— В таком случае, пожалуй, тебе стоит изучить вот это, — учёный передал на накопители вместилища эстара внушительных размеров массив, содержащий полный академический курс по общей физике, — а ещё вот это, и это… В общем, вот весь архив и приложенный к нему список с моими личными рекомендациями. Будет что-то непонятно — обращайся.
Ознакомившись со списком и средним объёмом каждого «учебного пособия», нематериальный разум пришёл к крайне неутешительному выводу: у Председателя появился двойник в проявленной реальности… и этот двойник сейчас сидит прямо перед ним. Настолько же убедителен, настолько же вежлив, и отказать точно так же совершенно невозможно.
— И в какой срок требуется уложиться? — задал осторожный вопрос Этернис, внутренне готовясь к самому худшему.
— Не особо срочно, — развеял возникшие было опасения человек. И, улыбнувшись, добавил: — Но чем быстрее, тем лучше.
Да они же издеваются! — внутренне воскликнул эстар, наилучшим образом характеризуя сложившуюся ситуацию. Нет, не то чтобы он был против новых знаний (скорее, даже совсем наоборот), но, в самой своей сути являясь прирождённым практиком, представитель совершенно иной цивилизации испытывал чисто психологические затруднения при изучении больших объёмов теории: иначе говоря, его деятельной натуре банально становилось скучно! Впрочем, Этернис не был бы собой, если бы привык поддаваться прихотям собственного сознания, поэтому ещё немного мысленно поругавшись скорее для приличия, он решил немедленно приступить к выполнению поставленной задачи.
— Постараюсь освоить материал в максимально сжатые сроки, — произнёс абсолютно серьёзный голос, и голограмма ящера, пойдя рябью, исчезла.
— Умеет же он иногда ставить в тупик, — после недолгой паузы проворчал Максим, прогоняя в уме состоявшийся разговор и проверяя его на предмет ошибок и выходов из образа. — С одной стороны — мудрое и древнее существо, чей возраст в несколько раз превышает возраст всей человеческой цивилизации, но с другой…
— Напоминает любопытного до крайности ученика, к тому же совсем молодого и не особо опытного, — закончила за человека Арея. — Ты ведь специально построил весь диалог так, чтобы он был вынужден согласиться в необходимости изучения ваших наук?
— Разумеется. В противном случае придётся объяснять всё самим, что займёт намного больше времени. А это нежелательно: судя по всему, планета обещает на долгие месяцы погрузиться в беспросветные снежные бури, и я не хотел бы производить серьёзные изменения систем корабля в столь непредсказуемых условиях, уж лучше статичный ваку-у-ум, — на последнем слове Максим непроизвольно зевнул и повернулся в Вэйре, сменив тему: — Кстати, из тебя вышел замечательный «добрый полицейский».
— А из тебя — «злой», — не осталась в долгу девушка. — Быстро ты его в оборот взял.
— Как я уже сказал, иначе никак. Пусть уж лучше сейчас он потратит некоторое время на изучение, чем потом в силу очередной случайности размажет нас всех ненароком по кромке мира.
— Ай'Рат? — не веря переспросила нимири, от удивления поведя ушами. — Вы сможете восстановить привод Ай'Рат?!
— В большей степени это зависит от того, в каком состоянии сейчас пребывает этот самый привод, человек, — и того, что он вообще собой представляет, разумеется.
— Что собой представляет… Ты же сам упомянул кромку мира, — удивление сменилось неуверенностью.
— То было образное выражение, не термин, — внёс ясность Максим, после чего принявшая его слова Арея окончательно приуныла. — Судя по всему, речь идёт о некоей двигательной установке, повреждённой в ходе боя. В чём состоит проблема её ремонта?
— Да, это двигатель, позволяющий совершать… внепространственные прыжки из гиперпространства, тем самым позволяя перемещаться на любые расстояния. С одной «небольшой» оговоркой: чем больше данность прыжка, тем выше должна быть развитая перед ним в гиперпространстве скорость и тем больше должен быть и без того колоссальный запас энергии в накопителях. Но теперь я глубоко сомневаюсь в обязательности этих условий — похоже, мы применяли чужую технологию на редкость примитивно.
— Чужую? — на этот раз удивился уже человек.
— Смотря с какой стороны посмотреть, — девушка поднялась с кресла, отошла на несколько шагов от собеседников и, выдернув из памяти образ, создала подробную иллюзию испещрённой кратерами угловатой конструкции. — Это — обнаруженный нами на заре космической эры колонизационный корабль, вращающийся по высокой орбите вокруг Невары. Его владельцы (и, по всей видимости, наши далёкие предки) называли себя Ай'Рат, и именно им мы обязаны внепространственными приводами и силовыми ядрами. Даже более чем обязаны: за прошедшие с момента находки тысячелетия мы так и не научились их воспроизводить, сумев лишь обмануть их механизм самовосстановления, заставив изготавливать собственные копии… но лишённые этого самого механизма. В итоге, долгие годы копирования удалось сократить до одного месяца для ядер и трёх — для двигателей, отчего они так и остались фактически штучными экземплярами, устанавливаемыми только на самые важные корабли флота. Сейчас же мне стало ясно, что на самом дели они являются плодом техномагической цивилизации.
— То есть, вы умудрились найти применение магической части устройств, полностью проигнорировав техническую составляющую, скорее всего являющуюся управляющей? — задала закономерный вопрос Вэйра.
— Именно так, — угрюмо согласилась нимири, развеяв мираж. — Никому так и не удалось понять устройство и назначение блоков, внутри которых с немыслимой скоростью колебалась энергия.
— Подозреваю, расположен этот привод тут, — Максим указал на центральную голограмму, в настоящий момент представляющую собой схему корабля, и выделил красным цветом контуры расположенного прямо за двигательной установкой отсека, ранее насквозь пробитого в бою.
— Первый удар пришёлся именно по нему, уничтожив основную часть привода, — подтвердила догадку Арея. — Но передний фрагмент уцелел.
— Ты уже успела там побывать?
— Лишь вскользь осмотрела дистанционно, как и всё остальное. Но я запомнила его состояние ещё тогда…
— Значит, завтра займёмся им вплотную, — заключил человек, так же поднявшийся на ноги. — А сейчас, пожалуй, несколько часов сна мне совсем не помешают.
Закончив фразу, капитан удалился в свою каюту, прекрасную половину экипажа наедине друг с другом.
— Ноль-первый! Ноль-первый, это бета-три! Ноль-первый, вы меня слы… — угол строения, к которому спиной прислонился пытавшийся связаться со штабом человек, взорвался пластобетонным крошевом, и ударная волна отбросила облачённую в испещрённую вмятинами тяжёлую броню фигуру на несколько десятков метров. Но солдат, как это могло показаться со стороны, даже не заметил произошедшего и уже с земли продолжал попытки установить соединение: — Ноль-первый, это бета-три, объект не является второстепенной базой! Противник имеет подавляющее численное превосходство, наши потери на минус двадцать три составляли сорок три и пять, общие — семьдесят девять, текущие — неизвестны. Требуется подкреп-п-пление! — голос сорвался на кашель.
Мигнул и погас навсегда подтвердивший отправку сообщения световой индикатор, знаменуя собой выход из строя последней из многократно продублированных подсистем экзоскелета. Мужчина сплюнул кровью в отвод шлема и с трудом поднялся на ноги… чтобы спустя секунду заставить себя вновь упасть на землю, вскинуть сжимаемое в руках оружие и открыть огонь по появившимся в проходе противникам. Мелкокалиберная очередь, выпущенная в сторону нападавших, играючи рассеивая силовые поля и вскрывая чёрно-красную броню, буквально смела первую четвёрку, сократив тем самым число нападающих разом на треть. Но развить успех не удалось: уцелевшая часть отряда быстро оценила обстановку, и, воспользовавшись павшими товарищами как щитом, дала более чем достойный отпор.
Уйти из-под смертельного удара удалось буквально в последний момент, и вставший на том месте, где солдат находился всего секунду назад, столб всё того же пластобетона лишь окатил перекатившегося бойца градом обломков. Как выяснилось немногим позже, враг более не располагал вооружением, способным выкурить из укрытия профессионала, занявшего оборону за сорванной предыдущим взрывом стенной панелью. Отряд попытался было задавить одиночку штурмом, но, на первых секундах потеряв ещё двух человек, вынужден был отступить, после чего неравный бой окончательно принял позиционный характер.
В скором времени преимущество более многочисленной стороны стало очевидным: извергаемые рельсовыми винтовками крохотные металлические цилиндры то и дело вырывали из потерявшей былую прочность панели куски материала, буквально на глазах уменьшая толщину оказавшегося столь ненадёжным укрытия. Не питал лишних иллюзий и оперативник, прекрасно осознавая, что до того, как шансы на выживание упадут до нуля, у него осталось полторы, максимум две минуты, старался забрать с собой в иной мир как можно больше сил неприятеля.