоды его достаются только богам (силам света и мысли).

В южной части королевской резиденции расположено еще несколько дворцов, обращающих на себя внимание. Это прежде всего Дусит Маха Прасат, копирующий резиденцию королей в старой столице Аюттхае и использующийся для церемоний коронации. Другой — Чакри Маха Прасат, построенный на век позже Рамой V-м. Они похожи на храмы — белые, с вычурными треугольниками резных крыш и золотыми башенками куполов той формы, что присуща буддийским ступам. Внутрь не пускают: на входах стоят полицейские. Перед дворцом — деревца с круглыми шапками листвы (напоминает бансай, но не комнатного, а уличного размера). Последующие короли: Рама VI-й, Рама VII-й и Рама VIII-й также приложили руку к строительству дворцовых сооружений, но они уже не такие интересные. Лучшее, что построил Рама VIII-й — видный издали современный мост через реку, названный его именем. Ныне правит Рама IX-й.

ДРУГАЯ СТОРОНА РЕКИ: ХРАМ УТРЕННЕЙ ЗАРИ

Все это мы посмотрели в первый день пребывания в Бангкоке, и на день впечатлений нам хватило: мы вернулись на кораблике, как и приехали, перекусив по дороге мороженым, ананасами и поджаренными при нас булочками (в этом бойком туристском месте все стоило по 10 бат, в других бывало и за пять). За стеной дворца Тайские юноши наперебой предлагали открытки (за несусветную цену), а магазины на причале торговали сувенирами.

Я сперва думала было посетить заодно храм Утренней Зари, который расположен на другой стороне реки, чуть подальше королевской резиденции, но уже спускались сумерки. Все же мы сплавали на другую сторону прямо напротив храма Изумрудного Будды (паром ходил чуть не бесплатно) и посмотрели еще один храм: Ват Трапраятам. Наше внимание привлекли корзины и тазики по дороге к храму: в них лежали черепашки и змеи, и плавали разные рыбы. Одна из рыбок выпрыгнула на дорогу, я поймала ее и бросила обратно, завязав разговор с продавщицей. "Это едят?" — начала я от противного, чтобы тайцы меня хоть как-то поняли. Оказалось, что, конечно, нет: и рыб, и змей, и черепах, и лягушек просто покупают и отпускают обратно в воду — на счастье: даруя свободу всем земноводным созданиям ради нашей собственной, человеческой удачи. В Чианг Мае мы встречали птичек в клетках для той же цели.