— Вот последние сопроводительные росписи из Дома ожиданий Билда. — Нет ни одного похожего имени
Начальник быстро пробежал глазами ровные ряды записей.
— Действительно, — вскинул брови писец.
— Прости мою дерзость, уважаемый господин, — заговорил на тонганский манер Алекс. — Но не могла ли запись как-нибудь затеряться?
Небптах возмущенно фыркнул.
— Ты ничего не понимаешь, чужак!
— Конечно, — легко согласился юноша. — Но только боги не ошибаются.
Писец крякнул и взглянул на помощника.
— Я посмотрю поименные записи, — проговорил тот. — Но это займет некоторое время.
— Не буду вам мешать, господа, — Александр поклонился и направился на знакомую скамейку, чтобы прийти в себя и собраться с мыслями.
Он почему-то не сомневался, что Айри нет в каменоломнях, и её отправили в другое место. Но куда, и, главное, кто его обманул? Юноша сел, опираясь спиной о глиняную стену Дома камня. Неужели Мерисид? И зачем ей это нужно? Неужели из-за ревности? Но бывшая танцовщица производила впечатление здравомыслящей женщины. Уж она-то должна понимать, что если Алекс обнаружит ложь, то первой заподозрит именно её. И откуда Мерисид могла знать, что он отправится в Уразские каменоломни? Юноша сам решил это в последнюю минуту. Неужели эта женщина смогла так легко его просчитать?
Александр сжал пальцы так, что хрустнули суставы. Выдохнув, он немного успокоился. «Но почему я решил, что соврала именно Мерисид? — подумал он. — Тут дело темное. Надо вернуться и непременно все выяснить».
— Я очень не люблю, когда мне лгут, — тихо проговорил юноша с угрозой в голосе.
День приближался к середине, все сильнее хотелось пить, но он терпеливо ждал. К нему несколько раз подходил караульный солдат, пытаясь завести разговор. Но юноша отвечал так коротко и односложно, что тот, надувшись, уходил во двор Дома людей, где очевидно находил более интересных собеседников. Жажда стала нестерпимой, когда прибежал слуга и попросил его подойти к господину Небптаху.
— На Уразских каменоломнях нет Анукрис из Абидоса, — сурово сказал писец. — Ты обманул нас, чужак!
— Видят боги, я этого не хотел, — извинился Алекс. — Та женщина, что ввела меня в заблуждение, будет наказана. Простите, господа, что занял ваше драгоценное время.
Он встал и поклонился.
— Пусть боги вознаградят вас за доброту и терпение, господин Небптах. А у меня осталось к вам только одно дело.
— Что еще? — нахмурился писец.
— Господин Фуубис говорил о послании к господину Сетиеру?
— Тебе его принесут, — буркнул Небптах, отворачиваясь.
Александр поклонился в последний раз и покинул двор Дома камня.
Вернувшись в усадьбу, он первым делом напился холодной и удивительно вкусной воды из колодца, а потом отправился искать старшую служанку. Но неожиданно наткнулся на Туптаха.
— Ты куда направляешься? — спросил юноша, глядя на кислую физиономию толстяка.
— Молодой господин хочет сходить на гору! — чуть не плача ответил тот. — Не сидится ему дома!
— Сопровождать его — твой долг, — ханжески вздохнул Алекс и поинтересовался. — Ты Матасену не видел?
— На птичнике, — буркнул недовольный слуга. — Иди вон по той дорожке мимо гранатовых деревьев.
На огромном участке, окруженном высоким плетнем, разместилось большое количество водоплавающих пернатых. В середине на высоком столбе красовалась статуэтка какого-то бога с утиным клювом. Важные бело-серые гуси и коричневатые с ярко-синими перьями утки купались в небольшом пруду и толклись у долбленных колод с кормом.
Старшая служанка что-то гневно выговаривала двум женщинам с натруженными руками. Одна из них робко оправдывалась.
Матасена гневно топнула босой ногой, разбрызгивая жирную грязь. Юноша встал в сторонке, терпеливо дожидаясь окончания разноса.