Санобар боязливо встрепенулась.
- Вай, умереть мне лучше! Что вы говорите, Алиджан-ака? Отец умрёт, но не согласится на такое. Свою единственную дочь... Нет, ваши подозрения напрасны.
Алиджан, словно не слыша её, продолжал:
- Я знаю вашего отца. Как ни суров он с виду, а с шейхами всегда мягок и уступчив. Особенно с шейхом Исмаилом. Он во всём покорен ему.
- Так что же вы советуете? Говорите же! - нетерпеливо дёрнула плечиком Санобар.
- Есть один выход - бежать! - решительно произнёс Алиджан.
- Ну, предположим, мы убежим... Куда? Как будем жить? Где? Может получиться, что без родного дома головы негде будет преклонить. Как говорится, до неба далеко, а в сырой земле нелегко... Вы думали об этом?
- Амантай сказал мне, - приободрился Алиджан, - что сейчас бедняк дехканин нигде не пропадёт, власти везде с ним считаются.
- Куда же мы поедем?
- Да в город же! До Ферганы два шага! Потом уедем в Самарканд или в Ташкент. Сейчас не старые времена. Где бы мы ни были, Советская власть не допустит, чтобы мы очутились на улице. Я пойду на завод...
У Санобар заблестели глаза.
- А я что буду делать?
- Что захочешь! Ты сможешь учиться, например, на врача.
- Я не хочу быть врачом!.. - Санобар гордо подняла голову и отвернулась. - Я буду учиться петь. Я хочу петь песни в театре.
- В театре? - с явным неодобрением переспросил Алиджан. - Если вы будете петь в театре, сотни мужских глаз будут смотреть на вас. И вам станет стыдно. А что скажет ваш отец?
- Вы не очень-то задавайтесь, что всё знаете про театр. Я вижу, вы уже сейчас злитесь и ревнуете... Разве я одна выйду на сцену? Рядом со мной будут и другие певицы...
- Но всё-таки было бы неплохо, если бы вы стали врачом или учительницей. Амантай говорит...
- Ваш Амантай сказал своей Мехри, что после свадьбы она может бросить паранджу и учиться там, где ей захочется...
Алиджан, конечно, понимал, что Санобар всего лишь шутит.
И тем не менее, сделав виноватый вид, сказал:
- Да нет же, что вы! Разве я против того, чтобы вы учились петь песни в театре? Я верю, что у вас это получится.
А Санобар вся эта игра нужна была, наверное, для того, чтобы почувствовать себя свободной и взрослой. Она как-то необычно взглянула на Алиджана, и тот, осмелев, снова взял её руку, несмело притянул к себе и, волнуясь, прошептал:
- Согласна? Поедешь со мной?
- Когда?
Впрочем, ей уже не нужен был ответ. Она положила голову на грудь Алиджана и закрыла глаза.
- После возвращения из Самарканда Ташпулат всё узнает: где можно учиться, где работать... У него, оказывается, и в Ташкенте есть знакомые.
Санобар молчала.
- Я хочу доверить тебе одну тайну, - шёпотом сказал Алиджан.
Санобар, насторожившись, с любопытством посмотрела на него.
- Ташпулат-ака многое видел и пережил, он рассказывал мне кое-что, а я записывал в его тетрадь. Он увёз её с собой, чтобы раскрыть перед властями тайны шейха Исмаила...