Тур Хейердал. Биография. Книга II. Человек и мир: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Но, несмотря на хорошие рецензии, редакторы ведущих норвежских газет уделили мало места презентации. Они не поняли, что «Экспедиция на „Кон-Тики“» станет одной из самых популярных норвежских книг. Уже спустя неделю тираж 10 тысяч экземпляров был распродан, и Григ немедленно заказал новый, 7 тысяч экземпляров. До самого Рождества типографии работали без устали, и издательство смогло похвастаться 50 тысячами проданных экземпляров. Затем это число выросло до 70 тысяч.

Если в Норвегии успех был значительным, то за границей он оказался еще больше. Только в Швеции тираж достиг 100 тысяч экземпляров.

Через четыре недели после презентации Тур Хейердал заключил контракт с крупным британским издательством «Джордж Аллен и Анвин» о продаже английского перевода книги по всему миру, кроме США. Затем пришел черед других стран. В течение пары лет книгу перевели на двадцать три языка и продали более двух миллионов экземпляров.

Миллионные тиражи. Только в Великобритании стопка из всех проданных книг о плавании на «Кон-Тики» превысила бы Эверест почти на тысячу метров

Удивительно, но попасть на американский рынок оказалось не так-то просто. После большого интереса к плаванию на «Кон-Тики» в США и успеху книги в англоязычных странах Тур считал само собой разумеющимся, что одно из крупных американских издательств ухватится за нее. Но агент, которому поручили это задание, вскоре сообщил, что интерес невелик. Издательство за издательством отказывалось на том основании, что книга не вписывается в текущую издательскую политику. Иначе говоря, они не верили, что публика захочет читать книгу после того, как большая часть ее содержания уже получила исчерпывающее освещение в прессе. За исключением собственно крушения на рифе Раройа, этому приключению не хватало драматических событий, равно как и романтики. И хотя Хейердал зарекомендовал себя как отважный искатель приключений, он не был известен как писатель. Для некоторых издательств сыграло свою роль и то, что он, по их мнению, не постеснялся требовать первого тиража в 10 тысяч экземпляров^{117}.

Среди издательств, которые не увидели перспектив книги, было и самое крупное из них, богатое традициями издательство «Даблдей» из Нью-Йорка. «Даблдей» уже однажды отказало Хейердалу. После некоторых размышлений оно не решилось во время войны издать его первую книгу, «В поисках рая», где он рассказывал о пребывании на Маркизских островах.

То, чему все же суждено было превратиться в книжную лавину, началось чисто случайно. После лекции о «Кон-Тики» в университете Чикаго (в Чикаго Тур и Лив остановились до свадьбы по пути в Санта-Фе) с ним связались два представителя «Рэнд Макналли и К°», небольшого издательства, в основном выпускавшего карты и атласы. Они были в восторге как от доклада, так и от сопровождавшего доклад фильма. Нельзя ли им получить возможность издать эту книгу в США?

Возможность они получили. 21 марта 1949 года Тур подписал контракт, гарантировавший, кроме первого тиража 10 тысяч экземпляров, аванс в 1 тысячу долларов. Авторский процент с продаж первоначально установили в размере 10 процентов, а затем он возрос до 15 процентов за экземпляры, проданные сверх начального тиража 10 тысяч экземпляров. Издатели карт из Чикаго вряд ли когда-либо еще срывали такой большой куш, а другие издательства упустили величайшую возможность. «Экспедиция на „Кон-Тики“» была избрана «Книгой месяца» и вышла первым тиражом 500 тысяч экземпляров.

Дома, в Норвегии, директор издательства Харальд Григ мог только улыбаться. Он стал первым, кто увидел, какие возможности имеет книга о путешествии на «Кон-Тики». В одном из выступлений в Торговом обществе Осло он рассказал, что еще до того, как построили плот, он дал Хейердалу аванс в 4 тысячи крон, по тем временам годовую зарплату. «Ни один американский издатель сделать этого не захотел»^{118}.

Интерес к экспедиции на «Кон-Тики» продолжал расти. Через десять лет после выхода норвежского издания только в США было продано двадцать миллионов экземпляров книги о «Кон-Тики»^{119}. Ее перевели на пятьдесят два языка, и она выдержала восемьдесят семь изданий.

Успех, не имеющий равных. Книга об экспедиции на «Кон-Тики» вышла во всех странах мира и принесла Туру Хейердалу многомиллионный доход

В Осло пресса сообщала, что общий объем тиражей «настолько головокружителен, что Хейердал сбился со счета»^{120}.

В чем же секрет этой книги?

«Экспедиция на „Кон-Тики“» не отличается красотой слога. Она беспорядочно выстроена, а автор сыплет цветистыми фразами, где натыканы прилагательные и наречия. Издательство установило срок сдачи рукописи 1 августа, а Тур едва успел вернуться домой из утомительного турне с лекциями по США, прежде чем он смог сесть за письменный стол. Мотивация не всегда была на высоком уровне, а напряжение от осознания необходимости закончить в срок временами становилось невыносимым^{121}. Заметно, что книга написана второпях в течение нескольких летних месяцев, но автор дошел до финиша всего с четырехдневным опозданием. Однако у Хейердала имелось самое главное, что может быть у автора. У него была история, история, пожалуй, даже слишком хорошая, чтобы быть правдой, но именно потому, что она была правдивой, она оказывала уникальное воздействие. Но вряд ли только этим можно все объяснить. В литературе много произведений о людях, совершивших опасные экспедиции, но они и близко не смогли так заинтересовать публику, как рассказ о «Кон-Тики».

Чем же еще объясняется успех книги Тура Хейердала? Дело в том, что редко или никогда книга не выходила в такое удачное время. Весь мир все еще зализывал раны военного времени. Народ устал от ограничений и других трудностей. Людям нужен был стимул, что-то, что могло бы заставить их отвлечься от повседневности. И что в таком случае могло сравниться с рассказом о шести сумасшедших, отправившихся вопреки всему в плавание по величайшему океану мира на доисторическом плоту, не внушавшем доверия? О парнях, которым ежедневно приходилось сражаться с зубастыми акулами с «судна», едва выступавшего из воды, чтобы в конце концов потерпеть крушение на рифе, о котором никто ничего не знал, за исключением того, что это где-то в Тихом океане?

Одного только вида плота Тура Хейердала, на полном ходу несущегося по гребням волн, достаточно, чтобы у кого угодно захватило дух от удивления и включилось воображение. Те, кто читал книгу, пересказывали ее другим, а те, в свою очередь, следующим. Мальчики и девочки, познакомившиеся с бесстрашным Хейердалом, получили впечатление на всю жизнь, которое они передали своим детям. Так книга выросла из своего времени и перешла в следующее поколение, а продажи росли год за годом, охватывая всё новые страны.

Из нуждающегося Тур Хейердал превратился в миллионера, и это в то время, когда даже тысяча крон для обычного среднестатистического норвежца была недосягаемой суммой. Сколько он тогда заработал, подсчитать трудно, да и он сам этого точно не знал. Но прогрессивная налоговая система в послевоенной Норвегии была жесткой, кроме того, норвежские законы о валюте накладывали ограничения на то, как можно распоряжаться деньгами, вырученными от продажи книг за границей. Решение, принятое стортингом о том, чтобы обеспечить страну крайне необходимой валютой, сильно раздражало Хейердала. Он даже подумывал о том, чтобы сбежать.

В одном из писем Кнуту Хаугланду он писал: «…если я после многих лет упорного труда и поражений не смогу иметь достаточно валюты, чтобы продолжать путешествия, тогда я брошу Норвегию, Банк Норвегии и все остальное. Когда-нибудь мне надоест это отсутствие поддержки в своей стране. Никто не думает о том, какую рекламу норвежскому флагу сделала экспедиция (Кон-Тики)»^{122}.

В письме Торстейну Роби на ту же тему присутствует черный юмор. В Великобритании продажи книг выросли «настолько головокружительно, что правительство скоро сможет купить себе всю нефть в Персии». От британского издательства он слышал, что английские налоговые органы хотят получать 19 шиллингов 6 пенсов с каждого заработанного им фунта. «Можно сказать, что мне так повезло, — у меня остается еще 6 пенсов, к радости Банка Норвегии, который сообщает, что эти 6 пенсов я должен отдать ему, чтобы норвежские налоговые органы получили свой кусок прежде, чем я получу все, что останется»^{123}.

От доходов за границей Тур должен был платить налог в Норвегии только за то, что он зарабатывал в Дании и Швеции. От остальных доходов он платил налог там, где эти деньги были получены. Но прогрессивная шкала налогов существовала не только в Норвегии, и даже директор налоговой инспекции признался, что Хейердала обдерут, как липку^{124}.

Репортаж в «Моргенбладет» представил денежный поток, вызванный книгой, в долгосрочной перспективе. Газета считала, что Тур Хейердал, «этот необычный источник валюты», вносил ощутимый вклад в торговый баланс. Только продажи книги, учитывая все обстоятельства, принесли стране доход в валюте в размере от трех до пяти миллионов крон, что в 1951 году соответствовало по ценности норвежскому валовому экспорту соленой тресковой икры^{125}.

Что бы там Тур Хейердал ни думал о норвежской налоговой и валютной политике, хлеб с маслом он себе обеспечил.

Но если книгу обычная публика приняла тепло, то в научных кругах ее ожидал ледяной прием.

Шарлатан

Шарлатан!

Слово резало слух, он никогда его не забудет. Тур Хейердал всегда был готов обсуждать свои теории, но то, что один ученый назвал его занятия шарлатанством, он не сможет и не захочет терпеть.

В последнюю неделю ноября 1949 года Тур и Ивонн были в Стокгольме. Вместе со шведской кинокомпанией «Артфильм» они сутками напролет работали над тем, чтобы смонтировать материал, отснятый во время плавания на «Кон-Тики», в полноценный широкоформатный фильм. Надо было закончить к первому, закрытому показу через две недели, а мировая премьера планировалась на Новый год.

Интерес к «Кон-Тики» в Швеции был велик, больше, чем в Норвегии, и Тур долгое время ездил по стране с лекциями.