«Этернис, у вас имеются непрочитанные сообщения. Подтвердите готовность к получению первого сообщения».
«Подтверждаю», — не раздумывая ответил эстар.
«Этернис!», — перед мысленным взором адресата возник образ хорошо знакомого человека, стоящего на фоне незнакомой звезды. — «Если ты получил это сообщение, значит, никто из нашей скромной команды не пребывает в настоящий момент в реальности. Когда я производил запись, Арея спала в каюте, а я работал в виртуальной среде (Вэйра, вероятно, тоже). Обещанное устройство для тебя уже подготовлено, и если желаешь, можешь освоить его самостоятельно, подробные инструкции содержатся в следующем сообщении. Расположен этот вычислительный комплекс в десяти прямоугольных блоках, имеющих соответствующие информационные метки, не ошибёшься. На всякий случай, прилагаю схему корабля. В общем, ты пока располагайся, а мы в ближайшие двенадцать часов объявимся».
После прослушивания сообщения подавленное эмоциональное состояние эстара испарилось, и он стремительно полетел к указанному отсеку с готовым вместилищем, не обращая внимания на такие незначительные препятствия, как стены. Залетев внутрь искомого помещения, Этернис действительно обнаружил десять прямоугольных стоек во всю длину отсека, высотой почти достигающих потолка. В информационном же зрении они были обозначены контурами и усеяны множеством подписей с комментариями. Быстро пробежав взором по всем надписям и уяснив общую структуру вычислителя, новый член экипажа подлетел к модулю, обозначенному как «блок предварительной загрузки», и инициализировал запись сознания на накопители.
Несмотря на всю свою сложность, процесс записи не занял много времени, и вскоре последний бит информации оказался загружен в реальность. Как только это произошло, управляющая система вместилища провела предварительную синхронизацию и запустила процедуру «привязки». На этот раз пришлось подождать — чтобы подготовиться к совмещению созданного в реальности образа с витающим в информационном измерении сознанием, устройству потребовался достаточно протяжённый промежуток времени. Зато сразу по завершении подготовительных операций последовал едва заметный импульс — и Этернис осознал, что вновь обрёл способность взаимодействовать с физическим миром.
И поразился тому, что его аналитический потенциал практически не пострадал — он по-прежнему мог анализировать огромные массивы информации. Такого не было даже когда он вселился в миллионы талеоз! А когда обратился к системе вычислителя и понял, что задействована едва ли двадцатая часть всех вычислительных модулей, то впал в экстаз: да теперь он за пару сотен лет с нуля восстановит чертежи Ретранслятора! Пребывающий в эйфории эстар начал играться с полученными мощностями, постепенно увеличивая число задействованных модулей и отмечая, как растут его возможности. Сильно увлёкшись, он проигнорировал последовавшее в какой-то момент предупреждение системы (а вернее, просто не понял).
«Падение напряжения на входящей линии на 18 %, текущий показатель — 8200 вольт. Падение напряжения на резервной линии на 18 %, текущий показатель — 8200 вольт. Подключение системы бесперебойного питания. Активированы стабилизаторы. Напряжение стабилизировано, текущий показатель — 10000 вольт».
Освещение отсека заметно потускнело, но эстар не обратил на это внимания. И не мог обратить: с внешними сенсорами он пока не разбирался. Поэтому, решив, что не произошло ничего критического, Этернис продолжил выяснять текущий предел возможностей.
«Накопители разряжены!» — на этот раз сообщение оказалось с пометкой «критически важное», что заставило эстара насторожиться. — «Сеть сообщает о перегрузке. Падение напряжения на входящей линии на 46 %, текущий показатель — 5400 вольт. Падение напряжения на резервной линии на 46 %, текущий показатель — 5400 вольт. Дальнейшая стабилизация невозмо…»
Окончание отчёта дослушать уже не вышло — по сознанию Этерниса словно ударили огромным молотом, и он опять обнаружил себя в информационном пространстве.
К неприятному удивлению Максима, падение продолжилось и в реальности, а через мгновение он ощутимо обо что-то ударился: перегруженное кресло в изменившихся условиях приказало долго жить.
— Что за… — учёный оборвал едва не сорвавшееся с языка ругательство, заметив, что Вэйра тоже пришла в себя. Девушка резким движением обернулась к нему, но их взгляды всё равно не успели встретиться — окружающее пространство погрузилось во тьму. Мгновением позже пол ощутимо дрогнул: обретшие массу кольца усилили давление на породу, заставив крейсер просесть в грунт ещё на пару метров.
— А вот это уже интересно, — Максим рефлекторно надел шлем и активировал подсистемы скафандра, первым делом подключив систему ночного видения. Затем последовал пуск тактических программных модулей и перевод сознания в многопоточный режим. Осознанно же человек выполнил лишь одно действие — ознакомился с последними поступившими от управляющей системы Гипериона отчётами… и вновь чуть не выругался. Выведя скафандр из боевого режима, он добавил: — Впрочем, нет. Это уже не интересно. Зато очень любопытно, доставят ли одному нематериальному субъекту неудобство некоторые штучки, интегрированные тобой в последнюю версию ММИ. Инфодеструктор, к примеру…
— А? Да, конечно, — рассеянно произнесла Вэйра, наблюдая, как человек возвращает на место уже взведённый рельсовый автомат. — Стой… кого? Причём тут инфодеструктор? Что вообще происходит?
— Этерниса, — последовал раздражённый ответ. — Я же его просил не задействовать ресурсы отведённого ему суперкомпьютера на полную мощность! На он похоже, не внял этой просьбе. Теперь же мы по его милости остались без системы энергообеспечения. Как чувствовал, что следовало потратить пару лишних минут на ограничитель…
— Он уже тут? — снова невпопад спросила девушка. — Почему ты раньше не сказал?
— Да что с тобой, подруга? — Максим наконец-то заметил заторможенное состояние собеседницы. — Ты должна была гораздо раньше меня сориентироваться! Что случилось?
— Трудно объяснить… — Вэйра начала подбирать слова. — Я себя сейчас немного не контролирую… сотни тысяч произвольных операций записи и чтения с приоритетом вне уровней… Тысячи непонятных процессов… Ты иди, а мне стоит немного передохнуть. Не переживай, уж собой я как-нибудь и сама справлюсь.
— Так моя помощь точно не нужна? — учёный с сомнением посмотрел на подругу, которая в ответ лишь помотала головой. — Как знаешь. И, пожалуй, я слегка погорячился, Этернис может и подождать. Пойду лучше проверю генераторные установки, надеюсь, они не сильно пострадали. Наниты уже должны были начать восстановительные работы, но лучше их проконтролировать.
— Трансформаторы и силовые распределители, проверь сначала их… вероятность выхода из строя генераторов на порядок ниже, — посоветовала Вэйра, медленно опускаясь назад в кресло. И, едва коснувшись спинки, подтянула колени к груди, обхватила их руками и положила на них голову.
— Хорошо, так и поступлю, — согласился Максим и, бросив ещё один обеспокоенный взгляд на смотрящую в одну точку подругу, быстрым шагом направился к выходу.
Глава 25
Пребывающие обычно в относительном спокойствии воздушные массы начинали понемногу приходить в движение: высоко в тропосфере медленно и незаметно зарождались очаги будущих ураганов, масштабы которых имели все шансы стать планетарными. Пока же приближающуюся смену сезона, а вместе с ней и буйство стихий, выдавал один лишь порывистый ветер, периодически вздымающий в небо и бросающий обратно на землю свежевыпавший снег. Но для коренных жителей планеты другие предвестники и не требовались, и миллионы «пригревшихся» на солнце исполинов, спрятав уязвимые участки под пластины чешуи, поспешили скрыться в земных недрах. Одни лишь скалы невозмутимо продолжали своё вечное бдение, и ледяной ветер продолжал разбиваться о крошащийся от старости гранит… и о неприступные силовые поля межзвёздного корабля, за давностью проведённых на поверхности лет уже успевшего заслужить право считаться неотъемлемой частью ландшафта.
Безразличным к непогоде, но по совсем другой причине, оказался и экипаж крейсера, в полном составе собравшийся в главном зале центра управления. Сложившаяся в нём обстановка не располагала к отвлечённым мыслям о состоянии атмосферы и напоминала скорее допрос: полупрозрачный гуманоид, определённо имевший в далёких предках рептилий, уже долгое время держал ответ перед непрозрачными индивидами с хмурыми лицами. И, давая пояснения на поступающие один за другим уточняющие вопросы, никак не мог понять, что же стало причиной их единогласно плохого настроения.
— … вычислитель известил о падении некоего напряжения и чуть позже я потерял с ним контакт. Некоторое время спустя мне удалось войти назад, а ещё через несколько минут вы со мной связались, — закончил затребованный рапорт Этернис, которого капитан звездолёта уже успел обвинить в саботаже.
— То есть ты утверждаешь, что не заметил второе моё сообщение совершенно случайно? — вкрадчиво поинтересовался Максим. — Случайно прервал наш с Вэйрой довольно… гхм, важный разговор. Случайно разбудил смотрящую десятый сон Арею. Случайно вывел из строя корабельную систему энергоснабжения, тем самым оставив его практически беззащитным. Я ничего не упустил?
— Это я и пытаюсь объяснить, — облегчённо ответил «подозреваемый», ещё не успевший понять, к чему клонит человек.
— В самом деле, Максим, ты слишком многого требуешь от незнакомого с нашими технологиями! — поддержала эстара Вэйра, давно распознавшая и включившаяся в игру капитана. — К тому же, если бы распределительная система была лучше проработана, то ничего подобного бы попросту не случилось.
— Случилось бы, не случилось бы — это не аргументы… ну да ладно. Предположим, что всё обстояло именно так, как утверждает наш клыкастый товарищ. Тогда можно заключить, что причина произошедшего недоразумения кроется в банальном незнании основ физики в целом и электротехники в частности. Так?
— Так, — нехотя согласился Этернис и поморщился, что на мелкочешуйчатом кожном покрове оказалось практически незаметно. — Мы не работаем с материей непосредственно из проявленной реальности, поэтому не придаём её структуре особого значения. Так что, хоть мне и знакомы понятия вроде магнитного поля, электрического тока, ядерного синтеза и в этом роде, но весьма отдалённо. И до недавнего времени я был не менее смутно знаком с цивилизациями, оперирующими подобного рода знаниями — они слишком редко встречаются и слишком быстро исчезают.