— Людка! Это правда? Правда?
— Правда.
— Людка! Я ведь с седьмого класса!..
— А я с девятого. С начала девятого.
— Людка… Ты не будешь смеяться?
— Никогда. Над тобой — никогда.
— Помнишь, ты мне как-то измерила голову сантиметром? Я тогда ревел всю ночь. Думал, ты меня считаешь полным кретином.
— Теперь я понимаю, что никогда так не думала.
— Я ведь раньше ходил в бассейн на Конвикторской.
— Здорово там было?
— А во дворец перешел, чтобы тебя почаще видеть. Но заниматься в биологическом кружке и был просто неспособен. И потом, я боялся, что ты догадаешься, смеяться будешь.
— Я рада, что теперь ты больше не боишься.
— Потому что видел вчера, как ты нарочно перевернула байдарку. Еле-еле справилась.
— Да. Нарочно. Я хотела, чтоб ты вернулся. И не знала, что ты оглядываешься.
— Людка, я теперь на лодке напишу по-настоящему… Ладно? Я раньше думал знаешь как назвать? «Прелюдия». Не просто «Прелюдия», а «Пре-Людия».
— Он, нет! Дома меня зовут «Людик», а тут вдруг какая-то «Людия».
— Тогда «Кон-Тики».
— Откуда ты знаешь?
— Так ведь ты два года носишь эту книжку в портфеле. Весь восьмой и девятый класс.
— Нет, «Кон-Тики» не надо. Мы должны придумать свое название. Свое какое-нибудь слово.
— Отлично. Подумаем вместо. А куда мы поплывем?
— Куда захочется. По всем морям.
— Давай запишемся к водникам!
— Давай. А куда ты пойдешь после школы?
— В археологический или на факультет электроники; или далекое прошлое, или будущее.
— Если ты будешь заниматься электроникой, то не сможешь поехать в экспедицию по Амазонке.
— Ну, почему? А можно еще вот так: инженер-связист по образованию и археолог-любитель.
— Верно! Но мы все это еще обдумаем, время есть — целых два года.
— Людка… биологию я изучать никак не могу. Ну, скучно мне, я пробовал. На тройку вытяну, а больше никак. И знаешь, это, наверно, так и должно быть — работать вместе, но каждый в своей области.
— Ты прав. Так и должно быть.