Опасаясь, что он вновь пустит в ход кулаки, Анукрис проворно встала и отскочила в сторону.
— Хорошо, хорошо! Как хочешь. Твой… родственник!
— Опять!!! — он попытался дотянуться до супруги, но та ловко увернулась.
— Не родственник! — крикнула она, спрятавшись за колонну. — Просто сосед! И так не нравится? Да зови ты, как хочешь!
Подтвердив свое доминирующее положение, Небраа поправил юбку, сползавшую с круглого живота, и приказал подавать ужин.
Вареная с травами молодая говядина таяла во рту. Анукрис скромно обсасывала ребрышки, искоса поглядывая на мужа. Какое-то время тот насыщался молча, запивая еду огромным количеством пива. Постепенно мужчина пришел в благодушное настроение, и его захмелевшая душа срочно потребовала общения.
— Первый пророк сам пригласил меня на праздник! Понимаешь, как он меня ценит?
— Понимаю, — отмахнулась супруга, продолжая гадать: «Куда же могла деться Мерисид?»
— Ничего ты не понимаешь! — Небраа знаком потребовал еще пива. — Он даже не упрекнул меня бр… Этим убийцей!
Внезапно его мысль вновь сделала причудливый зигзаг.
— Там были только жрецы с женами и я! Единственный из писцов! Теперь ты поняла, какую честь оказал мне господин Сетиер!
— Очень большую, — охотно согласилась Анукрис, не желая спорить с пьяницей.
— Да что ты можешь знать, дура! — Небраа пьяно махнул рукой. — С тобой в приличной компании и показаться то стыдно.
Молодая женщина до боли сжала кулаки. Прислуживавшая за столом Самхия с тревогой смотрела на госпожу, щеки которой покраснели, а в глазах горела ненависть. Анукрис выдохнула и сама налила себе пива.
— А где Мерисид? — вдруг вытаращил маленькие красные глазки Небраа. — Я желаю сегодня спать с ней!
И он игриво засмеялся.
— Где у нас красавица Мерисисд? Твой господин тебя жлалает!
«У тебя и у трезвого то «жлалание» не велико, — брезгливо подумала Анукрис. — Зачем она тебе пьяному?»
А вслух мягко сказала, стараясь успокоить разбушевавшегося супруга:
— Скоро придет.
Не тут то было!
— Где моя милая Мерисид! — во весь голос заорал Небраа, делая попытку встать со стула. — Где радость моих…
Он мокро плюхнулся ягодицами на жалобно треснувший стул и посмотрел на жену. Зрачки у него стали маленькие, как просяные зернышки, и в них поднималась волна безумия.
— Вы её от меня спрятали! От меня!!!
Небраа все же вскочил, но тут же тяжело грохнулся на пол и выблевал пережеванное мясо. Остро запахло кислятиной. Повозившись, младший писец захрапел. Слуги вытерли зловонную лужу, с трудом отволокли бесчувственную тушу в спальню, где тяжело бросили на кровать.
— Где же ты, моя Мерисид, — причмокивая губами, пробормотал хозяин дома, поворачиваясь на бок.
«Я бы тоже очень хотела это знать», — подумала Анукрис, прикрывая дверь.
Бывшая танцовщица сидела, прижавшись спиной к прохладному камню необычного черно-красного цвета. Несколько глыб лежали на дне корабля вперемешку с обвязанными веревками тюками. Как на большинстве судов-зерновозов, перевозивших пшеницу из Келлуана в Нидос, палубы у него не было. Только на носу и корме имелись небольшие дощатые площадки.
Чтобы избавиться от лишних вопросов, Мерисид притворилась спящей. Крепко обняв корзину, она преклонила голову на крышку и тихо посапывала, наблюдая за матросами из-под полуприкрытых ресниц, чутко прислушиваясь к долетавшим до неё обрывкам разговоров.
Сопровождавший груз писец тихо спросил капитана: