Аномальные истории: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Хорошо засосало! Он мне чуть днище не выломал, когда подпрыгнул, после освобождения. — Ну что? Пойдём за встречу по сто грамм.

Они давно не виделись, и отпущенное лётчиком количество

спиртного, заставило Фёдора Семёновича усомниться, в лимите.

— Пошли, конечно! — приятель не дал возможности другу, себя уговаривать, а немедленно проследовал, в указанном направлении.

История седьмая

Сон замполита

Вероятно, в связи с открывшимися обстоятельствами, Петру Васильевичу, в эту ночь, снился весёлый сон. Прямо посередине болот, в камышах, сиротливо примостилась атомная подводная лодка, вытесняя собой вонючую жижу и заслоняя видимый обзор. Длину она имела около ста семидесяти метров, и более одиннадцати метров ширину. Парадный трап, с умопомрачительными фонарями по бокам, заменяли несколько досок, брошенных одна на другую и ведущих из болота на борт лодки. Перила временно отсутствовали, зато имелась в наличии болотная жижа, смягчающая удар при падении и обилие тростника, чтобы не чувствовать себя одиноким, лёжа в луже. «Представь себя крокодилом, лежащим в засаде», — такой плакатик встречал каждый свалившийся с импровизированного трапа в правую сторону. Если пострадавший падал по левому борту, то его встречала другая надпись на фанере: «Не уподобляйся бегемоту: жёсткий тростник — плохая закуска».

Горовенко прошёл по скользким, от болотного ила, доскам и вышел на верхнюю палубу подводного ракетоносца. Едва не свалившись за борт, он подумал о том, что необходимо, перед входом поставить очиститель обуви, а не то, и трезвым не проскользнёшь, без происшествий. Столики летнего кафе, размещённые над ракетным отсеком, служили местом времяпровождения, в основном, романтиков. Над каждым люком — столик. Романтическое кафе на двадцать четыре стола, и соответственно, на девяносто шесть посадочных мест. Тенты-зонтики, размещённые над ними, защищали от солнечных лучей, создавая прохладу и оберегая мороженое, от преждевременного таяния. Мороженое, в ассортименте: ванильное, клубничное, земляничное — разве что, банного нет. С вареньем, с шоколадом, с яблочным сиропом — только макароны не входят, в список добавок. Для гурманов — с самогоном. Привередливые клиенты пользуются компонентами ракетного топлива, а в частности, гидразином. С верхней палубы открывался умопомрачительный вид на болота, сплошь заросшие тростником и рогозом, по краям водных проплешин. Запах топи соответствовал обстановке, внося неповторимые ароматы, в нагрузку к мороженому.

Монтаж неоновой вывески, затянулся на неопределённое время, а пока, её заменяла корявая надпись краской, сделанная на ходовой рубке и гласящая «Гигатонна». Наверху надстройки разместился телескоп, посмотреть в который, любопытствующих, по ночам, пускал начальник гаража. За плату, естественно. «Что-то мне подлодка, контурами напоминает «Огайо». Почему в русском флоте не нашлось собственного проекта, который можно выделить для дислокации в болоте? Откуда она вообще здесь взялась?» — подумал замполит. Ответа на эти вопросы не было, и Горовенко продолжил обход вверенной территории, которую он так любовно обихаживал, вот уже третий месяц.

Проходя через переборку надстройки, он обратил внимание на ржавчину, тут и там, проедавшую казённое имущество. Спустившись в центральный пост, Пётр Васильевич прямиком оказался в казино. Зелёное сукно рулетки будоражило воображение, в котором проплывали баснословно выигранные суммы, а на деле, как правило, всё выглядело иначе. «Однорукие бандиты» блестели ровными рядами, стоя, как на параде и дожидаясь своих постоянных клиентов. Любимчики появляться не торопились, ещё не оправившись после прошедшей ночи, за которую проиграли половину зарплаты. Навстречу ему вышел Головин, и с ходу огорошил:

— Финансист, прошлым вечером, просадил в рулетку всю кассу части. Как деньги делить будем?

— Ну и Шныга! — удивился зам. — Действительно — как деньги раскидывать? Вроде бы, вся сумма принадлежит воинской части…

Дальнейший обход, отцы-командиры проделали вместе, не спеша осматривая обживаемое хозяйство, которым они уже владели, на законных основаниях и благодаря ошибке генштаба.

— Что за ерунда, Пётр Васильевич? — негодующе воскликнул Головин. — Все надписи на английском языке! Это что — экспортный вариант постройки?

— Скорее импортный, — вяло отозвался замполит, с натугой пытаясь перевести поясняющие надписи, под узлами и агрегатами.

Медленно перемещаясь по коридору, в сторону кормовой части корабля, они вышли к навигационному посту, в котором, на удивление командира, кто-то работал. Со скрипом отворилась переборка, и взору вошедших, предстал начальник гаража, который успевал повсюду: и с астрономами торговаться, и за навигацией следить.

— Мыкола Тарасович! — ошарашено спросил командир. — А ты что здесь делаешь? Мы же никуда не едем…

— Да вы что, Фёдор Семёнович! — прапорщик, от неожиданности, аж подпрыгнул на месте. — Навигационный пост следит за тем, чтобы, после передачи данных со сферической антенны ГАК, потенциальный клиент никуда не сворачивал, а прямиком направлялся в казино. После освобождения его карманов, пост должен обеспечить благополучное возвращение игрока домой, или, во всяком случае, подальше от заведения.

— Ого! — восхитился Головин, под одобряющее кивание замполита.

— А то! — удовлетворённо подтвердил Карась, правдивость своих слов. — Без этого никак — тут всё поставлено на широкую ногу.

Совсем рядом находился центр управления ракетной стрельбой, под кодовым обозначением м 118. Пост был полностью автоматизирован и следил за созреванием напитка в ракетной шахте. Через компьютерные системы направлялись команды, обеспечивающие правильное внесение доз плутония или урана, в резервуары созревающего первача, которые, собой заменили ракеты Трайдент. Пульт автоматического управления мигал разноцветными лампочками: синими, жёлтыми, и иногда, подмигивал красным светом, говорящим о том, что в процессе что-то, не совсем, ладно. Поспешив по центральному проходу в сторону ракетного отсека, зам с кэпом столкнулись с Анютиным. Старлей был, чем-то, явно озабочен

и чуть не проскочил мимо инспекторов, так что пришлось его остановить.

— Что случилось, Сергей? — спросил Головин.

— Кто-то перенастроил пульт управления, чтобы ускорить созревание, но от двойных доз урана, поступающих от боеголовок, вот-вот может возникнуть цепная реакция!

Прошмыгнув, между отцов-командиров в пост управления, снабженцу удалось предотвратить несанкционированные действия, заложенные диверсантом.

— Я начинаю догадываться! — просветил он начальников. — Старослужащие, вероятно, отпили или отлили солидную дозу спиртного, из топливного отсека ракеты и наполнили недостачу водой, а чтобы незаметной осталась подмена — усилили подачу катализатора. Чуть на воздух на взлетели! На прошлой неделе, в одном из резервуаров, обнаружили резиновые изделия, жутко похожие на воздушные шарики и залитые водой. Опять, половину объёма унесли. Тут нужен глаз, да глаз!

— Завтра же установим камеры слежения! — заверил снабженца замполит. — Ворюга будет пойман.

— Насколько я понимаю, — вмешался Головин, — разбираться придётся со всем экипажем?

— Всех ворюг, заставим сыграть в рулетку! — решительно высказал свою точку зрения Горовенко. — Сколько раз, зависит от тяжести вины и вынесенного продукта.

Вернувшись в ракетный отсек, они начали осматривать шахты. Самодельный коньяк содержался строго по номерам выдержки, залитый вместо ракетного топлива. Боеголовка вносила в процесс созревания пикантную нотку, заодно ускоряя его. Подивившись народной смекалке и северному сиянию, ореолом окружающего каждую ракету, Головин высказал сомнение, по поводу этого свечения:

— А что, Пётр Васильевич, этот оптический эффект не вызовет меряченья, как на северном полюсе, когда люди, как зомби, уходят в бесконечность полярных льдов?