Поблизости от царицы сидел ее брат Варда, с другой стороны — Мануил, их дядя.
В ногах стоял логофет Феоктист.
Царь говорил с трудом, слова вырывались с тяжелым хрипом:
— Пока я был здоров, я не боялся ни сильных врагов, ни хитрых друзей. Сейчас вы единственные, которым я могу доверить управление страной. — Царь замолк. Он отдыхал и одновременно внимательно изучал лица троих мужчин. Лица их были бесстрастны, лишь печаль выражали они сейчас. — Поклянитесь на кресте, что вы исполните мою волю: не оставите в беде моего сына.
Варда, брат царицы, сделал было протестующее движение, как бы говоря: «О повелитель, мы и без клятв рады выполнить все, что ты прикажешь!»
Но царь, покачав головой, вновь произнес:
— Поклянитесь, так мне будет спокойнее.
Тяжелый золотой крест лежал на столике около постели.
— И найдите сына, надо, чтобы он тоже слышал ваши слова.
Царица встала, пошла за наследником.
Несколько минут все сидели молча. Потом послышался капризный голос царевича Михаила:
— Не хочу идти! Не мешай мне, когда я играю!
Наконец царица ввела в покои упирающегося мальчика.
— Чего она меня тащит! — закричал наследник отцу, стараясь выдернуть руку.
— Успокойся, сейчас мы тебя отпустим, — проговорил царь со своего ложа.
Каждый, положив руку на крест, произнес слова клятвы.
— И ты поклянись, Феодора, — сказал царь жене.
Царица следом за мужчинами возложила на крест руку.
Наследник тут же вырвался и побежал назад к своим играм. Пока ему не было никакого дела до умирающего отца, до власти, которую взрослые поклялись сохранить для него.
— Ты, Феодора, станешь управлять страной до совершеннолетия нашего сына. Ты, Варда, станешь готовить его к царствованию. Вы, Мануил и Феоктист, будете помогать царице в управлении страной так же, как помогали мне.
Феоктист и родственники царицы подождали, не добавит ли царь иных повелений.
Царь сделал жест рукой, отпустил их.
Они тихо удалились из покоев, оставив его наедине с женой.
На следующий день, 20 января 842 года, царь Феофил умер.
Феофила недаром считали человеком предусмотрительным.
Если бы он назначил в помощники царице одного лишь Варду, возможно, уже через месяц малолетний наследник погиб бы нечаяной смертью, а саму царицу отправили бы в монастырь.
О том, что тщеславный пьяница, брат Феодоры давно мечтает о троне, Феофил догадывался.
«И когда он при своей беспорядочной жизни успевает читать ученые книги, так что многие образованные люди ведут с удовольствием с ним беседы?!» — удивлялся царь.
Дядя царицы Мануил о троне не помышлял. Он был хитер, но труслив. Несколько лет назад в собственной вилле он перепугал всех истошным воплем. На дорожке лежала гнутая ветка, а он принял ее за змею.
Своего племянника он боялся не меньше, чем змей.