Ведь ни один же волос не упал с головы тех, кто поджёг гробницу!
Надо освободить людей от этой боязни.
Надо показать им, что можно не бояться шейхов.
Надо разрушить стену страха.
Утром Хамзу разбудила Зульфизар.
- К вам пришли...
Хамза вышел во двор. Около калитки стоял Алчинбек Назири.
Несколько мгновений молча смотрели они друг на друга, и тысячи молний пролетели в эти секунды между ними.
- Вы можете, конечно, не пускать меня в свой дом, - торопливо заговорил Алчинбек, - но от разговора, ради которого я пришёл, зависит очень многое...
- Я слушаю.
- Хотелось бы, чтобы разговор проходил без свидетелей.
- У меня в доме нет лишних ушей.
- И всё-таки...
Хамза повернулся и пошёл в сад. Дойдя до супы - деревянного настила, сел на край. Алчинбек устроился напротив.
И опять наступило молчание. Хамза смотрел мимо неожиданного гостя. Алчинбек сидел, опустив голову.
- Эта минута, - сказал наконец Алчинбек, - печальный итог наших отношений, начавшихся почти тридцать лет назад.
У Хамзы дёрнулась рука.
- Какой у вас разговор ко мне?
- Вы хотите поехать в Шахимардан...
- Хочу.
- Не делайте этого.
- Почему?
- Зная ваш характер и вашу вспыльчивость...
- Послушайте, товарищ Назири, вы пришли сюда воспитывать меня?
- Я пришёл сюда, Хамзахон...
- Не называйте меня так!
- А как же называть вас?
- По фамилии.
- Хорошо... Так вот, товарищ Ниязи, я пришёл сюда не для того, чтобы воспитывать вас, а для того, чтобы удержать от опрометчивого шага.
- Вы считаете его опрометчивым только потому, что сами хотите сделать то же самое?