— О да, госпожа… — поэт хотел еще что-то сказать.
Но Александр прошипел по либрийски:
— Заткнись, идиот, — потом поклонился и развел руками. — Разве мы вас чем-то обидели, госпожа?
— Пока нет, — женщина строго посмотрела на него, потом на Треплоса. — Но если будете забываться, я вас накажу.
Поэт открыл было рот, но Алекс тихо рявкнул:
— Держи сундук и помалкивай!
Они добрались до светлой просторной комнаты с широкой кроватью, туалетным столиком и парой сундучков на высоких ножках. Здесь их встретила невысокая девушка в белой юбке и ожерелье из стеклянных бус.
— Ставьте сюда! — распорядилась она, смешно морща маленький аккуратный носик.
Прихрамывавший Треплос задел побитой ногой за стену, и поморщившись от боли, выругался.
Служанка прыснула, прикрыв рот ладошкой.
— Как тебя зовут, красавица? — улыбаясь, спросил поэт, пробегая похотливым взглядом по полуобнаженному, смуглому телу.
— Ренекау, — кокетливо приподняв тонкие брови, мелодичным голоском ответила девушка. — Вы новые слуги нашего господина?
— Да, — важно кивнул Треплос.
— Как тебя зовут? — поинтересовалась служанка, разглядывая парня с явным интересом.
— Пошли, — прервал заигрывание Александр. — Там один сундук остался.
Но парень скорчил уморительную рожу, и морщась при каждом шаге, заковылял к табуретке.
— Нога! — простонал он. — Так болит! Никуда не могу идти.
— Полечить? — угрожающе нахмурился Алекс.
Но хитрого милетца оказалось не так просто напугать.
— Посижу немного, сама пройдет.
Ренекау посмеивалась, слушая их диалог, и в её карих глазах запрыгали веселые чертики. Александр плюнул, вздохнул и покинул комнату. Пройдя через коридор и главный зал, он вышел во двор, где Нефернут о чем-то расспрашивала Анукрис. Увидев его, женщина обратилась к старику, уже топтавшемуся поодаль.
— Минту, помоги занести вещи Алекса в твой дом. Он поживет там до приезда господина.
— Но, госпожа! — старый слуга всплеснул руками. — Там же мало места.
Юноша взглянул на крошечную клетушку, притулившуюся к ограде, и мысленно согласился со словами старика.
— Ему одному хватит! Он станет привратником, — отрезала Нефернут. — А ты будешь помогать Мермуут и спать в комнате слуг.
Но упрямец, так и не двинувшись с места, исподлобья посмотрел на Александра. Очевидно, женщина его поняла.
— Если наш господин поручил Алексу охранять свою жизнь, то мы тоже можем ему доверять. На это слуга ничего не смог возразить.
Он оказался совершенно прав. Когда они, наконец, смогли втиснуть сундук в каморку, едва не сломав узкую лежанку, места там совсем не осталось. Пока старик, ворча, отряхивал с юбки пыль, Александр оглядел свое новое жилище. Больше всего оно походило на собачью будку какой-нибудь деревенской шавки. Без окон, с голыми глиняными стенами, с низким потолком из сухого как порох тростника и узкой дверью, завешенной вытертой циновкой.
— Мдя, — проговорил парень и подумал: «Конюшня в Гатомо-фами — настоящий пятизвездочный отель, по сравнению с этим убожеством».
В этот момент послышались крики и громкие удары в дверь. Алекс перескочил через сундук и выскочил из каморки, на ходу выхватывая меч.