Ян даже не пытался скрыть досаду. Но делать нечего — приказано отловить, значит, это нужно. Поэтому он выбрал скамейку в тени, уселся там, даже не сделав вид, что читает, и стал пристально смотреть на школу. Мысли текли вяло, неторопливо. Он уже убедился, что в этой школе достаточно усиленная охрана, и если что случится, с зомби справятся и без него, и безо всякой «Третьей стражи».
«Наверное, им просто не хочется огласки, — лениво подумал Ян, вспоминая последний разговор с Рэкки. — Уж им-то должно быть ясно, что покойники — не самые опасные твари…»
Его мысли возвратились к вампирше. Вот эта и в самом деле могла быть очень опасной — если бы того захотела. Но ею «стражники» занялись только что — и, кажется, без всяких шансов на успех.
Ян задумался, не слишком внимательно поглядывая на вход в школу, и даже не заметил какое-то движение справа от себя.
— Молодой человек, — услышал он рядом мужской голос, — вы не очень заняты? Документы — при вас?
Ян встрепенулся. Около скамейки стоял милиционер, его напарник был метрах в пяти, держа на поводке собаку, очень нехорошо покосившуюся на Яна.
Впрочем, собака не была серьезной проблемой — руководить разумом животных Ян мог без труда. Да и затаиться от людей ему было совсем нетрудно — просто сейчас он как-то расслабился.
С документами у Яна было все в порядке, причем еще до начала службы в «Страже». Как же хорошему контрабандисту — да без кучи паспортов и всяческих бумажек, принятых в текущей реальности?! Поэтому он спокойно вынул из кармана куртки паспорт — нового образца, естественно, даже с пропиской — и протянул милиционеру.
Тот внимательно посмотрел на фотографию, перелистнул несколько страниц и, как бы в раздумье, вернул Яну.
— Что-то случилось? — спросил тот.
Милиционер замялся, посмотрел на своего товарища, потом нехотя сказал:
— Да. Вы же не очень заняты, я вижу?
— Да, отдыхал вот… — пожал плечами Ян.
— Да бери его, бери кого угодно… — раздраженно произнес тот милиционер, что был с собакой. — Чем быстрей…
— Нам понятые нужны. Тут… — проверявший паспорт милиционер снова замялся, видно, он был еще достаточно молод, чтобы привыкнуть к будням своей работы. — Тут… убийство, в общем. Крови не боитесь?
Вот уж чего Ян совершенно не боялся, так это вида крови.
Опасался он другого — оставить свой пост. А вдруг именно в этот момент сюда пожалует живая покойница?! Конечно, много натворить она не успеет — ну, поставит на уши охрану, перепугает нескольких слабонервных детишек — только и всего. Зато что потом скажет Рэкки о его, Яна, работе, — об этом было лучше не думать вообще. Ян предпочел бы встретиться с двумя дюжинами разъяренных зомби.
Но, с другом стороны, отказаться — это потерять удобное место для наблюдения. Да еще и подозревать начнут… Только того не хватало! А ведь слышал, слышал, как к соседнему дому, за площадкой полуразвалившегося школьного стадиона, подъехала милицейская машина. Мог бы и меры принять, отвести глаза. Нет же, совсем расслабился. Все-таки служба портит контрабандиста!
— Да, хорошо, — согласился Ян, окончательно поднимаясь со скамейки.
— Совсем не хорошо, — пробормотал милиционер.
— Кого убили-то? — поинтересовался Ян.
— Женщину. В подъезде, — ответили ему.
Ян старательно делал вид, что держится подальше от собаки. Та реагировала на него спокойно, но афишировать свои способности сейчас было совершенно не нужно.
Они подошли к трехэтажному кирпичному дому, чьи серые стены стали черными (столь же черной была и школа, и даже Ян, который свои «школы» и «университеты» прошел совсем иначе, думал, что это здание идеально смотрелось бы в качестве тюрьмы).
Около подъезда уже собрался народ, какая-то пенсионерка возмущалась, что не может подняться по перекрытой лестнице.
— И ни в какие там понятые не пойду! Вам преступников надо ловить, а вы чем тут занимаетесь? — наседала она на охранявшего подъезд сержанта.
— Вот сейчас составим протокол, закончим работу — тогда и проходите, — сержант был непреклонен.
— Какую такую работу?!
— А такую! Вам мимо мертвеца ходить будет приятно?!
Бабка растерянно замолчала.