— Жаль. Значит, вы последний в роду.
— Видимо, да. Впрочем, род — ничего особенного.
— Как у меня. Все негодяи.
— Ваши родители были живы, когда вы уехали учиться?
— А что?
— Если были живы, то, наверное, писали вам о всяких местных новостях. Может быть, о слухах, сплетнях. Должны были что-нибудь написать и об этом военном объекте к западу от города.
— Знаю только, что его построили и никогда им не пользовались. Вероятно, назначение его было каким-то отвратительным. Был какой-то небольшой скандал в связи с этим.
— Каково было его назначение?
— Не знаю. Никто со мной об этом не говорил.
23.55. Осталось двадцать восемь часов.
Ричер еще раз обошел дом и вернулся в гостиную. Револьвер Джанет Солтер по-прежнему лежал у нее в кармане. Она держала на нем руку. Ричер спросил:
— Как вы?
— Я пришла к выводу, что мне оказана честь, — сказала она.
— В каком смысле?
— У меня появилась возможность вести себя согласно моим принципам. Я считаю, что у обвиняемого есть право на справедливый суд и право противостоять тем, кто дает против него показания. Но говорить об этом легко. А делом подтвердить не всякий может. Я теперь могу.
— Вы молодец, — сказал Ричер.
Он прошел мимо нее к окну. На улице прыгали лучи фар. Автомобиль, и едет быстро.
Это был Питерсон, и он вел за собой как будто всю болтонскую полицию. Девять автомобилей. Они заполонили всю улицу. Из них высыпали пятнадцать полицейских и с револьверами наготове строем двинулись к дому, поспешно, но осторожно. Они не знали, какое их ждет зрелище. Безмятежный дом или двойное убийство. Ричер вышел в прихожую и встал у входной двери со стороны петель. Он распахнул дверь, оставаясь за косяком.
— Питерсон? — крикнул он. — Это Ричер. Здесь все спокойно.
В дом хлынул холодный воздух и голос Питерсона:
— Ричер?
— У нас все нормально, — откликнулся Ричер. — Заходите.
Они вбежали в дом — первым Питерсон, за ним четыре женщины, потом трое из автомобилей охраны и, наконец, еще семеро, Ричеру не знакомых. У всех были красные, обветренные лица.
Четыре женщины окружили Джанет Солтер и быстро увели ее в кухню. Питерсон отправил троих дежурных с машинами на их посты, а остальных в отделение. Потом спросил:
— Так что здесь было?
— Вообще ничего, — сказал Ричер. — А там что произошло?
— Заваруха. Но обошлось без нас. Они сами быстро справились.
— Потому что фальшивая. Отвлекающий маневр.
— Но их человек сюда не явился, — сказал Питерсон.
— И вопрос — почему, черт возьми?