— Что? Только минуту назад ты велел Саше уйти. Мы вернёмся, когда ты перестанешь быть такой ханжой, — язвительно говорит Роберт.
— Ты забыл, под чьей крышей вы живёте?
— Утром мы съедем, если это то, чего ты хочешь, — говорит Саша с примесью злости в словах.
— Это не то, что я имел в виду, — отвечает Алан, сбавляя обороты. — Просто вернитесь в столовую, мы можем обсудить это.
— Отец, я устала. Знаешь ли ты, сколько потребовалось силы воли, чтобы сегодня прийти сюда и сказать тебе то, что я сказала? А потом ты кричишь и разрушаешь все мои надежды. Я должна идти.
— Саша, — умоляет Алан.
Выражение её лица немного смягчается.
— Нет, папа. Я не могу сделать это. Ты отреагировал так, как ты это сделал, и я просто не могу быть рядом тобой прямо сейчас.
С этими словами она выходит за дверь. Алан хватает Роберта за руку, а другой рукой ерошит его волосы.
— Послушай, сын. Скажи ей, что я прошу прощения. Я просто... она должна была сказать это мне наедине, а не за ужином перед Мелани и всё такое.
Роберт быстро убирает руку.
— Это чертовски неважно, даже, если бы она объявила об этом пред чёртовой Палатой Общин, папа. То, как ты говорил с ней, было настолько отвратительно, что я не могу разрушить это даже для тебя. Ты думаешь, что все остальные — это проблема, мы не соответствуем твоим стандартам, когда на самом деле, проблема внутри тебя, и пока ты не научишься изменять свои нелепые взгляды, проблемы будут продолжаться.
Алан хлопает глазами на своего сына, округляя их. Возникает долгое молчание и, в конце концов, он изрекает, упав духом:
— Просто скажи ей, что я сожалею.
Роберт качает головой, как будто разочарованный.
— Да, я скажу ей, — его слова получаются резкими, и он уводит меня из дома.
Поездка домой на машине происходит в тишине. Я сижу на заднем сидении с Сашей, молчаливо держу её за руку и пытаюсь дать понять, что всё будет хорошо.
— Какого чёрта... — издает Роберт, когда мы подъезжаем к дому.
Я слежу за его пристальным взглядом на широко распахнутую входную дверь.
О, чёрт. Нас обокрали.
Этот день действительно не мог стать ещё хуже.
— Одна из вас забыла закрыть дверь, когда мы уезжали? — спрашивает Роберт с ложными надеждами.
Саша говорит:
— Нет, я точно помню, что запирала её.
Секунду или две мы обмениваемся взглядами и выходим из машины.
— Обе оставайтесь здесь и позвоните в полицию. Я проверю, находятся ли они внутри.
Я удерживаю его.
— Нет, ты не можешь идти туда. Что, если они вооружены?
Мы слышим шум падающей на пол мебели, доносящийся изнутри, и прежде чем я могу остановить его, Роберт бросается в дом. А Саша и я бежим за ним. Шум доносится сверху, и мы перескакиваем через ступеньку.
Поочередно просматривая каждую комнату, наконец, мы находим источник разгрома, который доносится из комнаты Роберта. Шум стекла, ударяющегося о стену и разлетающегося вдребезги, звучит у меня в ушах.