Линкор «Шарнхорст»: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Весь избитый и окровавленный, он показал немцам, как проникнуть в тайный подвал. Полицейские были изумлены: они никогда не узнали бы о тайне механизма, открывавшего вход в подвал, не разрушив весь дом. В подвале нашли передатчик, а рядом с ним лежал пистолет. Но даже не это было главным. Облава была организована так неожиданно, что Дуклат даже не успел уничтожить журнал, в котором были тексты радиограмм, которыми обменивались «Лира» и лондонский центр. Ликуя, Клётцер потирал руки. О таком улове можно было только мечтать.

Пунктуальность в работе Сторвика и Дуклата в конечном итоге подвела их. Например, Клётцер нашел сведения об артиллерийских позициях вокруг Хаммерфеста:

Другая запись:

Улик было более чем достаточно. Впервые за три года службы в Хаммерфесте Клётцер отбросил все церемонии. Чтобы выбить признания, он применил самые жестокие пытки.

Избиение продолжалось, и Клётцеру удалось от несчастного Дуклата узнать еще два имени. «Пантера» была кличкой Хаакона Корснеса-младшего — хозяина магазина в Сторекорснесе, который находился южнее, на берегу Варгсунна. По заданию «Лиры» он собрал информацию о немецких минных полях и нанес их схему на карту. Другим источником был сорокалетний инженер электростанции Хаммерфеста, Эгил Хансен, который добыл много информации о базе подводных лодок и о судне «Блэк Уотч», а также подробные сведения об укрепленных позициях как в самом городе, так и вокруг него. Клётцер радировал в Хаммерфест и приказал арестовать Хансена.

Он был вполне удовлетворен достигнутыми результатами. В Порсе были созданы посты вооруженной охраны, а когда от причала отошли тральщики, на их борту находились Трюгве Дуклат со своей женой, Рольф Сторвик и его родители — Ганс и Гильмар Сторвик. В Сторекорснесе на борт взяли старого Хаакона Корснеса и двух его сыновей — Хаакона младшего и Виктора; однако агенту «Лиры» в Ёксфьорде, Эгилу Самуэльсбергу, удалось бежать еще до того, как корабли отшвартовались.

В ночь 7/8 июня, через тридцать шесть часов после начала облавы, Клётцер высадил своих пленников в Хаммерфесте. Их поместили в тюрьму предварительного заключения, где уже находился Эгил Хансен.

Распространившееся в Хаммерфесте известие об облаве вызвало страх и даже ужас. Гестапо делало все очень методично. В деятельности Сопротивления то или иное участие принимало довольно много людей. Никто не знал, в чью дверь вломятся ночью. Узнав об угрозах и жестокости Клётцера, все были потрясены, потому что до этого столь жестоким он все же не был. Теперь он не жалел никого, и прежде всего Рольфа Сторвика.

Одним из первых арестовали молодого сержанта из Хаммерфеста, Сверра Каарбю, который передавал информацию «Лире». Однако Каарбю знал гораздо больше. Примерно пару недель назад советская разведка забросила сюда радиста, Акселя (Алексея? — Прим. пер.) Богданова, который приземлился на парашюте в горах Торске-фьорда, в 20 километрах от Хаммерфеста. Два парня, катавшихся на лыжах, наткнулись на стоянку Богданова и выразили желание снабжать его нужной информацией; они также вовлекли в это дело и Каарбю.

Для начала обершарфюрер (сержант) начал избивать Каарбю дубинкой, и тот потерял сознание. На него вылили два ведра воды, прежде чем он смог ответить на первый вопрос. Его допрашивали непрерывно восемь часов подряд, периодически прибегая к пыткам, потом его опять бросили в камеру и, наконец, оставили в покое. Но немцы уже узнали все, что хотели.

В ночь 9/10 июня Каарбю заставили показать место, где скрывался советский агент. В тот же день был арестован и второй из помощников русского — 24-летний Альфред Сунсдбю.

Элиас Ёствик, центральная фигура в сети агентуры, тоже был арестован, его жестоко пытали, и он привел гестаповцев к тому месту около озера Вестфьель, где был спрятан передатчик «Вали». Однако запасной передатчик, заслуженную «Иду», так и не нашли. Этот передатчик был закопан в саду одного из местных жителей, но, не желая подвергать его риску, Сторвик сказал, что рацию выбросили в море. Еще два важных участника подполья, капитан Ёстейн Якобсен и его помощник Пауль Йонсен, также были арестованы, как и восемь или десять второстепенных агентов, оказывавших те или иные мелкие услуги. Все это происходило в течение четырех дней после захвата группы «Лира». Таким образом, Клётцеру удалось ликвидировать всю организацию, созданную британской разведкой в западном Финмарке. Трех передатчиков — «Лиры», «Вали» и «Иды» — больше не существовало. Более того, немцы начали проявлять интерес и к Альте, где группа «Ида» самораспустилась еще три недели назад, 16 мая. Торстейн Петтерсен Рааби и Кнут Моэ бежали в Швецию, однако в тот раз Карл Расмуссен решил остаться в долине Тверрельв со своей женой и посмотреть, что будет дальше.

Вскоре после ухода Карла нагрянуло гестапо. Они обыскали ферму, а Сигрид несколько раз допрашивали.

Карл Расмуссен ехал на одном из грузовиков дорожного управления по длинной дороге через Альтейдер в Люнген, где на границе было «окно» для перехода в Швецию.

Расмуссена привезли в штаб гестапо в Тромсё и начали пытать. Его допрашивал Альфонс Зелински на втором этаже здания, потом его должны были отвести в камеру, находившуюся в подвале.

Это произошло 16 июня 1944 года. Сигрид Расмуссен думает, что это не был побег.

А накануне был арестован и доставлен в Хаммерфест Гарри Петтерсон; три долгих дня его подвергали избиению и пыткам.

Вскоре после гибели мужа была арестована и Сигрид Расмуссен, ее отвезли в Тромсё вместе с двумя агентами «Иды» — это были Йонас Кумменейе и Асбьёрн Хансен. Она говорила, что ничего не знает об «Иде», и ей почему-то поверили. Альфонс Зелински лично распорядился, чтобы ее отпустили.

Эта облава была триумфом Клётцера и его подручных — гестаповцев. В западном Финмарке было арестовано более тридцати человек, половине из них грозила смертная казнь. Однако у немцев были иные намерения. У них в руках были передатчики Богданова и Дуклата, а оба радиста находились под арестом; поэтому была начата большая и хитрая игра. Обоих агентов надо было постараться «уговорить» продолжать передавать сообщения в Лондон и в Мурманск — информация должна была быть ложной, чтобы ввести в заблуждение англичан и русских. Клётцер долго обхаживал руководителя гестапо в Норвегии генерала СС Вильгельма Редиеса, и тот в конце концов согласился отменить смертную казнь пленных, если Дуклат и Богданов дадут согласие на сотрудничество. От такого предложения они не могли отказаться. Лето уже кончалось, пленных перевели в лагеря к югу от Хаммерфеста, а обоих радистов продолжали держать в тюрьме. О сообщениях, составленных немцами и отправленных Богдановым в Мурманск, ничего не известно, однако тексты многих радиограмм Дуклата сохранились. Первая из них помечена 12 июня, когда гестаповцы еще разыскивали подозреваемых.

Впоследствии Дуклат рассказывал:

Но немцы хотели извлечь из этой игры нечто большее. Они хотели заманить сюда английского агента, который доставил бы новую рацию — в Тромсё или в Хаммерфест. Иначе говоря, немцы собирались создать новую сеть, которая работала бы под их контролем. Одного из тех, кого арестовали в результате облавы в Порсе, Финна Харейде, выпустили и «убедили» его, что ему нужно поселиться в одной из квартир в Хаммерфесте. Гизле Риннан, брат печально известного мастера пыток Генри Оливера Риннана, который уже упоминался выше, отправился из Тронхейма на север, чтобы наблюдать за ходом операции.

24 июля Дуклат радировал в Лондон:

Клётцер жестко инструктировал Харейде — тот должен был выполнять все приказы, иначе «будет тут же расстрелян». В отчете, написанном после войны, Харейде подробно рассказывал об этой операции.

Однако ожидания Харейде и Риннана оказались тщетными. Никакого агента из Лондона не было, и через пять дней Риннан вернулся в Тронхейм. Спустя несколько недель немцы предприняли еще одну попытку. Речь опять шла о деньгах и новой рации. В радиограмме, отправленной Дуклатом, говорилось:

На самом деле никакого Сверре Ларсена не было. Долгожданного курьера должен был встречать Нильс Баккен, агент абвера из Фагфьорда. Однако ожидание Баккена тоже оказалось тщетным. Он провел в Тромсё, поселившись в этой квартире, не менее пяти недель, но никаких признаков курьера не было.

Англичане догадались о смысле затеянной с ними игры, но немцы отказывались сдаваться. Характер передаваемых ими сообщений становился все отчаяннее. Например, в радиограмме от 13 ноября было сказано:

В последней радиограмме, помеченной 6 декабря 1944 года, говорилось:

Ответа так и не было получено. Маскарад подходил к концу. К этому времени немецкие военно-морские базы были эвакуированы из западного Финмарка, а оккупационные войска отступали на запад. План немцев полностью провалился, однако Клётцер слово сдержал, и никто из арестованных расстрелян не был. Все они за исключением, к сожалению, Карла Расмуссена, пережили войну. Торстейн Петтерсен Рааби писал:

Сигрид Расмуссен повторно замуж не вышла.

6 июня 1944 года Клётцер устроил облаву в Порсе, а союзники высадились в Нормандии; в этот день капитан цур зее Рудольф Петерс был произведен в контр-адмиралы и назначен командующим Боевой группой, находившейся в Каа-фьорде. Там он стал свидетелем нескольких атак, в ходе которых производилась бомбардировка «Тирпица». Последняя из них произошла 15 сентября, когда двадцать семь «Ланкастеров» сбросили на базу несколько 5-тонных бомб, названных «Верзилами» (Tallboy). Одна из бомб угодила в носовую часть линкора, в очередной раз надолго выведя его из строя.