— Многие покойники так думали.
Она встала, вышла из комнаты и принесла патроны.
Ричер зарядил шесть штук в первый револьвер. Потом сказал:
— Отвернитесь, потом повернитесь обратно и наставьте указательный палец прямо на меня.
— Что? — сказала Джанет Солтер.
— Сделайте, как я сказал. Как будто я веду занятия.
Она сделала, что он просил, и сделала отлично. Ее палец был направлен точно в центр его тяжести.
— Хорошо, — сказал он. — Так и надо стрелять. Не цельтесь, даже не думайте об этом. Просто стреляйте. Наводите на грудь, потому что это самая большая мишень. Даже если вы его не убьете, вы испортите ему день. — Ричер дал ей незаряженный револьвер. — Нажмите на спуск.
Она нажала. Курок поднялся, барабан повернулся, курок щелкнул.
— Теперь сделайте это несколько раз, — сказал он.
Она сделала. Четыре, пять, шесть раз. И сказала:
— Это утомительно.
— Не утомит, если дойдет до дела. Именно так вы и должны поступить. Пустите в него шесть пуль. Не останавливайтесь, пока не выпустите весь барабан.
— Это ужасно, — сказала она и вернула ему револьвер.
— Не будет ужасно, если дойдет до дела. Потому что это либо вы, либо он. Держите револьвер в кармане. Ночью держите под подушкой.
Ричер вставил шесть патронов, защелкнул барабан и отдал ей револьвер. Она спросила:
— Другой вы возьмете себе?
Он кивнул.
19.55. Осталось тридцать два часа.
Завыла тюремная сирена.
6
Сирена сработала за пять миль от города, но звук в морозном воздухе доносился ясно. Он был далекий и в то же время громкий, тоскливый и настойчивый. Сирена вопила и завывала.
Полицейские в доме отреагировали мгновенно. Они были готовы к неприятному вызову. Женщина из прихожей заглянула в гостиную. На лице ее отражалась внутренняя борьба. Наверху послышались шаги. Это подхватилась дневная смена. Женщина, сидевшая в библиотеке, подбежала к вешалке с парками. На улице разворачивалась ближайшая полицейская машина. Та, что стояла в начале улицы, быстро двинулась задним ходом. Женщина из прихожей сказала: «Извините». И выбежала. Выбежали все четыре, сели в машины, и те, меся колесами снег, помчались по улице. Сирена продолжала выть.
Но в доме стояла полная тишина.
Тишина длилась не дольше минуты. Сквозь вой сирены Ричер расслышал натужное гудение автомобильного мотора на низкой передаче. Он выглянул в окно гостиной. Яркий свет фар. «Форд» без надписи. Он остановился перед дорожкой к дому, и из него вышел начальник полиции Холланд. Ричер засунул свой револьвер сзади за пояс и прикрыл его свитером. Потом вышел в прихожую. Он открыл входную дверь как раз, когда Холланд поднялся на террасу. На лице Холланда выразилось удивление.
— Я не знал, что вы здесь.
— Я решил, что так будет разумнее, — сказал Ричер. — Тут есть свободные кровати. А Ким Питерсон не нуждается в охране.
— Как миссис Солтер?
— Прекрасно.
— Я хочу на нее посмотреть.