— Входите, Фукс! — весело сказал Гард. — Тут для вас я припас одну хитрую коробочку.
Он показал Фуксу замочную скважину сейфа. Фукс открыл чемоданчик, достал отмычки и, любовно перебирая их в руках, покосился на скважину.
«Возможно, что в исчезновении Чвиза повинен только сам Чвиз, — размышлял Гард, наблюдая за работой Фукса. — Конечно, это возможно. Обыкновенное самоубийство или эта… как её?.. Переход в газообразное состояние. Но тогда документы должны быть на месте. Если бы Чвиз захотел унести с собой в могилу секрет всей этой штуки, он уничтожил бы не только чертежи, но прежде всего саму установку…»
Что-то мягко и тихо щёлкнуло под руками Фукса.
— Покорно прошу отойти в сторонку, — ласково попросил Фукс. — Вы не представляете, какие нервные люди строят эти сейфы. Ты их открываешь, а они поливают тебя из огнемёта. Просто кошмар, а не работа.
Гард, Миллер и Кербер неторопливо отошли. Старик бесшумно распахнул дверцу. В чёрном чреве сейфа не белело ни одной бумажки.
— И вот вам награда за мои труды, — грустно улыбнулся Фукс.
— Отлично, — сказал Гард. — Вот теперь я попросил бы вас, — он посмотрел на Кербера, — пригласить эту… как её зовут… ну, лаборантку.
— Луизу?
— Да.
Кербер вышел.
Минут через пять он вернулся с Луизой.
— Извините за беспокойство, — никто не ожидал от Гарда такого изысканно благородного полупоклона, — я хотел бы задать вам вопрос: вы первой обнаружили записку, оставленную профессором Чвизом?
— Да, я.
— И это вы передали её в секретный отдел института?
— Да, я.
— Когда вы в последний раз видели Чвиза?
— Это было в пятницу, часов в пять. Потом профессор отпустил меня…
— В это время он не выходил из лаборатории?
— Не помню… Как будто нет… Нет, не выходил.
— Вы работали на установке?
— Да.
— В какое время вы включали установку?
— Я же говорила: около пяти часов.
— Не позднее?
— Нет, ведь я ушла, когда ещё не было шести.
— И когда вы вернулись?
— Что?
— Когда вы снова пришли в лабораторию и увидели записку?
— Утром в понедельник…