— Вы, женщины, иногда просто непроходимые дуры!
ГЛАВА ШЕСТАЯ
МИРЕЛЬ
Дерек Кеттеринг так стремительно вышел из номера Ван Алдена, что едва не столкнулся с дамой, шедшей по коридору. Он попросил прощения, и дама, с улыбкой приняв его извинения, прошла дальше, совершенно машинально Кеттеринг отметил ее спокойную манеру держаться, а кроме, того прекрасные серые глаза на миловидном лице.
Несмотря на кажущееся безразличие, Дерек был очень обеспокоен разговором с тестем. Он позавтракал в одиночестве, и все еще слегка озабоченный, поехал на роскошную квартиру, в которой жила балерина по имени Мирель. Нарядная, аккуратная служанка-француженка с улыбкой проводила его в гостиную.
— Входите, месье. Мадам сейчас отдыхает.
Кеттеринг прошел в хорошо знакомую комнату, обставленную в восточном стиле. Мирель возлежала на диване, обложенная бесчисленными подушечками различных оттенков янтарного цвета, который гармонировал с желто-охристым цветом ее лица. Балерина была красиво сложенной женщиной, с лицом, имевшим причудливое очарование. Она приветливо улыбнулась Дереку Кеттерингу.
Он поцеловал ее и упал в кресло.
— Ну, и что ты поделываешь? Наверное, только что встала?
Ее оранжевые губы растянулись в деланной улыбке.
— Нет, — ответила балерина, — я работала…
Она махнула длинной бледной рукой в сторону пианино, на пюпитре были разложены ноты.
— У меня был Амбруаз и он играл мне новую оперу.
Кеттеринг кивнул, не обратив внимания на ее слова. Его не интересовали ни Клод Амбруаз, ни новейшая сценическая постановка «Пер Гюнта» Ибсена. Впрочем, Мирель это тоже интересовало только постольку, поскольку давало ей уникальную возможность сыграть Анитру.
— Изумительный танец! — проворковала она с восторгом. — Я вложу в него всю свою страсть и буду танцевать, вся обвешанная драгоценностями — а, кстати, mon ami, вчера на Бонд Стрит я видела такую жемчужину — черную…
Она умолкла, вопросительно посмотрев на него.
— Девочка моя, — сказал Кеттеринг, — сейчас со мной лучше не говорить о черном жемчуге, ах, радость моя, я на мели.
Она тотчас отреагировала на его тон: села и широко раскрыла глаза.
— Что ты говоришь, Дерек? Что случилось?
— Мой уважаемый тесть, — ответил Кеттеринг, — готовится вышибить из меня дух.
— Не может быть!
— Да, он хочет, чтобы Руфь развелась со мной.
— Как глупо, — сказала Мирель, — и зачем же, позволь узнать?
Дерек Кеттеринг ухмыльнулся.
— Не зачем, а из-за кого?
Мирель пожала плечами.
— Господи, как глупо, — сказала она.
— Очень глупо, — согласился Дерек.
— И что теперь делать? — спросила Мирель.
— Девочка, что можно сделать? С одной стороны, человек с неограниченными средствами, с другой — с неограниченными долгами. Вопрос, кто одержит верх, можно не ставить.
— Американцы такие странные, — сказала Мирель. — Ведь она даже не любит тебя.