— Я не знаю, — снова ответила Руфь Кеттеринг.
Ван Алден нахмурился и сел.
— Послушай, Руфь, я не хочу лезть в это дело с завязанными глазами. Я не вполне уверен, что твой муж не собирается устроить неприятности — сейчас он этого сделать не может, потому что у меня есть средства нажать на него и заставить замолчать, но я должен знать, есть ли необходимость использовать эти средства. Итак, что он имел в виду, когда говорил о твоих друзьях?
Миссис Кеттеринг пожала плечами.
— У меня много друзей, — неуверенно ответила она, — откуда я знаю, кого он имел в виду.
— Знаешь, — сказал Ван Алден.
Сейчас он говорил с ней так, как говорил бы с партнером по бизнесу.
— Хорошо, я упрощу вопрос: кто этот мужчина?
— Мужчина?
— Да, мужчина. Мужчина, на которого намекал Дерек. Какой-то мужчина, который является твоим другом. Не волнуйся, дорогая, я не собираюсь тебя упрекать, но я должен знать все, чтобы на суде не выплыло что-нибудь — ты же знаешь, Дерек может попытаться опорочить тебя. Я хочу знать, кто этот мужчина, и насколько вы с ним близки.
Руфь не ответила, она так сильно стиснула руки, что побелели суставы.
— Ну же, дорогая, — сказал Ван Алден мягче, — не надо бояться своего папы. Я никогда не был чересчур строгим, даже тогда, в Париже… Стоп!
Он остановился, потрясенный.
— Так вот, кто это был, — пробормотал он про себя. — Мне сразу показалось знакомым его лицо.
— О ком ты говоришь, папа, я не понимаю.
Миллионер решительно подошел к дочери и взял ее за руку.
— Послушай, Руфь, ты опять с ним встречаешься?
— С кем?
— С этим типом, который доставил нам столько хлопот десять лет назад. Ты прекрасно знаешь, о ком я говорю.
— Ты имеешь в виду… — она запнулась, — графа де ля Рош?
— Граф де ля Рош, — фыркнул Ван Алден. — Я тебе еще тогда сказал, что он просто мошенник. Ты крепко запуталась в сетях, но я спас тебя.
— Да, — горько сказала Руфь, — и я вышла за Дерека Кеттеринга.
— Ты сама хотела, — резко ответил миллионер.
Она пожала плечами.
— А теперь, — медленно продолжал Ван Алден, — ты снова с ним близка — после всего, что я тебе говорил! Он и сегодня был у тебя — я с ним встретился, хотя сначала и не узнал.
Руфь Кеттеринг уже снова взяла себя в руки.
— Я хочу сказать тебе одну вещь, папа: ты ошибаешься в Армане — в графе де ля Рош, я хотела сказать. О, я знаю, в молодости он попадал в какие-то неприятные истории — он мне о них рассказывал, но ведь он всегда любил меня. Когда ты разлучил нас в Париже — это разбило его сердце, а теперь…
Отец в гневе прервал ее:
— А теперь ты, моя дочь, развесила уши и веришь ему! О Боже!
Он всплеснул руками.