— Уроки выучил?
Петя пробурчал:
— Выучил…
— А где ты вечером был! Опять на дворе?
Петя вскочил, как будто бы его дернуло электрическим током. «Хотел в семь встать. Дурак, осел! Проспал!..»
Как только мать вышла из комнаты, Петя сунул под подушку руку и вытащил учебник немецкого языка.
«Двусложные существительные женского рода, женского рода, — твердил он, одеваясь, — имеют во множественном числе окончание n или en: Die Klasse — die Klassen…. Die Klasse — die Klassen….
«А еще глаголы!» На сердце у Пети стало беспокойно. Он ничего не знал.
Вчера, возвращаясь от Саши, у ворот дома он столкнулся с компанией мальчишек, приятелей по двору. Мальчишки были старше Пети. И Пете льстило, что они почти взрослые, а его не гонят прочь, как мелюзгу.
Здесь же болтался и Гаврин. Гаврин жил в том же доме, где и Петя.
Вскоре компания отправилась «развлекаться» к телефону-автомату в булочную на угол. Денег на переговоры не требовалось, так как мальчишки знали особый секретный способ обходиться и без них. Мальчишка, по прозвищу «Рыжий конь», раз пять набирал один и тот же номер телефона и передавал трубку Пете. А Петя, так как голос у него еще был тонкий, похожий на девчонкин, спрашивал:
— Можно к телефону Зину?
Когда сердитый мужской голос отвечал:
— Зина больна. Я же вам говорил. Кто ее просит?
Петя, хихикая, пищал:
— Ее подруга, Матрена Пупсикова, — и вешал трубку.
Мальчишки глупо смеялись и хвалили Петю.
Наконец, Гаврин предложил позвонить старушке из их дома.
— Квартира двенадцать? — пробасил он. — Телефон работает? Сейчас будут чинить линию. Пожалуйста, замотайте ваш аппарат мокрой тряпкой. Необходимо для ремонта. Иначе не отвечаем за последствия.
Кончилось тем, что кассирша булочной позвала заведующего и вывела всю «компанию» на улицу.
Вечер же для немецкого языка был потерян.
— До звонка пятнадцать, — считал Петя, — потом перемена. Еще пять. Всего двадцать. Может, успею…
У больничного сада Петя нагнал Аню Смирнову и Несвижского. Толстые и краснощекие, они удивительно подходили друг к другу.
— Что это ты летишь, как настеганный? — добродушно спросила Аня Смирнова.
— Надо — и лечу! — буркнул Петя. — Опять дразниться собираешься?
— Чего распетушился! Наверно, немецкий не выучил!
— А тебе какое дело?
— Не думаешь ли ты и сегодня кошачий концерт Анне Федоровне устроить. Эх, ты, заслуженный артист республики! — Аня презрительно передернула плечами.
Немедленно Несвижский подлил масла в огонь.
— Печковский местного значенья!