Но Минту уже распахивал ворота, униженно кланяясь и что-то бормоча себе под нос. Во двор, опираясь на посох, торжественно вступил высокий худой жрец в ослепительно белой рубахе с широким ожерельем из золота, серебра и ляпис лазури, поверх которого висел большой золотой медальон с изображением головы кобры. За ним шел мрачный укр, держа над его лысой головой опахало из белых и черных перьев. Чуть дальше четверо слуг держали пустые носилки.
Нефернут низко поклонилась, блеснув серебряной диадемой, закрепленной на парике.
— Ух ты! — с чувством пробормотал Александр, отводя глаза и убирая клинок в ножны.
— Мудрейший Сетиер, — с глубоким почтением проговорила женщина, выпрямляясь. — Чему я обязана великой чести видеть вас?
— Я узнал, что ты получила письмо от своего уважаемого господина? — спросил жрец трескучим старческим дискантом.
— Да, мудрейший, — ответила Нефернут. — Мне передал его слуга.
Едва она это сказала, из-за широкой спины чернокожего вьюном выскочил старый знакомый Карасет и принялся орать, тыкая пальцем в Алекса.
— Этот чужак утаил от Владыки храма письмо господина Тусета! Он не дождался меня на берегу и сбежал!
Недожрец мстительно оскалился и взмахнул рукой. Александр перехватил его ладонь и резко согнул пальцы, одновременно сжимая их.
Молодой человек взвизгнул и, упав на колени, истошно заверещал.
— Умолкни, — тихо проговорил Сетиер.
Алекс разжал руку и сделал шаг назад.
— Почему ты не дождался посланцев храма Сета? — нахмурившись, спросил его жрец.
— Этот… недостойный, — Александр презрительно посмотрел на Карасета, баюкавшего покалеченную ладонь. — Бросил нас, и ничего не сказав, ушел. Мы впервые в вашем городе. Куда идти — не знаем, чего ждать — тоже неизвестно. Что оставалось делать? Мудрец Тусет приказал мне доставить в его дом вещи и слуг. Я это сделал.
— Где письмо?
— Сейчас принесу, подожди немного, господин, — поклонился Алекс. — Оно в сумке.
— Поторопись, — сморщился жрец.
Юноша метнулся в каморку, достал из сумки футляр и выскочил обратно.
Рядом с Сетиером стоял немолодой мужчина в чистой белой юбке и короткой рубахе, похожей на футболку. За ним толпились еще несколько человек, не решаясь войти во двор.
— Вот, мудрейший, — Александр с поклоном передал футляр. Жрец мельком посмотрел на тряпочку с именем, потом на печать, и удовлетворенно кивнув, передал ее своему спутнику.
Алексу показалось, что мужчина чем-то напоминает Тусета, только помоложе и значительно толще. Округлый животик рыхлым холмом нависал над стягивающим юбку поясом. Пухлые, гладко выбритые щечки поблескивали от пота, узкие глаза с ленивым интересом смотрели на Александра.
— Этот чужак изуродовал мне пальцы! — вскричал, привлекая всеобщее внимание, Карасет.
Алекс отступил назад, готовясь к возможным неожиданностям.
— Покажи? — поманил молодого человека жрец.
Юноша бросил на Александра полный ненависти взгляд и, всхлипывая, вытянул вперед ладонь с неестественно выгнутыми пальцами.
— Возьми, Небраа, — жрец протянул толстячку посох.
Сетиер осторожно взялся за кисть Карасета, посмотрел на Алекса и быстрым щелчком вставил вывихнутые пальцы на место.
Тот взвыл, но тут же заткнулся.
— Почему ты не пришел в храм Сета? — нахмурился жрец.
— Мне никто не приказывал туда идти, — спокойно ответил Александр. — Этот недостойный слуга просто сбежал.