Выслушав объяснение, Алекс понимающе хмыкнул и, закутавшись в одеяло, задремал, положив под голову сумку. Толстяк несколько раз куда-то вставал. Возможно, ходил на кухонный двор, пытаясь добыть что-нибудь вкусненькое? Или же просто приспичило в туалет? Так или иначе, ничего съедобного он собой не приносил и, ворча, вновь укладывался на покрытые циновками доски подиума.
Пир у старшего писца Уразских каменоломен получился на славу! Первые измученные слуги появились в доме только под утро.
Сквозь дрему Александр слышал негромкие разговоры, плеск воды у колодца и усталое довольное ворчание добравшихся до постели.
Но долго отдыхать им никто не дал. Юноша проснулся от громких шагов. В предрассветных сумерках, струившихся в открытую дверь, он увидел старшую служанку в длинном платье, парике, с покрасневшими от недосыпания глазами и с длинной тонкой палкой в руке.
Громко шлепая ногами по глиняному полу, она подошла к спящим служанкам и бесцеремонно стащила с двух крайних одеяла.
— Госпожа Матасена! — взмолилась одна из них. — Еще немножечко, госпожа!
— Вставайте, лежебоки! — топнула ножкой женщина. — Пора готовить ванну господину!
— Ну, пожалуйста! — захныкала служанка. — Мы же только что легли!
— Поднимайся, беременная корова! — начальница с силой ударила палкой по голым ягодицам девушки. — Это у господ праздник, а не у нас!
Взвизгнув, та вскочила, хлопая сонными глазами. Вторая не заставила поднимать себя столь радикальным способом, и с трудом сев на кровати, зевнула во весь рот, выгнувшись, как недовольная кошка.
— Поторапливайтесь! — прикрикнула Матасена.
Служанки, пошатываясь, вышли умываться.
Алекс усмехнулся.
— Строго ты с ними, госпожа.
Старшая служанка нахмурила подведенные брови. Но вид у юноши казался таким спокойным и благожелательным, что женщина немного смягчилась.
— Это мой долг, — сказала она, строго поджав темно-красные губы.
Вошли мокрые девчонки и, заметив приподнявшегося на локте Александра, хихикая, стали одеваться. Кроме привычных юбок каждая надела что-то вроде короткого, расшитого бисером топика, еле прикрывавшего грудь.
«Странно, — отметил про себя Александр. — Такая мода мне здесь еще не встречалась».
Служанки стрельнули ему глазками и выскочили из дома, поправляя дешевые парички, а их начальница подошла к той части подиума, где спали семейные, и, отодвинув циновку, похлопала по ноге какого-то мужчину.
— Уже утро? — раздался недовольный голос.
— Да, — с видимым сожалением подтвердила старшая служанка. — Скоро рассвет.
— Что приготовить на завтрак? — спросил мужчина, спуская ноги с подиума.
— Подогрей мясо, сделай салат, — чуть помедлив, ответила Матасена. — Нарежь яблок.
Услышав разговор о еде, Туптах отбросил в сторону одеяло и сел, оглядываясь вокруг осоловелыми глазами.
— Мудрая и прекраснейшая госпожа, — промурлыкал он тоном кота Матроскина. — Нельзя ли нам с моим другом, будущим слугой нашего господина, позавтракать чем-нибудь вкусненьким?
Старшая служанка фыркнула и оценивающе оглядела Алекса, поднявшегося с постели. В усталых глазах женщины вспыхнул и тут же погас плотоядный огонек.
— Ты будешь служить господину Фуубису? — спросила она, поигрывая палкой.
— Да, — кивнул юноша, запахивая юбку. — После того, как мой нынешний господин освободит меня от клятвы.
— Хочешь вкусненького? — вдруг обратилась Матасена к толстяку. — Пойдем за мной на кухонный двор!
С этими словами она резко развернулась, едва не столкнувшись с мокрым поваром. Туптах резво соскочил с подиума и побежал за ней, на ходу одевая юбку.